Измена. Найти любовь

Глава 7.

Склеив вазу как могла и оставив ее сохнуть возле открытого окна, я направляюсь на кухню. Хочу продолжить готовить яичницу, но в порыве злости все отшвыриваю от себя и просто сажусь за стол.

Я буду делать, что захочу…

Так он мне сказал, да?

Это значит он заявится сюда, когда ему только вздумает? Будет манипулировать?

Он приехал, чтобы дать понять, что я все еще под его полным контролем, и если я хочу встреч с Лерой, то должна быть ниже травы и тише воды.

Как мне на это согласиться?

Прав на Леру мне это все равно никогда не даст. А он просто будет издеваться сколько ему вздумается.

Как я не видела всего этого в нем все эти годы...Он мне этого не показывал. Всегда был сдержан, в меру строг, ласковым тоже был. А тут такие перемены… И главное так зол на меня! За что?!

Выпив одну чашку черного кофе, чтобы взбодриться, я выхожу во двор подышать свежим воздухом.

Домой совершенно не тянет и через полчаса прогулки. Присев на лавочку, которую еще сегодня утром не было видно из-за травы, я смотрю в небо, пытаясь хоть что-то придумать.

Надо пойти в загс и забрать свой экземпляр свидетельства о расторжении брака. Обязательно. Он должен быть и для меня, если развод и вправду оформлен.

Вскоре становится совсем темно, и тем временем возвращается мой сосед. Слышу, как открываются его автоматические ворота, как въезжает его машина и паркуется напротив лавочки, где я сижу. Наши заборы очень близко.

Невольно я начинаю подслушивать разговор соседа с кем-то. Становится интересно. Такие необычные вещи обсуждаются, что я аж встаю с лавочки и подхожу к забору ближе.

— Не заставляй меня учить тебя как надо от лишних людей избавляться. Я сказал, чтобы все было сделано в четверг. Ни в пятницу, ни в субботу. В четверг! Ясно?

Я чувствую сильную слабость в ногах и пошатываюсь прямо на свой забор. Штакетина отрывается и с характерным звуком ударяется прямо об…

— Нет, нет, нет…

…железный забор моего соседа!

— А ну-ка я перезвоню, — сосед тут же заканчивает разговор и, кажется, направляется, к воротам. Даже при своем высоком росте он никак бы не смог заглянуть через свой забор ко мне.

Со всех ног я бросаюсь в дом и запираюсь, а также выключаю везде свет. Сажусь на диван в полной темноте и прислушиваюсь.

Шаги… Боже, я слышу шаги снаружи дома… Окна же открыты.

Этот сосед, а похоже еще и самый настоящий бандит, направляется прямо ко мне.

Шлепаю себе пальцами по губам, когда раздается тот же по силе, что и в прошлую ночь, стук в дверь.

Заставляю себя сидеть. Не станет же он вламываться сюда. Однако он все равно найдет момент, чтобы выловить меня.

— Евгения! На минутку! — слышу его грозный голос, от которого вся каменею.

Проклятье… Он не уйдет.

Поднявшись, я срываю с дивана плед и, обернувшись им, направляюсь к двери.

Так, спокойно. Ничего он мне не сделает.

Включаю свет на веранде и, немного помедлив, отпираю замки.

— Опять вы? — начинаю я как ни в чем не бывало.

Во взгляде нет той доброжелательности и интереса. Зато есть подозрительность.

— Опять я, — хмыкает. — Быстро же ты домой забежала…

Да… Так он и подумал. Что я подслушивала. А я много всего интересного услышала.

— Что? — буду строить дурочку до последнего.

— Ты же сейчас во дворе была только что.

— Да, была, — не отрицаю, пожимая плечами. — Вон у меня там лавочка стоит. Я там сижу вечерами. А что?.. Зачем вы опять ко мне пришли?

— Ты вообще откуда?

— Что?

— Отвечай на вопросы, Евгения, — бескомпромиссно.

Начинаю дрожать всем телом, теряя всякую уверенность в себе.

— Из города.

— Чем в городе жизнь не мила?

— Природу люблю.

— Ты мне лучше не ври. Это бабки всякие природу любит, переезжают сюда, потому что устали по метро таскаться. Ну а ты-то…

— А я теперь в разводе, — чеканю твердо. — Квартира была мужа. Вот я и съехала. А вам какая разница? Что вам нужно вообще от меня? Если хотите, чтобы съехала, то ничего не выйдет. Мне больше некуда идти.

— С чего ты взяла, что я этого хочу?

— Да потому что вас любое мое движение напрягает. Чуть что, так вы ко мне то с вопросами, то со странными предложениями бежите.

— Странными предложениями? — прищуривается на один глаз мужчина. У него, кстати, зеленые глаза.

Галина все-таки права. Красив он, но и очевидно, что опасен не менее.

— Странными — не совсем подходящее слово. Унизительными — вот это да, подходит.

— И чем это я тебя, Евгения, унизил?