Измена. Наше жаркое лето

Глава 18

Вылетев из кабинета Романова, я спустилась в полупустой обеденный зал, плюхнулась за дальний стол у окна и положила перед собой планшет.

Идиотка.

Не надо было его искать, не надо было с ним говорить.

Всё стало только хуже. Да и проблему с ВК-группой никак не решило. Уведомления о новых подписчиках продолжали поступать.

Что я буду делать со всеми этими людьми? Да тут только на то, чтобы разгрести новые сообщения с миллионом вопросов от новоприбывших, оставшийся день уйдёт.

Я ведь всегда всё делала сама. Справлялась. О том, чтобы нанять администратора группы, никогда и не думала. А теперь… а теперь ещё одна головная боль.

А этот… не то что извиниться за самоуправство, так наоборот — раскомандовался!

И ведь я ещё напоследок сгоряча заявила, чтобы увольнял. Я облокотилась на стол, уткнулась лбом в ладони.

Ну вот и не пеняй потом ни на кого больше, Салеева, если его твой тон таки заденет. Ты, считай, сама себя и уволила.

Приехала работу с отдыхом совместить. А тут на тебе, прямой контакт с высшим начальством — считай, по всей форме. Осталось только дождаться, когда примется на ковёр вызывать.

Вот бы только он ещё дресс-код корпоративный соблюдал.

При этой мысли щёки мои ожидаемо потеплели.

Да кто дал ему право — стоять там в таком… таком неподобающем виде? Рубашка ещё эта... Вся душа нараспашку. К чему было передо мной своими мускулами красоваться? Я что, мужиков в отличной физической форме не видела? Тоже мне, невидаль.

Вон, в интернете такого добра навалом.

— Привет.

Я вздрогнула и вскинула голову, а щёки уже горели с такой неистовой силой, будто меня как раз за этим-то и застукали — за разглядыванием мужиков в отличной физической форме.

Чтоб тебе, Романов, икнулось там хорошенько…

К столу подошёл Сергей и безо всякого спроса уселся напротив меня, указал подбородком на планшет.

— Над чем страдаешь?

Из огня да в полымя.

— Это не твоё дело. И компанию мне составить я тебя не просила.

— Здесь не занято, — пожал плечами он. — Или ты этот стол целиком под свои нужды забронировала.

Я бросила взгляд на обедавших за соседним столиком и решила не ввязываться в пустой спор — только публичного выяснения отношений мне сейчас и не хватало.

— Знаешь, если нужна помощь, я готов помочь.

Мои брови сами собой поползли вверх:

— Вот это метаморфоза…

— Что? — нахмурился Сергей.

— Да брось притворяться-то. Впервые ты вот так, сам, предложил свою помощь. Знаешь, Серёж, мне кажется, расставание определённо пошло тебе на пользу.

Мои слова заставили его нахмуриться:

— Не было никакого расставания.

— Опять — двадцать пять!

— Не было, — упрямо повторил он. — Был твой драматический отъезд, который никак не решает проблему. Никак не улучшает ситуацию.

— А ты-то как собрался её улучшать?

Его лицо мгновенно прояснилось, будто его порадовало, что я задала подходящий вопрос.

— Например, помогу тебе с твоими делами, — он снова кивнул на планшет, куда я в таком отчаянии пялилась, пока он сюда не заявился.

— Почему? Зачем?

— Потому что люблю тебя.

Внутри у меня будто струна какая-то лопнула.

— Бессердечно так говорить, — я опустила глаза и качнула головой. — Это бессердечно.

— Да почему бессердечно-то? — он смотрел на меня так, будто искренне не понимал и не видел очевидного. — Я пытаюсь наладить наши с тобой отношения. Выйти на контакт, чтобы мы наконец смогли спокойно и без лишних эмоций всё обсудить.

Он говорил очень разумно, очень… рационально. А ещё в своей обычной манере, будто втолковывал несмышлёнышу прописные истины, до которых он сам догадаться не может ввиду своей незрелости.

Меня всегда поучали, надоумливали, мне разжёвывали «очевидные факты». Ты неправа в своих суждениях, и сейчас я объясню тебе, почему. Тут ничего не менялось.

Но как-то уж так вышло, что после случившегося я вдруг разучилась смотреть на Сергея снизу вверх, как на единственный и непогрешимый источник истины. Как будто переключатель где-то щёлкнул. И пусть я, конечно же, во многих вещах по-прежнему ничего и не смыслю, такие учителя и поучатели мне больше не нужны.

— Знаешь, что я думаю обо всей этой стратегии? — я снова облокотилась на стол, но на этот раз так, будто всерьёз собиралась завести с ним доверительный разговор.

Сергея это, кажется, немало воодушевило. Он с готовностью подался вперёд, явно рассчитывая на тот самый конструктивный диалог, которого, по его словам, искал всё это время.

— Я думаю, она нежизнеспособна.

Его просветлевшее было лицо вновь помрачнело. И я бы соврала, если бы попыталась заверить, что меня такая смена эмоций не заставила чуточку позлорадствовать.