Измена. Нас теперь трое

Глава 12

На пороге стоит Дмитрий Шерлоков — мой однокурсник.

Я облегченно всхлипываю, обмякая в руках урода Сергея. А он и рад, не понимает, что очень скоро пожалеет…

Лицо бывшего однокурсника искажено яростью. Даже отсюда я вижу, как он смотрит на Сергея, и его кулаки сжимаются.

— Руки от неё убери, ублюдок! — рычит он, быстро пересекая кабинет.

Сергей отпускает меня и оборачивается назад, но уже поздно. Кулак Димы со всей силы врезается ему в лицо. Он отлетает к стене, хватаясь за нос, из которого уже течёт кровь.

Я как ватная кукла оседаю на стол. Обхватываю себя руками, дрожа.

Нужно остановить их. Нужно хоть что-то сказать…

Но пока я не могу.

Молча наблюдаю как Дима хватает Сергея за воротник, с силой оттаскивает от стены и бросает на пол.

— Ты вообще страх потерял? — кричит Дима, нависая над ним. — Думаешь, можешь просто так приставать к женщинам?

Сергей что-то бормочет, пытается подняться, но друг не даёт ему шанса. Он хватает его за руку, резко выворачивает за спину, и Сергей кричит от боли. Но это длится недолго.

Главврач, поначалу дезориентированный атакой, только получал удары, но как-то извернувшись, он на несколько мгновений одерживает вверх над Димой.

Я не успеваю испугаться, как оба мужчины уже стоят на ногах. На небольшом расстоянии друг от друга.

Антонов зажимает свой разбитый нос и пошло улыбается:

— Да ладно, ладно, мужик, я не претендую. Всё нормально. Чё ты? И, если что, у нас здесь всё по обоюдному было. Да, зая?

— Пошёл вон отсюда, урод! — меня трясёт, реально колотит так, что зуб на зуб не попадает.

Как только вспоминаю, как он меня касался… Не могу успокоиться.

Сергей ухмыляется и, оглядев нас похотливым взглядом, идет к двери:

— Может быть, на ключик закроетесь, чтобы вас не отвлекали?

— Тебе точно зубы жмут, — Дима делает шаг вперёд, и этот утырок трусливо убегает.

Порывисто обнимаю бывшего однокурсника. Комок в горле исчезает, ритм сердца приходит в норму. На контрасте с приторным парфюмом урода-главврача от Шерлокова пахнет свежестью и цитрусами.

— Димка, спасибо тебе большое! — Отодвигаю своего спасателя в сторону и начинаю его разглядывать. — Ну, ты совсем не изменился!

Друг, правда, такой же, как и был: весёлый, задорный и ничего не боится.

Ведь Сергей в два раза крупнее него, а он его одной левой побил, и хотел вышвырнуть за дверь, ничего не боясь.

— Да я думал, заеду заберу тебя. Слышу возню какую-то. А тут этот уродец, — весь внешний вид мужчины говорит о том, что он не до конца выпустил пар. — Алинка, подожди, а? У меня ощущение, что я ему не до втащил.

— Дим, стой, — хватаю друга за рукав рубашки. — Не надо, пожалуйста. Ты же на машине? Лучше помоги мне с коробками. Насобирала тут всякого… — я пытаюсь спрятать нервозность за болтовней.

— Ты точно в порядке?

— Да, я в порядке. Как же я скучала! — снова обнимаю его и глажу по вихрастой голове.

— Ладно, лиса. Уговорила, — усмехается Дима. — Тогда я забираю коробку и жду тебя внизу. Хотя нет, давай вместе выйдем. Что-то клиника Андрея Дмитриевича уже не такая как прежде. Уроды разные у руля.

— Увы… — оглядываю грустным взглядом свой кабинет. — Мне ужасно неприятно видеть, во что она превратилась, но…

Дима касается моей талии и подталкивает к двери, а сам легко подхватывает мои вещи.

— Обратимся к великим: «Если ты не можешь изменить ситуацию, измени свое отношение к ней». Скоро имя твоего отца навсегда уберут с этой клоаки и можно будет выдыхать.

— Ты прав. И как всегда мастерски подбираешь цитаты. Только поменялись любимчики?

— Алинка, ты же помнишь, что я верный ницшеанец, но и мыслями других умных людей не гнушаюсь.

— Я помню! Особенно когда ты предложил всему педсоставу взглянуть на твои шалости философски! — от смеха мне сложно говорить, но поток воспоминаний о проделках бывшего однокурсника не желает иссякать.

Разговорившись, мы быстро доходим до автомобиля Димы. Друг закидывает мои вещи в багажник и помогает сесть на пассажирское сидение.

— Ну что, принцесса, куда поедем? Ваш верный извозчик готов исполнить любое ваше пожелание!

— Да я даже не знаю…

— Максимова, если ты сейчас скажешь «домой», то будешь самым скучным человеком на свете!

Смеюсь, оглядывая друга. Он все такой же балагур, нисколько не поменялся.

— Кстати, как ты оказался в клинике?

— Что значит «как»? У меня зазвонил супергеройский пейджер. Ладно, Мирка сказала, что ты сегодня работаешь последний день, и я решил тебя забрать. Предлагаю заехать в кафе, отметить нашу встречу, а потом заскочим в несколько шпионских магазинов.

— В шпионских? И давно у нас врачи занимаются шпионажем?

— Ну а как иначе мы будем собирать компромат на твоего лоха? О, простите, на твоего Булата.

— Да… «любишь» ты Гараева! — подкалываю однокурсника.

Шапочно они знакомы, Булат часто забирал меня после учебы. И если девчонкам доставались снисходительные улыбки, то парней он постоянно испепелял взглядом.

— Обожаю, — ухмыляясь, говорит друг и заводит двигатель. — Я хотел взять несколько камер со своего объекта, но понял, что это слишком палевно. Будем работать вчистую. Но сначала поедим. Я, правда, сильно голодный, а потом к тебе домой. Если нас спалят, я скажу, что я твой любовник.

Я смеюсь.

— Не смей! Я ещё не видела брачный контракт, а дядя Игорь его не помнит. Вдруг там есть фраза о том, что в случае неверности изменник лишается всего?

— Да, боже, если ты лишишься своего муженька, поверь, это не самая большая потеря в жизни. Так что всё нормально, — Димка резво, но аккуратно маневрирует между машин. — Прорвёмся, девочка моя. Кальмары, мидии, фастфуд?

В итоге мы едем в пельменную. Как в студенческие годы…

— Шерлоков, а ты поседел, — тут я лукавлю.

Димка замечательно выглядит. Несколько седых прядок на его шевелюре наоборот придают ему той самой пикантности, на которую реагируют и женщины моего возраста и девушки помоложе. Атлетично сложенный красавчик с голубыми глазами. Ничего удивительного, что в итоге он не смог работать с пациентами (каждая пыталась съесть его).