Измена. На грани развода

Глава 3

Альбина

Ненавижу то, как нежно Ян удерживал меня в своих руках, унося из задымлённого коридора в относительно безопасную гостиную. Ненавижу то, как бережно он усаживал меня на диван, как призвал к осторожности при выходе на улицу через разбитое им панорамное окно.

Ненавижу то, с каким теплом он посмотрел на меня и произнёс: «Постарайся забыть о своём разбитом сердце и обо мне».

Лживые карие глаза, лживое сочувствие в их глубине не дают мне забыть о целом месяце умелой актёрской игры Яна. Он и в самом деле хороший актёр, и неспроста имеет такую популярность и космические гонорары за свои роли.

— Не смей говорить со мной таким тоном и смотреть таким взглядом!

Мою ладонь обжигает, когда ударяю ею по щеке мужа. Ян едва заметно морщится, окаменев лицом, и отстраняется от меня.

— Не буду. Больше никаких нежностей, ведь вся моя нежность теперь для другой.

«Вот и проваливай!», — кричу мысленно, пока Ян исчезает за дверью, накинув на себя пуховик.

Грудь распирает от сдерживаемых рыданий, но всё же моё напряжение настолько велико, что оно прорывается наружу короткими влажными ручейками слёз, дрожащими руками и горькими всхлипами.

Воспалённые глаза болят, душа болит, а Руснакову хоть бы что. Я вижу, он не хочет обидеть меня, но месячное молчание мужа сделало только хуже. Чувствую себя униженной, растоптанной, использованной... «Люблю сладенькое», — сказал он мне, и эти слова унижают, как ничто другое не способно унизить.

Кто же та женщина, в которую влюблён мой муж? И почему всё так, как есть?

Меня разрывает от злости и от вопросов. Я нападаю на Руснакова, когда он возвращается в беседку:

— Почему ты так резко разлюбил меня, Ян? Что со мной не так?

— Ты действительно хочешь это знать? — своим тоном он явно даёт понять, что устал от меня и моих эмоций.

— Говори, раз уж честный такой!

— Что же, тогда слушай внимательно...

Мы сидим по отдельности на разных креслах, а не вместе, как ещё было вчера. Лицо мужа теперь холодное, отстранённое, словно он перестал играть роль и более не видит надобности изображать заботу обо мне, моих чувствах.

— Было закономерным то, что я перестал любить тебя. Это было неизбежно так же, как неизбежен рассвет или наступление ночи. Ты слишком несдержанная, почти истеричная и даже физически перестаёшь привлекать меня всё больше. Я представляю другую, когда сплю с тобой, Альбина. Это конец.

Это и есть его истинное лицо? Ян и в самом деле вот такой? Холодный, жестокий... не мой.

— Наш брак был ошибкой, — шепчу. — Моя любовь к тебе была ошибкой.

— Желаю тебе поскорее избавиться от чувств ко мне. Выглядишь жалко.

— И избавлюсь, Ян! С завтрашнего дня начинаю новую жизнь, а ты смотри как бы локти не начал кусать! Сам же бегать за мной будешь!

Ян демонстративно морщится от моего повышенного тона, чем злит только ещё больше. Неприятно? А мне самой каково?!

— Скорее убегать от тебя и твоих выходок. Не болтай репортёрам о нас, а иначе окончательно разочаруюсь в тебе.

— Плевала я на твоё разочарование!

Ян ничего не ответил.

Мы вообще больше не разговариваем после, вымотавшись, устав друг от друга. Я и смотреть-то даже на мужа не могу — какие разговоры? Отвернулась к окну, глядя на ночное небо, и ничего больше не нужно.

Хорошо, что уже через тридцать минут пожарные, выполнив своё дело, покидают наш участок. Прошло всего два часа с начала ужина, и дело идёт к полуночи, а чувство такое, словно сменились целые сутки.

На ночь открываем все окна, чтобы выветрился запах дыма там, где он уже успел скопиться. Благо дом большой и дальняя его часть, где и находятся спальни, вообще никак не пострадала.

— Спать сегодня буду в гостевой спальне, — заговорил Ян после долгого молчания. — Уеду завтра, когда соберу необходимые вещи, а сейчас уже слишком позднее время, и я, признаться, смертельно устал.

— Конечно, в гостевой! — фыркаю. — Больше вообще ко мне не смей подходить! Собирай свои шмотки и проваливай хоть на другую планету!

— С удовольствием! Лишь бы твои истерические припадки не наблюдать...

Хмурый, недовольный и даже помятый, но дико выводящий меня из себя своим равнодушием. Ян, не глядя на меня, уходит в сторону гостевых спален, а я, потеряв всякие тормоза, набрасываюсь на его спину с кулаками...

Колочу по твёрдым мышцам, но мои удары Яну, как комариные укусы. Он резко поворачивается ко мне и берёт мои запястья в захват. Дёргаю руками, да только что я могу против такой силищи?

— Прекрати говорить обо мне так! — почти кричу, глядя прямо в сощуренные от злости глаза мужа. — Прекрати выставлять меня в таком свете, говоря, что я истерична! «Благородный принц» без капли благородства! Не хотел продолжать жить во лжи, но целый месяц спал со мной, уже имея за моей спиной любовницу! Говоришь, что искренне любил меня и хочешь попрощаться красиво, но столько ужасных слов этим вечером ты мне сказал, сколько я за всю жизнь не слышала! Ты лицемер, Ян! — ещё раз безрезультатно дёргаю руками.