Измена. Начать заново

Глава 2

Реальность встречает меня головной болью. Долго лежу, не двигаясь. Вчера я до ломоты в висках обдумывала случившееся, то холодея от ужаса, то воодушевляясь. Гребанные эмоциональные качели замучили до тошноты.

Я не могла не верить мужу, но… и себе тоже. Слишком реальный кошмар, чтобы оказаться сном. И на память я никогда не жаловалась!

- Ясмина Алиевна, вы уже проснулись? – шепчет рядом кто-то.

Что ж, нет смысла скрываться. Открываю глаза и вижу медсестру. Женщина смотрит на меня вроде бы дружелюбно, но настороженность в ее взгляде цепляет. Или это у меня разыгралась паранойя? Не понимаю…

- Извините, но время идти на процедуры, - оправдывается, будто это она виновата. – И таблетки надо пить строго по графику.

При хламидиозе тоже… Вздрагиваю как от пощечины.

- Что за таблетки?

- У вас небольшое воспаление шейки, так что врач назначил антибиотики и закладывать свечи.

- Долго?

- Две недели.

Во рту сохнет. Я не медик, но кое-что знаю. У одной из моих университетских знакомых были проблемы. И длинный язык… Она охотно костерила урода, который ее заразил, сетуя, что лечение очень дорогое и долгое.

А медсестра звенит склянками, выставляя передо мной лекарство. Три белых кругляшка разного размера.

- Не буду пить.

Склянки валятся на столик.

- П-простите, я сейчас уберу, - суетится медсестра. – И если нужно, открою новую упаковку при вас.

- А перед этим я хочу почитать инструкцию.

- Да, конечно.

Женщина исчезает. А я как идиотка пялюсь на стену, бездумно изучая узор обоев. Красивенькие, с цветочком… И вообще тут все по-домашнему. Но мне хочется бежать. Чувствую себя… гадко. Как будто это я виновата: выделываюсь тут, показываю свое недоверие.

Чтобы как-то отвлечься, тянусь к телефону. И тут же отдергиваю руку. Нет, нельзя. Я не сдержусь и полезу читать про эту гребанную болезнь.

Мну в руках одеяло. Но в голове ржавой каруселью крутятся вопросы. Снова и снова… Кажется, я сойду с ума!

Но спасение приходит вместе с хлопком двери и громким:

- Мамоська!

- Ляйсан!

Дочка залетает ко мне на кровать шустрее белки. А я изо всех сил пытаюсь не зареветь. Солнышко мое любимое! Как же я соскучилась! Перевожу взгляд на вошедшего следом Арсена. Он улыбается довольный тем, что видит.

- Мы решили навестить нашу любимую маму, да, Ляйсан? Очень соскучились.

И смотрит так… У меня дыхание спирает, а по спине ползут знакомые мурашки. Люблю его! И должна верить… Дочка лезет целоваться, обнимает крепко-крепко и не перестает щебетать. Моя зайка не знает причины, по которой я здесь – не успели рассказать про братика, и теперь я понимаю, что это позволило ей избежать лишнего стресса. Исключая тот, на ужине, когда Ляйсан заметила кровь на моем платье. Как же дочка рвалась следом за врачами! Как плакала!

Зарываюсь носом в мягкие темные волосы и глубоко вдыхаю родной запах.

Мое счастье… Прямо на душе легче, когда она рядом.

Кровать прошибается под весом тяжелого тела, и Арсен обнимает нас обеих.

- Мои девочки, - шепчет, обдавая скулу горячим дыханием, и сердце тает, как мороженное на солнце.

Нет, он не мог… И к черту все эти записи. Но я хочу домой, иначе сойду с ума.

- Арсен, я не могу тут больше. Меня… - запинаюсь, не зная, как объяснить.

А муж понимающе гладит меня по плечу.

- Пробью информацию. Но врач может назначить амбулаторное лечение. Прошло только четыре дня.

Да и пусть. Мне даже про таблетки читать перехотелось. Пусть это трусость, по-другому не могу.

- Сделай это, пожалуйста. Ужасно хочу домой, к вам.

***

Арсен

Все получилось лучше, чем я планировал. У Ясмины с дочерью крепкая связь, и это дает мне отличный рычаг для манипуляций.

Короткий взгляд в зеркало заднего вида, и я снова сосредотачиваюсь на дороге.

Мои девочки о чем-то перешептываются. Ляйсан просто рада, а Ясмина… Вижу, как она переживает о потере. Неосознанно кладет руку на живот, кусает губы. Но настороженности в ее взгляде заметно поубавилось. Еще бы! Я тут из шкуры выпрыгиваю, работу нахер послал и завис в больнице. Потому что лучше расправиться с проблемой сейчас, чем разгребать последствия. И дело тут не только в семье.

Моя компания потихоньку выходит на международный уровень, конкуренты будут выискивать любую грязь, только бы отбросить меня от кормушки.

Оплетка руля скрепит под пальцами.

Потаскуху, устроившую все это, пока не вычислили. Ничего, я подожду… Вариант свернуть девке шею кажется все более привлекательным. Или лучше выкрасть и отправить в качестве подарка в самый дешевый турецкий бордель.

Этот план греет сердце. Приятнее только видеть робкую улыбку жены. Все будет хорошо, моя девочка. Клянусь, больше ты не пострадаешь.

Дом встречает нас легкой суетой. Наши семьи собрались в полном составе, даже вечно занятые братья Ясмины нашли время прийти. Моя жена тронута. Обнимает Ильяса и Карима и, кажется, совсем забыла про свои подозрения. Но вот кое-кто не забыл.

- Пойдем-ка выйдем, - бросает в полголоса отец.

Ну началось… Стискиваю зубы, но вынужден подчиниться. Еще раз смотрю на Ясмину - похоже, она совсем успокоилась. На щеках румянец, оживилась вся. Но надеюсь, гости долго не задержатся. И наш с отцом разговор тоже будет коротким.

Отходим в сторону, подальше от лишних ушей и глаз.

- Я так понимаю, проблема решена? – кивает в сторону женщин.

- Как видишь.

- Не дай Аллах будут последствия.

- Мы уже говорили на этот счет.

- Мы много о чем говорили, - шипит сквозь зубы. – Но ты умудрился облажаться.

- У меня был хороший учитель.

Отец со свистом втягивает воздух. Представляю, с каким удовольствием он бы затеял ссору. На его угрозы мне давно и глубоко плевать. Пусть за собой смотрит. Я хотя бы не тащу потаскух в нашу с женой койку.