Измена. Мы (не) твои малышки

Глава 3

— Ты немного бледная, что с тобой? Переживаешь из-за родителей? — Марк взял мою руку в свою и нежно погладил.

Мы сидели на заднем сидении его комфортабельного дорогого автомобиля, который вез нас в Москву. Любимый посчитал, что так будет удобней, чем в поезде, несмотря на время поездки.

Комфорт, уединение. Возможность остановиться в любой момент, чтобы передохнуть. Это были вполне убедительные аргументы.

Но меня отчего-то укачивало, который день я себя неважно чувствую, может быть, отравилась чем-то. Но не настолько серьезно, чтобы беспокоить Марка по такой ерунде.

Он сейчас весь в делах и заботах, потому что одновременно занялся своими рабочими делами, которых невпроворот, как всегда, и организацией нашей свадьбы.

Я вздохнула, последнее как раз причина недовольства моих родителей.

— Они меня отпустили, но как-то без особого энтузиазма. Я надеялась, что будут рады тому, что их дочь выходит замуж.

— Может, дело во мне? Я им не нравлюсь? — Марк был проницателен, как всегда. — Я думаю, они представляли твое замужество несколько иначе. Что ты начнешь встречаться с каким-нибудь коллегой на работе, годик подержитесь за ручки, познакомитесь, притретесь, а потом и свадьба.

— Думаю, примерно так и было. Мама считает, что мы торопимся и все несерьезно. А еще ей не нравится, что ты меня увез из города. Для них Москва — это как другая планета: далеко, дорого, шумно. В гости не приедешь. А хотели бы ходить на соседнюю улицу, ведь они так привыкли. Маленький город, все близко и знают друг друга.

— Я серьезен, разве этого мало? — произнес он с чувством, — а твоих родителей я могу привозить к нам в гости, буду отправлять за ними машину с водителем. Уверен, они не будут против, когда увидят, что ты живешь в достатке и комфорте, а главное, окруженная моей заботой. Разве не это в первую очередь должно их волновать?

— Это, конечно. Но они люди старой закалки, деньги для них не главный показатель надежности человека.

— Уверен, если мы подольше пообщаемся с ними, то они поверят, что мне можно доверять. Давай привезем их еще до свадьбы, чтобы у них пропали все сомнения.

— Хорошо, мне нравится эта идея.

Мои переживания сами собой растворились, хоть я и вспоминала мамины напутствия. Ей было страшно отпускать меня в столицу, хоть я и не была уже маленькой девочкой. Но для мамы и папы мы навсегда дети, сколько бы лет нам ни было.

Мне уже двадцать пять, а иногда кажется, что они все еще видят во мне несмышленую, наивную девочку-подростка, которая первый раз встретилась с мальчиком, а потом рыдала три дня, что он ее бросил.

Девочка выросла.

Я выхожу замуж, нужно принять этот факт. Причем и мне самой. До сих пор не верится.

***

Столица встретила нас хмурым, серым небом и пробками, мы ехали в центр, где располагалась квартира Марка.

У меня захватило дух, когда я увидела высотки жилого комплекса, этажей тридцать, а может, и больше. Это не то, что наша «деревня», где даже дорогие новостройки не выше пяти этажей .

Из багажа у меня с собой был один единственный небольшой чемодан, потому что Марк убедил меня оставить почти все вещи дома. Зачем мне скромная одежда, простое белье и дешевые украшения, когда я могу одеться с ног до головы в московских бутиках?

Это была его логика, ему хотелось побаловать меня, а мне было откровенно страшно. Чем ближе я была к цели, тем страшней становилось.

Что я здесь делаю?

Возникал этот вопрос и в мраморных сверкающих стенах просторного холла, в зеркальном лифте, и особенно сильно в огромной квартире с множеством комнат.

Та, что мы снимали у нас в городе, не шла ни в какое сравнение с этими хоромами. Марк водил меня за руку и показывал комнаты. Это теперь наша спальня, это гостиная, это вторая гостиная, спальня для гостей, сюда родителей сможем селить.

А вот это кабинет Марка, где он работает, когда дома. А вот это кухня, где можно сыграть свадьбу и поместится полсотни гостей. Так сказала бы мама, если бы увидела размер.

Санузлов три: у каждой спальни по личному совмещенному, и одна огромная ванная комната с джакузи.

Такое легко представлять в мечтах или видеть в кино. В жизни… я сразу задумалась, кто все это будет убирать?

— У тебя напуганный вид, тебе неуютно здесь?

Марк обнял меня со спины, как любил, и прижался щекой к виску. С нашей разницей в росте ему приходилось наклоняться. Я по сравнению с ним просто Дюймовочка, за что он зовет меня вечно малышкой.

— К такому я не была готова, но я привыкну. Не переживай за меня, — сказал я, а сама себе не очень-то и поверила.

— Убирается здесь моя экономка, — добавил он.

— У тебя и прислуга есть? — не смогла я сдержать удивление.

— Не прислуга, просто женщина работница, которая ведет домашнее хозяйство. Убирается, стирает и гладит, готовит иногда, если мне нужно. Ничего особенного, это не дворецкий и отряд горничных, — под конец он уже немного смеялся над тем, как я была шокирована.

Это и правда глупо, не настолько я дремучая же.