Измена. Нас теперь трое

Глава 37

~~ Булат Гараев ~~

Сдавливаю переносицу так, что нос хрустит.

Вашу мать!

Они, что, решили меня добить? Обе две.

Выдыхаю через нос, стараясь не скатиться на мат. Хотя очень хочется!

— Вера, что ты такое говоришь? — тяну вкрадчиво. — Я только что вышел от твоей дочери и она, если вдруг ты не в курсе, четыре дня была без сознания. Сомневаюсь, что она сидела с проломленной головой на госуслугах, заполняя бланки на развод.

В трубке ожидаемо воцаряется тишина и протяжное: «Э… э…».

Кто бы сомневался. Максимова — мать года. Но я не могу на нее злиться, потому что сам не лучше.

— Сейчас же с ней всё в порядке?

— Да.

— Тогда это не актуальный вопрос, Булат. Поверь мне, у нас есть кое-что посерьезнее, — голос Веры звенит от нервозности, чую немного и начнется визг.

Ещё и Кристина, чтобы лучше подслушивать разговор, практически ложится на меня.

Это становится последней каплей.

— Вер, я тебе позже перезвоню и всё обсудим, — бросаю тёще и сбрасываю звонок.

Надоели бабские истерики.

— В машину садись, — хватаю Кристину за локоть и подталкиваю к пассажирскому сидению.

— Но я же на своей! — верещит она, пытаясь упираться.

Только силы не равны. Едва ли не волочу ее по асфальту, запихивая в салон.

Извилинами надо было думать, когда тащилась сюда.

Что в головах этих женщин?

А еще никакого чувства собственного сохранения. Ей рожать скоро, а она таскается где только можно.

Чтобы не рявкнуть на нее, я звоню своей правой руке и отвлекаюсь на текучку. В последнее время на объекты то и дела сыпятся какие-то незначительные нарушения. И вроде бы незаметно, но слишком уж похожи ситуации.

Не первый год я в этом бизнесе, чтобы как первогодке верить в случайности.

— Бусинка, мне что-то нехорошо… — Крис бледнеет и трогает свой живот.

Останавливаюсь на светофоре и смотрю на любовницу, прожигая ее взглядом.

До ее съемной квартиры ехать ещё минут двадцать, а от больницы мы удалились на приличное расстояние.

— Может в клинику?

— Нет. Живот твёрдый, мне нужно прилечь. Девушка морщится. — Пожалуйста, отвези меня к себе.

К себе — это в наш с Алиной дом.

За всё время этой… скажем так связи, ни разу я не позволил грязному секрету вторгнуться на территорию, где живет моя жена.

Это слишком даже для меня.

Бегло осматриваю Кристину — кажется, что она не играет. Выглядит и правда уставшей.

Моральная сторона вопроса отчаянно давит на совесть. Совесть требует не тащить любовницу в дом. Моральная сторона ответственности вопит, что именно я тот мудак, который обрюхатил модель.

А я и так слишком часто корю себя за то, что не чувствую хоть каких-то теплых чувств к своему будущему ребенку. Видимо, я не способен стать хорошим отцом…

Хотя, с Алиной мы мечтали о ребенке, выделили отдельную комнату под детскую. Пока что не оформленную…

А теперь я скоро стану отцом внебрачной дочери, и если принимать истерику тещи за чистую монету, то еще и в бракоразводном процессе с женой увязну.

Ладно, не время посыпать голову воображаемым пеплом. Разгребать надо, когда уже через край польет.

Заключаю сделку с совестью и везу Кристину в нашу квартиру. Сейчас разгар дня — Алинка в больнице, треплющихся соседок тоже не должны встретить.

Пронесет.

Я ублюдок и не отмоюсь от этого, но, если с моей дочкой что-то случится, то никогда не прощу себя.

Когда ты по горло увяз, выбираешь там, где не до краёв…

И нам реально везет — до дома добираемся быстро, в лифте никого не встречаем. Отправляю Кристину в гостевую спальню, игнорируя ее вопросы и алчно-любопытные взгляды на всё.

На ночь она не останется. Отдохнет немного и вызову ей такси.

Залив в себя кофе, иду в свой кабинет.

Есть чуйка, что разговор с любимой тёщенькой высушит меня до дна.

Вариантов нет. Лучше одним махом со всем разгрестись, чем понемному пилить себе ногу.

— Вер, удобно? — когда в динамике слышится голос, интересуюсь для вида. — Я не понял, что там с разводом.

— Ох, Булат. Ты совсем не контролируешь Алину! Она слетела с катушек и творит какую-то нелепицу, — мгновенно летит в ответ.

— Ты знаешь, что я был занят.

— Моя дочь потащилась в контору к Игорю и увидела ваш брачный контракт. Не знаю, что там ударило Алине в голову, но она заявила, что подаст на развод, воспользовавшись пунктом про детей.

В висках пульсирует, я с силой сжимаю челюсть, сдерживая мат.

Алина… Ну какого, а?!

— И ты знаешь, сначала я подумала, что это катастрофа, — в голосе Вере появляется злорадная радость: — Но ребята меня убедили, что истерика дочери сыграла нам на руку. Мы в выигрыше со всех сторон, осталось довести ее намерение до конца.

А вот хер тебе, Верочка!

Тут наши планы расходятся, как и дорожки.

Что-то в этой ситуации меня напрягает… не могу поймать, слишком времени мало. И слишком силен шок.

Да меня просто… размазало к чертям! Если без мата.

— Алина узнала, что в контракт внесены изменения и поэтому решила подать на развод? — спрашиваю вкрадчиво.

Ну да… это косяк. Согласен.

НО!

Разводиться из-за такой херни?

— Это единственная причина?

— Эм… да, — как-то слишком быстро соглашается Вера.

Значит, не единственная! Разберемся.

— Давай так, я завтра поеду к ней в больницу и разберусь.

Есть, конечно, ощущение, что завтрашний день будет полным трэшем, только вариантов у меня не остается.

Посторонний звук возвращает меня в реальность. Кристина скребется когтями по дверному косяку.

Выглядит хорошо — нет и намека на то, что в машине она умирала.

А еще даже не пытается делать вид, что просто проходила мимо.

— Милый, я слышала, твоя жена хочет развестись. Это же так здорово! — вплывает в кабинет без приглашения.

— Я не собираюсь давать ей развод, — чеканю практически по буквам. Ну не дура же она, чтобы не понять…