Измена. Нас теперь трое

Глава 6

Меня начинает мелко трусить.

Обхватываю плечи руками и, хмурясь, смотрю на подругу:

— Как ты можешь такое мне предлагать? Конечно же, я буду сохранять беременность! Ты ведь знаешь, как… — обрываюсь на полуслове, потому что кислород заканчивается.

— Тише-тише, прости меня, родная! Но ты тоже меня пойми. Просто я… — Мира складывает руки в молящем жесте, подаётся вперёд и обнимает меня. Машинально обнимаю ее в ответ и утыкаюсь носом в плечо. — Я знаю и всё понимаю, но я должна была спросить. Алинчик, не злись, я тебя прошу.

Слез нет, есть какое-то опустошение. Опустошение и злость.

— Нет, нет, я бы никогда даже в мыслях такое бы не допустила. Дитя — это невинный ангел. Чистый и светлый!

— Знаю. Я дура, сморозила чушь, — Мирослава морщится, потирая переносицу.

Я слишком хорошо знаю, подругу детства, чтобы не понимать — она действительно спросила это не со зла. Просто чересчур волнуется обо мне. О нас…

Чтобы не случилось, я никогда не смогу. От одной мысли мутит и в горле образуется ком. Даже если Гараев меня трижды предаст, я не смогу предать своего малыша. Он мой, мой. И только мой. Да, может быть, когда-то мы хотели этого ребёнка вместе.

Но не сейчас.

Буквально ещё несколько часов назад я была безумно счастлива, а сейчас Булат меня просто растоптал.

Он нас растоптал, не подумав о том, что внутри меня может развиваться ребёнок!

Неужели я только сейчас, встретившись лицом к лицу с его любовницей, увидела истинное лицо своего мужа? А как же обещание сделать меня самой счастливой?

Я же предлагала Булату попробовать ЭКО! Но муж постоянно твердил, что нам это не нужно: оба здоровы и обязательно сделаем это естественным путем.

Я до крови кусаю губу, мазохистично вспоминая разговор с этой Кристиной.

— Знаешь, я до сих пор не верю словам его любовницы. Глупо, да? — усмехаюсь, встречаясь взглядом с Мирой.

— Я не знаю, милая...

В носу начинает щипать — предвестник скорых слёз. Возможно, так станет легче?

— В общем, пока я не найду доказательства… Не убежусь лично, что Гараев действительно так говорил. И он действительно причастен к этому ребёнку, я не успокоюсь, — произношу твердо.

Сейчас я приняла окончательное решение: при любом исходе не стану говорить Булату о своей беременности. Даже, если окажется, что он крутил интрижку с этой моделькой, а потом бросил ее и не является отцом ее девочки, то это ничего не изменит.

Уже ничего.

Как бы там ни было, этот малыш или эта малышка под моим сердцем, — только мой и больше ничей! Ни с кем не буду его делить.

Я его выстрадала, выплакала. Я заслужила каждую секунду! Каждое мгновение с этим ангельским счастьем.

Отгоняю от себя картинки из телефона Потаповой. Но они словно паразиты — лезут обратно: снимок УЗИ, светский приём, красивый отель, ресторан.

Оказывается, предательство мужа ранит сильнее ножа…

Булат так мечтал, так ждал нашего совместного ребёнка, но рядом с ним теперь та, которая вот-вот подарит ему дочку. Она совсем скоро появится на свет, а у моего мужа даже духу не хватает признаться! Внутри зарождается дикая ярость и негодование.

— Алин, ты уверена, что не будешь ему говорить?

— Уверена на сто процентов. Знаешь, в глубине души я надеюсь, что эта фотография отфотошоплена или мужчина просто сильно похож на Булата, но я лично выбирала для него тот дурацкий костюм! Будь он не ладен.

— Ну, нынешние технологии, конечно, шагнули далеко вперёд. Всё может быть, но… — неуверенно тянет Мира.

Я громко фыркаю — настоящая подруга! Подумала, что я ищу оправдания для Булата и решила взглянуть на это под другим углом.

Только вот я не собираюсь оправдывать Гараева.

— Возможно, его кто-то подставил. Допустим, что и фотография качественная фальшивка, и девица эта нарочно приехала к нам, — я переставляю ручки и блокнот для записей как «факты», ищя в чем же подвох. — Мир, но ведь это же бред?

— Бред, — соглашается она.

— То, что я приду к тебе не знал никто. Даже мы с тобой! Это было спонтанное решение. А я не наивная маленькая девочка. Как бы мне не хотелось отрицать неизбежное: что мой муж по-прежнему любит меня и верен, увы, но это не так! — Я зло стираю слезы, которые, не прекращаясь, катятся по щекам.

Но так становится легче, будто бы душа от чего-то чёрного очищается. От чего-то грязного, куда мы с малышом попали, сами того не подозревая.

Мира первая берет себя в руки.

— Хорошо, раз мы решили, что воюем с подлым изменником, давай думать, как будем проворачивать эту операцию.

— Я не знаю... Правда, не знаю как, — усилием воли давлю нарастающую панику и смотрю на нашу ситуацию трезвым взглядом.

Максимально трезвым, который, может быть, в этой ситуации.

— Давай думать логически: если Булат нагло врет, значит, он в городе. А живет где? Либо в квартире у этой крысы Кристины, либо в отеле, либо ещё где-то...

— Вероятнее всего, — слушаю подругу вполуха.

Разглядываю присланные фотографии до мельчайших подробностей. Зацепок не!

— Лучше скажи мне, почему ты не догадалась подключить к телефону своего мужа отслеживающий маячок? — возмущается Мира. — Сейчас бы зашли в приложение, нажали на несколько волшебных кнопочек и всё разузнали бы. А так придётся играть в доморощенных Шерлоков.

— Мы с тобой те ещё шпионки.

Глаза Миры загораются огнём:

— Шерлоки, говоришь? Алин, а ты помнишь Шерлокова? На пятом курсе к нам перевелся.

— Точно Димка Шерлоков! — от радости я хлопаю в ладоши. — Он в нашей мини-подгруппе был не только интерном, но и классным айтишником.

Помню, как он не сдал зачёт по анатомии и что-то нашаманил с программой. Да так что у него до последнего курса стояли пятёрки. Как не пытались переделать ничего не получилось, так он бонусом ещё и остальным двоечникам и троечникам подшаманил счастливую жизнь

— Я его помню, только контакты утерялись…