Измена. Найду тебя, папа

Глава 6

Не помню сколько мы простояли вот так. Время потеряло всякий смысл. Потому что он здесь, он рядом, он со мной. Я обнимала его, поднималась на носочки, чтобы дотянуться до его горячих губ и чувствовала, как ветер дул мне в спину.

- Я все тебе расскажу, - вкрадчиво шептал Леша, крепче прижимая меня к себе. – Мы должны вместе говорить так, чтобы не было сомнений, – резко ответил он.

Быстро закивала в темноте. Не смотря ни на что я верю ему. Я так сильно, так преданно верю, что хочется отрицать самой себе. Мне сложно понять, как можно не верить человеку, который стал тебе родным.

С первыми лучами солнца ты просыпаешься с ним в одной постели, готовишь завтрак, затем целуешь его в колючую щеку и каждый раз говоришь: «Доброе утро, любимый». Казалось семь лет – это не много, но и не мало. И наше первое знакомство, я всегда так отчетливо помню, будто это произошло только вчера.

Но самое главное, что с ним ничего не случилось. Он цел и невредим. Не знаю, как бы я это все перенесла, даже подумать страшно. Вспоминаю, как однажды, Лешка попал в больницу с приступом аппендицита, я себе места не находила. Постоянно дежурила у дверей больницы, так как к нему не пускали, отделение было закрыто на карантин.

Иногда мне казалось, что у нас идеальная образцово-показательная семья. Точнее именно так говорят о нас соседи. Говорят, что мы красивая пара и так подходим друг к другу. В один голос утверждают, что с нашей семьи можно брать пример и как бы я хотела, чтобы когда-то так сказала моя мама. Но вряд ли, при одном упоминании о нем, ее выражение лица тут же меняется. Алексей для нее, как сезонная аллергия, как что-то ненужное, бурьян, растущий на ее дачном участке. Я никогда не знала, что такое ненависть к близкому, никогда не думала, что моя мать может ненавидеть, но когда я говорю о муже и смотрю в ее лучистые глаза – вижу в их отражении не только себя, я вижу в них ярость.

Наверное, ему в этом плане сложно, мне напротив - легче. Моя свекровь живет в тысячи километров от нас, звонит редко, в гости приезжает еще реже.

Иногда задумываешься, почему с мужем можем болтать часами? Почему у нас столько общего. Он как и я пьет только пастеризованное молоко, любит на ужин, (собственно, как и я) запеченную рыбу и обожает сорт яблок фуджи, (когда я ждала своих двойняшек я ела их килограммами), поздно ложится и тяжело встает по утрам. Он не курит, редко пьет пиво и почти не смотрит футбол. Мы вместе смотрим хоккей, дружно болеем за СКА.

- Хорошо, - тихо шептала я. – Я скажу. Ты прав, так будет лучше для нашей семьи.

Лешка выдохнул. Внезапно его губы сомкнулись с моими. Он жадно меня целовал, торопливо расстегивал пуговицы моего халата.

- Дети спят, - все также тихо отвечаю, но казалось, он меня не слышал, а я больше не сопротивлялась.

Дети подъем! Пора в сад.

Мои милые совята сонно потирают глазки.

- Уже утро, мамочка? – первой обычно просыпается Маша. Неохотно встает со своей кровати, сладко зевает. Будит брата, который спит так крепко, что ни один будильник его не поднимет.

- Соня номер два вставай, - цитирует своего отца.

- Я не номер два, - бурчит Ромчик и переворачивается на другой бок.

А потом в дверь позвонили и я побежала открывать.

На лестничной площадке стояли двое мужчин. С серьезными, каменными лицами, в серых пиджаках, они смотрели на меня всепоглощающим взглядом.

- Раевская Наталья Дмитриевна? – спросил один из них и достал из внутреннего кармана удостоверение полицейского.

- Да, это я, - растерянно произношу.

- Нам нужно задать вам несколько вопросов.

- Конечно, задавайте, - продолжаю стоять на пороге и внимательно смотреть на них.