Измена. Нареченная тёмного Дракона

Это не твой ребёнок

Я переглядываюсь с Марой, которая смотрит на меня грустным и возмущенным взглядом. Плетусь за Ориасом. Он ведет меня в одну из дверей на первом этаже, там оказывается широкая каменная лестница.

Мы спускаемся куда-то глубоко в подземелье и оказываемся в огромном зале, который освещают сотни небольших свечей.

Я оглядываюсь, смотрю на высокие стеллажи с книгами, орган и скрипку в дали зала, письменный стол заваленный разными бумагами.

- Что это? - спрашиваю я.

- Это мой дом. Место, где я прячусь от одиночества. Сюда никому нельзя входить.

- Вы прячетесь от одиночества в подвале, где никого нет, и куда никому входить нельзя? - уточняю я.

- Да, - он кивает. Видишь ли, Камилла, одиночество - это тогда, когда ты чувствуешь себя чужим. В последние дни, мне стало так больно и тоскливо от него, что я не мог понять, что происходит. Казалось бы, должен был привыкнуть. А потом я осознал - это твои чувства.

- Мои?

- Я говорил, что чувствовал тебя даже из другого мира. Думал, когда ты в моем доме это ушло, но нет. Если ты не рядом, я ощущаю тебя. А тебе одиноко.

Я мелко киваю.

- Ну, да… верно. Но я не знаю, как мне стать своей среди них. Я им всем недруг. И слабый недруг…

- Мара больше не посмеет тебя обижать. Никто не посмеет. Но чувствовать себя с ними своей ты никогда не будешь.

- Вам легко говорить, - я пожимаю плечами. - Вы их повелитель, они все вас слушаются, вы один из них, только сильнее…

- Камилла. Я живой среди мертвецов в загробном мире. И я бессмертный среди тех, кто постоянно помнит о смерти. Я не могу быть своим ни для кого. И никогда. Просто я уже привык. А ты… слишком сильно всё переживаешь, так что вот тебе моё лекарство, - он показывает рукой на книги.

- И что мне делать?

- Приходи сюда, читай. Проваливайся в другие миры, другие жизни. А потом, когда дом приведут в порядок, ты сможешь брать книги отсюда и приносить к себе.

- А это? - я киваю на музыкальные инструменты.

- Туда не пущу. Тем более, не думаю, что ты умеешь музицировать.

- Конечно умею! Знания языков, разных культур, истории, музыки - это минимальное что требуется от таких, как я. Я благородного воспитания! Да и…

- Сыграешь мне? - перебивает он меня.

Я молча подхожу к органу, открываю крышку и радуюсь тому, что он не запылен как всё остальное в этом доме.

- Магия сохраняла это место, да? - спрашиваю я, понимая ответ.

- Да. Хотя я не думал, что мне придется вернутся. Ноты на столе, я их ещё не разобрал.

Я качаю головой. Нажимаю на педали, пробую клавиши. Всё работает.

Я медленно выдыхаю, сосредотачиваясь, и начинаю играть. Сложны только первые несколько нот, дальше пальцы начинают сами порхать по клавишам создавая мелодию.

Я закрываю глаза, погружаясь в музыку, улетая куда-то вместе с ней. В ней, в старой мелодии, которую выучила в самом детстве, я будто излагаю всю свою боль, всё одиночество. Будто я кричу клавишами и наконец-то позволяю себе плакать.

Мелодия заканчивается не то через несколько минут, не то через вечность. Моя душа пуста, но это приятная легкость. Я поворачиваюсь к Ориасу, что стоял всё время молча позади меня.

Даже не знаю, что хочу от него услышать. Или не хочу.

Из глаз медленно льются слёзы, я замечаю это только сейчас и вытираю их.

- Грустная мелодия, - говорит Ориас. - Это что-то новое?

- Она называется «Зима», это мой учитель её написал.

- И где он сейчас?

- Мертв. Он единственный, кто не верил в пророчество. И очень хорошо ко мне относился, на самом деле.

Ориас кивает.

Мы молчим. Каждый о чем-то своем.

- Вы сказали, что не пустите меня сюда, и через несколько секунд, сами отправили играть, - замечаю я.

- Я думал, что ты откажешься.

- Простите, что разочаровала.

- Не разочаровала.

- А мои чувства? Вам они тут тоже мешают? - я быстро моргаю, стараясь убрать слёзы.

- Их опять было слишком много, Камилла. Но… нет, они сейчас мне не мешали, - он подходит чуть ближе. Кладет руку мне на плечо. - Если хочешь, приходи работать за инструментом. Или читай. В общем, это может быть и твоё место.

Я киваю. Поднимаю глаза на тёмного дракона.

- Это большая честь для меня. Спасибо.

Он ничего не говорит в ответ. Смотрит, как-то странно, очень тепло. Медленно кивает и молча уходит.

Оставив меня в своем личном королевстве.

Дни сменялись неделями, а те - месяцами.

Наступила зима, потом весна. Мой живот сильно округлился, хотя всего-то седьмой месяц.

Я писала письма отцу, но он ни на одно не ответил. Я мало общалась с горничными Ориаса. Да и с ним самим тоже. В основном, наши дни проходили в подземелье, где мы читали рядом друг с другом. Либо кто-то из нас играл и потом мы обсуждали музыку. Ориас уходил по своим делам, а я оставалась одна, но уходить в свою спальню не хотелось.

Иногда, я даже засыпала в подземелье, а наутро оказывалась в своей постели. При мысли о том, что это дракон уносил меня и нежно укладывал в кровать, мне становилось как-то странно волнительно и весело. Выглядела я в те дни немного безумной, чем пугала Анну и Мару.

Мара оказалась лекарем, и проверяла моё здоровье. Больше колкостей от неё не было, но я не знаю, сдерживается ли она, или действительно присмирела по отношению ко мне.

Но всё хорошее имеет очень дурное качество - заканчиваться. И вот, в один из дней, когда я спокойно читала забавный роман о морских приключениях благородного пирата, из вымышленной каюты капитана меня вырвал резкий звук падения.

А затем чей-то крик. Я удивленно морщусь, и к своему ужасу понимаю, что шум мне не показался.

Разум, говорит, что нужно спрятаться, не выходить из убежища.

Но древние, животные чувства кричали, что нужно бежать.

Я, подскочив выбегаю из подвала, бегом поднимаюсь по лестнице, держась за живот, что жалобно заныл.

Открываю дверь и оказываюсь в зале.