Измена. Мой муж и моя сестра

Глава 2

Ева

Я не спрашиваю, кто там у него на том конце. Просто ставлю чашку в раковину и мою ее с усилием, будто оттираю не кофе, а мысль, что мне лучше бы ничего не знать.

Когда Глеб выходит из ванной, он выглядит расслабленным. Полуулыбки еще держится на его лице. Я уже сижу за ноутбуком, якобы сосредоточенная на эскизах. Он целует меня в макушку.

Механически.

– Не засиживайся, Ева, – говорит. – У тебя глаза быстро устают.

– Угу, – киваю, не поднимая взгляда. – А ты чего смеялся в ванной?

Глеб чуть замирает. Едва заметно.

– Антон мем скинул, – отвечает. – Про собаку в очках. Показать?

– Не надо. Не хочу прерываться.

Он уходит на кухню, а я продолжаю смотреть в экран, хотя там уже давно ничего не меняется.

Я просто думаю.

Антон. Мем. Собака. Очки. Убедительно. Почти.

Только Антон вечно шлет Глебу видосы с машинами и девчонками в бикини, и ни разу – собаку в очках. Но может, и правда просто прислал собаку. Всякое бывает.

На следующий день Глеб задерживается на работе.

– Срочный созвон с москвичами, – пишет он в мессенджере. – Поужинай без меня.

Я достаю из духовки курицу и сажусь есть одна. Кошка Марта прыгает на подоконник и смотрит на меня с таким видом, будто тоже в курсе, что «москвичи» – это термин для наивных.

Когда Глеб возвращается, пахнет чужими духами. Очень слабо, почти неуловимо. Нота цитруса и ванили. Я знаю этот запах. Такие духи есть у Лены.

Нет.

Нет-нет-нет.

Я просто накручиваю себя. Просто мимо кто-то прошел в метро.

Или это паранойя?..

Я ведь не из ревнивых. Мы не такие. У нас стабильность. Морская волна. Кофе.

– Как «москвичи»? – спрашиваю спокойно, собирая на стол.

– Задолбали, как всегда, – говорит Глеб и лениво зевает. – Хочешь – уволюсь и буду дома сидеть.

– И что делать будешь?..

– Ходить за тобой и критиковать эскизы.

Я улыбаюсь, но внутри – пусто. Слова есть, шутки есть. А вот радости в них больше нет…

Через неделю у мамы день рождения. Родители устраивают торжественный ужин. Мы собираемся всей семьей, как положено – гусь, салаты, много напитков и разговоры о достижениях Лены.

– А наша Леночка – настоящая героиня! И работа, и сын, и муж, и внешность – все у нее есть! – захлебывается мама. Она уже давно забыла, по какому поводу мы собрались.

– И фигура какая! – добавляет папа, не глядя на меня. – У Леночки гены хорошие. Вся в нас.

Я молчу и жую оливье. Глеб сидит рядом, держит меня за руку под столом. Его ладонь теплая. И, кажется, что он искренне поддерживает меня. Но каждый раз, когда Лена смеется, он поднимает на нее мечтательный взгляд.

Просто на звук. Просто потому что она яркая.

После ужина мама просит меня помочь ей со вторым тортом, а сестра вызывается проводить Глеба до машины.

– Ему же рано на работу, – говорит она. – Я мигом, просто до ворот.

Я выхожу на крыльцо минут через пять. Просто подышать. Просто потому, что стало душно. Просто не верю, что «до ворот» – это так долго.

И вижу их. Они стоят рядом. Лена говорит что-то, Глеб смеется. Тихо. Тем самым смехом из ванной. И смотрит на нее так...

Как будто меня у него нет. Как будто никогда и не было.

Я поворачиваюсь и ухожу в дом.

Падаю на кровать в маминой комнате. Закрываю глаза. Слышу, как закрываются ворота. Как хлопает дверь машины. Как заводится мотор.

Он даже не попрощался со мной. Просто уехал.

Позже Лена заходит ко мне с тарелкой торта.

– Ты чего сбежала?

– Устала.

– Да уж, семейные сборища – всегда испытание, – усмехается она. – А Глеб, кстати, молодец. Всегда поддерживает тебя.

– Да. Он хороший. И верный.

Лена улыбается.

– Повезло тебе, – говорит она. И вдруг, смотрит на меня чуть иначе. Чуть... с вызовом?.. Или мне кажется?

Я тоже смотрю на Лену. Улыбка у нее безупречная. Но взгляд...

Как будто она знает, что я начинаю догадываться.

Как будто это давняя игра. А я только вошла в нее.

Я возвращаюсь домой на такси. Глеб в спальне. Крепко спит. Я беру его телефон. Я делаю это впервые. Чувствую себя предательницей. Но разве можно предать того, кто, возможно, уже все разрушил?

В чате с Леной пусто. Только гифки с котами и поздравления. Обманчиво, идеально чисто.

Но в архиве – другой чат. Под странным именем: «Элина».

Я открываю.

И перестаю дышать.

Фотография. Со спины. Ее волосы. Ее плечи.

Он пишет: «Ты сегодня была потрясающая. Не могу забыть, как ты смеялась».

А потом: «Я люблю, когда ты надеваешь синее».

Я ставлю телефон на место. Сижу в темноте. Смотрю на Глеба. Он спит. Спокойно, ровно. Как будто все хорошо. Как будто он не разрушает нашу жизнь изнутри.

А у меня в груди – пустота. И пепел.

В голове лишь одна мысль: они вдвоем. Глеб. И Лена. Мой муж и моя сестра.