Измена. Найду тебя, папа

Глава 8

Костя

- Что ты сказал? Повтори! – после его слов весь мир внезапно прекратил свой разбег. Остановился. Оборвался. Замер. Большая китайская стена рухнула, взлетела пыль столбом и повисла оглушающая тишина. Тот самый момент, когда утро не наступит никогда, когда одним махом, все что тебе так дорого погрузилось в беспроглядную темноту.

Я не верил. Не верил словам, не верил в происходящее. Когда густые краски перемешались, и получился один единственный цвет – беспросветно-черный. Сложно представить, что ее нет и уже никогда не будет. Это проклятое слово: никогда…

Нет! Этого не может быть. Марк, скорей всего сейчас в баре. Напился в стельку, несет какой-то бред. Ева – она… Она не могла.

У нас ужин в ресторане. У нас планы на жизнь, на будущее, какая к черту авария! Она мечтала о ребенке, о нашем с ней общем ребенке…

- Выезжаю, - все что я ответил ему и стремглав покинул кабинет.

Я несся по автостраде, словно за мной гнались все менты, работающие в этом городе. Я гнал так, что казалось не различаю цветов на светофоре, да и в такой момент мне было наплевать. Пусть хоть землетрясение, хоть конец света, я хочу увидеть ее. Только ее. Хрупкую, нежную, ранимую.

Ударил по рулю, едва сдерживая гнев. До конца не верю в происходящее. Как можно поверить в то, что твоя женщина мертва. Ее больше нет в жизни, но она есть в твоем сердце, в твоей душе и будет там всегда.

И не смотря на все сказанное, представленное в моем воображении, мне хотелось скорее увидеть ее, как можно скорее. И я увидел.

Когда приехал на место, полицейские были уже здесь. Оградили территорию желтой лентой, оставив свои машины с включенными мигалками рядом с местом, где все произошло.

Я медленно шел к ней в ночной, промозглой темноте, слушая гулкий звук своих шагов. Все ушло на второй план, стоило только мне приблизиться к ней.

Я смотрел в ее бледно-синее лицо и словно прошелся босиком по разбитому стеклу. Будто острые осколки застревали в моих ступнях, а я продолжал идти.

Продолжал смотреть на ее стройное, изящное тело, которое неподвижно лежало на холодной, сырой земле.

Если бы я мог вернуть время, если бы я только мог! Я же столько ей не сказал, столько не сделал. Еще сегодня утром, думал, что впереди у нас целая жизнь, а оказалось… А оказалось, все гораздо сложнее. Бесконечность серых дней, пустота и боль. Неутихающая, ноющая, где-то там глубоко в груди, потому что ее уже никогда не будет рядом.

Ее глаза были открыты, она расправила руки в разные стороны, слегка согнув ноги в коленях. Я склонился над ней. В стылом воздухе еще ощущался запах ее духов. Прикрыв своей ладонью ее веки и тихо прошептал: «Спи спокойно моя дорогая».

- Черт! Мать твою! – не сдержался. Поднялся с колен, ударил кулаком о рядом растущее дерево. Раздается хруст, осыпалась кора, черные птицы вздымаются к холодной луне, которая показывается из-за хмурых облаков.

Что мне остается? Только найти этого ублюдка. Наказать по всей строгости закона. Уничтожу гада! Пусть это даже противоречит моим принципам.

- Кто он? Уже известно? – интересуюсь я, когда подхожу к следователю районной прокуратуры. Он стоит ко мне в пол оборота, держит в руках папку с бумагами, пытается разглядеть написанное в полуночной темноте.

Я его хорошо знал. Он нормальный мужик, (будет биться за правду до последнего) несмотря на то, что с ним мы по разные стороны баррикад. Но каждый выбирает свой путь. Я выбрал этот. Во-первых, он сложнее, во-вторых, мне так хочется. Найти и наказать или найти и доказать. Казалось бы похожие, но совершенно не совместимые понятия.

- По предварительным данным, она шла оттуда, он указал рукой на тускло горящий фонарь. - Переходила дорогу и тут ее сбили. Машину бросили через пару метров. Скорей всего сбили и даже не остановились. Лишь потом, через пару-тройку метров. Машину бросили там, - теперь он указал рукой в другом направлении.

- Камеры наблюдения? Свидетели? Хоть что-нибудь…

Отрицательно качает головой.

- Пока ничего.

- А хоть кому принадлежит машина установили?

Он повернулся ко мне лицом и недоброжелательно посмотрел. В общем, все как обычно. Терпеть не могут, когда их учат, как нужно работать. А их нужно учить работать, иначе все будут делать медленно, да и куда им спешить.

- Машина зарегистрирована на некую Раевскую Наталью Дмитриевну. Заявление об угоне не поступало, уже проверили. Поэтому скорей всего было так: она сбила, затем проехала, вот да этого места, резко затормозила - он снова начал указывать руками в разные участки опустевшей дороги. Я перевёл взгляд на поддержанное советское авто, двери которого открыты настежь и которому скорее всего лет двадцать в прогоне, а может и больше. – После чего вышла из машины, ушла пешком, оставив транспортное средство. Возможно испугалась. Эксперт утверждает, если бы оказали первую медицинскую помощь, все завершилась бы иначе. Твоя девушка была бы жива.

Жива… И это слова как удар под дых. Сбили и бросили умирать. Мою светлую, нежную, мой луч солнца в этом клятом конце туннеля.

Достаю из кармана смартфон, задумчиво кручу его в руках.

- Где она сейчас? Хозяйка машины?