Измена. Между нами только боль

Глава 19

— А… мы на кухне! — крикнула я. — Ко мне тут Снежана заглянула!

Пришлось наскоро отереть успевшие заслезиться от эмоций глаза. Да и если честно, я ожидала от нашего с подругой общения чуточку большего, чем то, что получила. Наверное, в этом-то и беда всех, кто строит хоть какие-то ожидания.

Мне казалось, Снежана яростно примется меня защищать, но она держалась сдержанно. Вероятно, её слишком поразило всё то, что она услышала. Да и когда ты вхожа в семью, категорично занимать чью-либо сторону в таком вот внутреннем конфликте — тоже не очень-то правильное решение.

Никто нам с Тереховым не обязан в вечной верности клясться. В конце концов наш с ним конфликт слишком личный, да ко всему прочему ещё и тайный.

— Всем привет! — Майя впорхнула на кухню и помчалась прямиком ко мне. — Вот тебе красивейший горшок под цветы. Это авторская работа, между прочим. Отец сам выбирал!

И она с наигранной торжественностью передала мне украшенный красивой лепниной горшок.

— Пересадишь туда какой-нибудь свой любимый цветочек.

Я недоумённо улыбнулась

— Отец? — вырвалось у меня. — Спасибо.

— Ага. Я и не собиралась у тех полок останавливаться. У меня другое на уме было. А он остановился и говорит, мол, надо маме такой прикупить. Красивый. Ну, я присмотрелась и думаю, надо. Потому что и правда красивый. Красивый же, Снежан?

И она ткнула пальцем в горшок, который я, испытывая неловкость, вертела в руках.

Снежана бледно ей улыбнулась и кивнула.

— Очень.

Видимо, ей тоже было крайне неловко. Ещё бы, мы тут пять минут назад измену Терехова обсуждали, а сейчас выясняется, что он мне горшки декоративные дарит. Цирк, да и только.

И что он хочет этой покупкой сказать?

Хотя и так ясно. Это же исключительно в целях конспирации и маскировки. Чтобы у дочери поменьше вопросов на тему наших взаимоотношений возникало.

Тут его можно только похвалить — не забывает о главном.

— Полюбовалась? Всё, давай его сюда, — дочь забрала у меня горшок. — Я его в оранжерею отнесу. Поставлю там у входа. Потом сама решишь, куда его пристроить.

— Договорились, — пробормотала я.

Мне бы с дочери брать пример. Даже находясь в таком уязвимом и непростом положении, дочь не унывала и сохраняла оптимизм. Она не заперлась у себя в комнате, отгородившись от внешнего мира, который мог ей навредить, а принимала ситуацию такой, какая она есть. В пределах разумного, конечно и тем не менее — ни в мыслях, ни в словах её не было ни следа депрессии. Она радовалась жизни и верила в то, что всё будет хорошо.

Измена и неминуемый развод — это больно и тяжело, но всё-таки не конец света. И эту беспощадную истину лучше принять. И принять как можно скорей, чтобы как можно скорее запустить процесс исцеления.

— Добрый день, — появившийся на пороге кухни Терехов окинул нас со Снежаной хмурым взглядом. — А у вас тут, оказывается, посиделки? Не знал.

И не узнал бы. Я не ожидала, что они с Майей так рано вернутся. Но в целом вряд ли визит Снежаны причинит хоть кому-нибудь неудобства.

Терехов задержал на ней взгляд.

— И на ужин останешься?

Господи, а спросил-то так, будто угрожал. Вот стоило похвалить его за конспирацию, как он тут же словно намеренно заставлял меня пожалеть о моей похвале. Рычать-то чего? Настроение кто-то испортить успел?

— Не собиралась, — Снежана вздёрнула подбородок. — Дел полно. Приехала с Леной пообщаться.

Видимо, она явственно почувствовала его немотивированную агрессию. И теперь, зная о нём чуточку больше, чем до своего сегодняшнего визита, пыталась хоть так продемонстрировать ему, что вообще-то она на моей стороне.

— Ясно, — буркнул Терехов.

— Ну и зря, — вернувшаяся из оранжереи Майя успела услышать их короткий обмен «любезностями». — Такими темпами наши посиделки скоро можно будет зваными вечерами называть.

— Это ещё почему? — покосился на неё отец.

Майя пожала плечами и посмотрела сначала на Снежану, а потом на меня.

— А ты Снежане что, не рассказывала?

— О чём? — заморгала я.

Мне было довольно сложно переключиться на события внешнего мира. Я до сих пор пребывала в ментальной клетке своих непреходящих страданий, связанных с неверностью мужа.

— Мам, ну ты даёшь, — хихикнула Майя. — И про что вы тогда тут вообще болтали? Самое же интересное и не рассказала! У нас тут, Снежан, представляешь, новые соседи завелись.

— Правда? — вот теперь подруге не пришлось из себя реакцию выжимать. Она действительно понятия не имела, что у нас тут стало чуть более людно.
Если уж на то пошло, мне за всё время нашего разговора ни разу и в голову не пришло этими новостями с ней поделиться. Потому что мои собственные для меня были со сто крат важнее. А это... тоже мне срочные и важные новости...

— Ага. Та двухэтажная громадина через забор, — и Майя кивнула куда-то в сторону. — Мы-то думали, её так и не смогли никому продать. А оказывается, продали. Да ещё так удачно!