Измена. Нам нужен новый папа

Глава 6

Странное такое чувство.

Не понимаю его. Эдвард ходит по комнате, я укачиваю малыша. Он молчит. Я молчу.

Он мне уже помог и, по большому счету, может уходить.

Но не уходит.

— Анна, я подумал, вы… вы действительно намерены разводиться? Или будете прощать своего мужа?

— Мужа? Нет у меня никакого мужа. Есть кобель и изменщик.

— Изменник.

— Что?

— Простите, но правильно говорить изменник.

— Правильно, да. Вот только изменник звучит как-то слишком благородно. А изменщик — он же козел, и всё.

— Козел, значит…

— Козел, — говорю с вызовом, не понимая, чего он прицепился, — а что?

— Нет, ничего, просто…

— Что? — краснею, потому что адвокат так на меня смотрит… Странно смотрит.

Почему?

Да, я только что кормила при нем ребенка, грудь он мою видел, но ведь это естественный процесс?

Егор говорил, что его это вообще не возбуждает, наоборот, раньше ему моя грудь нравилась, а теперь он ее воспринимает как пакет молока. Фу, придурок какой! Сам он… пакет! Только не молока, а вонючего, тухлого мусора.

Морщусь, представляя, и опять наталкиваюсь на взгляд Эдварда.

Красивое имя у него, как у этого красавчика вампира из “Сумерек”. И сам он тоже… красавчик.

Эх, жалко, что мне не светит.

Ох, и о чем я только думаю? Мне муж изменил с моей сучкой подругой, а я тут… заглядываюсь на чужих красавчиков.

Он же чужой, это Эдвард? Наверняка женат.

Кольца вроде нет.

— Что? — теперь его очередь задавать вопрос.

— Просто, смотрю.

— Я не женат.

Блин, спалил меня! Как неловко. Да что он о себе думает, вообще-то?

— А мне что за дело? Не женаты — я вас поздравляю. Я вот тоже скоро буду не замужем. Мне муж изменил, у меня это сейчас главная проблема, а не то, есть у вас жена или нет.

— Нет жены. И никого нет.

— Вот и прекрасно!

— Вы думаете? — он как-то странно смотрит, а потом принюхивается.

Ох, черт…

— Извините, мне нужно сына переодеть.

— Я уже понял. Я подожду на кухне?

— Да, конечно. Там кофемашина, можете сделать себе капучино или американо.

— А вам?

— Мне? — Странный он какой-то. — Мне кофе нельзя, если только чай с молоком.

— Я понял. Сделаю.

Сделает мне чай с молоком?

Интересно.

Вообще, интересно, почему он потащился на мою кухню, а не отправился по своим делам. У него ведь есть дела?

Кладу сыночка на пеленальный столик, тут у меня всё удобно устроено: и салфетки лежат, и крем, и стопка подгузников, и внизу шкафчик с ползунками и бодиками.

— Ах ты мой сладенький, мой хороший мальчик, мой красавчик!

Убираю грязный памперс, вытираю попку, хорошенечко все складочки прохожу.

Я очень люблю ухаживать за своим малышом, мне так нравится быть мамочкой!

Сама раньше не думала, что будет именно так.

Мой малыш желанный.

Но сейчас я понимаю, что желанный, видимо, только для меня.

Горячая слеза падает на крохотное детское пузико.

Неужели у моего сыночка не будет отца?

Неужели наша история с Егором вот так закончится?

Нет, я не готова простить. Только не такую подлую измену.

С Наташкой! Как он мог именно с Наташкой?

Он всегда говорил, что она его бесит, раздражает, требовал, чтобы я прекратила с ней общаться.

Требовал, а сам взял и полез к ней в трусишки?

Кстати, эти труселя ведь сейчас валяются где-то в нашей спальне! Фу, какой ужас!

Нужно быстро всё собрать и выкинуть.

Беру малыша на руки. Он выспался, можно положить его на коврик-развивашку, пусть поиграет.

Я так и делаю.

Потом иду на кухню.

— Ваш чай.

— Спасибо. — Тут я вспоминаю, что привезла от мамы домашнее печенье и куриный рулет, она у меня сама его готовит. — Вы, наверное, есть хотите? Я сейчас.

— Не суетитесь, сядьте.

— Да я не суечусь, сама тоже перекушу.

Достаю печенье, красивую тарелку, у меня пунктик на посуду, люблю разные тарелочки, чашечки. Рулет нарезаю.

— Угощайтесь, это моя мама сама готовит.

— Да, ваша Элеонора Матвеевна знатный кулинар.

— Точно, вы же были у нас в гостях.

— И не раз.

— Да.

— Только вы на меня внимания не обращали.

— Неужели? — улыбаюсь, но чувствую себя неловко, потому что обращала, вот только стеснялась, особенно после того, как замуж вышла. — А вы на меня обращали?

Не знаю, зачем я это спрашиваю. Но Эдвард смотрит серьезно.

— Конечно обращал. Вас трудно не заметить.

— Ага, особенно после беременности было трудно и во время, когда плюс двадцать килограмм.

— Вас это не портило.

— Вы мне льстите.

— Нет.

И снова мне неловко, я краснею. Глаза опускаю, и вижу, что под столом валяется мусорный пакет. Вот же Егор, засранец! Вечно мусор не вынесет! И тут же вспоминаю о шмотках Наташки, которые хотела выкинуть.

Вскакиваю, достаю из шкафа пакет с пакетами, вытаскиваю один, самый простой, из магазина типа “Семерочки”.

— Анна, что случилось?

— Что случилось? Эта шалава тут свои тряпки оставила, надо их собрать и вышвырнуть в мусоропровод.

Говорю, хватаю ещё и мусорное ведро и вылетаю из кухни.