Измена. Не фригидная жена

Глава 30

Спустя два дня после рождения Влады я все еще прихожу в себя…

Адаптируюсь к новому ритму, в котором особенное место занимает моя малышка. Когда я беру ее на руки, все остальное перестает иметь смысл. Я так люблю ее, что даже страшно становится иногда. Дамир, конечно, не считает, что я схожу с ума. Он уверен, что я буду хорошей мамой, даже вместе с моей врожденной привычкой беспокоиться обо всем на свете. Стоя рядом со со мной, наблюдая за кормлением и процедурами Влады, он с энтузиазмом планирует предстоящую жизнь…

Дамир не давит на меня, говорит, что все решения я буду принимать сама.

Например, возвращаться на работу или посвятить себя воспитанию малышки.

Я знаю, что Дамир мечтает, чтобы я хотя бы какое-то время посидела с ребенком. Он не тот папа, который будет со спокойным сердцем отдавать малышку даже самой надежной няньке. К счастью, я в этом плане еще больший параноик, чем он.

Прямо сейчас отчетливо понимаю, что день, когда придется впервые оставить Владу больше, чем на несколько часов, разобьет мне сердце. Точно разобьет же…

– Я не представляю, как оставить ее с кем-то другим… – не выдерживаю я, наблюдая, как Влада тянется ладонями к медсестре, которая пеленает ее. Эти маленькие ручки, маленькие пальчики… Целовала бы их непрерывно! – Не смогу я.

Дамир заглядывает мне в лицо.

– Мы найдем варианты, не переживай, – его рука опускается на мою талию, –Бывает же работа на дому, гибкий график. Если ты захочешь работать. Если нет, с этим еще проще, вообще проблем не будет…

Я смотрю ему в лицо.

Глаза Дамира сияют. В его взгляде вмещается так много любви…

– Главное, чтобы мои девочки были счастливы, – он целует меня в висок.

– А ты?

– Что? – он хмурится. – Счастлив ли я? Ты еще спрашиваешь… Иногда мне кажется, что мое тело банально не выдержит наплыва таких чувств, – посмеивается он.

Меня отвлекает Татьяна.

Она выходит за пределы процедурной, бережно неся Владу на руках.

Малышка успевает уснуть. Я неплохо изучила ее первые биоритмы, и знаю, что после кормления она почти мгновенно засыпает. Примерно восемнадцать часов Влада сейчас проводит в состоянии глубокого, целебного сна, но это нормально, об этом предупреждал врач.

– Ну что, папа готов подержать доченьку? – обращается Татьяна к Дамиру.

Дамир только этого и ждал, он сразу делает шаг к Татьяне и осторожно берет Владу на руки. Его движения полны нежности и заботы. Дамир бросает на меня восхищенный взгляд, прижимает Владу к груди, обнимая. Влада мелко вздрагивает во сне, но под его «ш-ш-ш-ш» вздыхает, уютно устроившись в объятии своего папы.

– Какая красивая, какая же красивая… – он кивает мне, чтобы подошла поближе. – Посмотри, она же буквально твоя копия…

– На носик глянь, носик твой… – я легко беру Дамира под руку.

Дамир начинает осторожно покачивать малышку, пытаясь окончательно убаюкать. Маленькие пальчики Влады сжимают его большой палец, и Дамир улыбается еще шире. Он обещает ей самое лучшее в мире, шепчет ей о будущих приключениях, которые они вместе переживут, и о том, как он будет защищать ее от всех бед…

Свет тускло падает через окно родильного зала, создавая мягкий ореол вокруг Влады. Я склоняюсь к дочери, подмечая каждую деталь на ее милом личике: маленькие реснички, которые едва заметно дрожат при вздохе и выдохе, мягкие, пухлые щечки, кажущиеся такими нежными…

Время отдавать Владу наступает слишком быстро, но ни я, ни Дамир не жалуемся – мы бы даже из другого города приехали ради этих пяти минут с ней. Малышку снова кладут в бокс жизнеобеспечения, в нем она восстанавливается с комфортом.

Мы возвращаемся в палату, переговариваясь о каких-то мелочах, а мои вещи сразу встречают нас на пороге.

– Ты готова вернуться домой? – спрашивает Дамир.

Хотя вопрос риторический, ведь он уже подхватывает мою сумку в ладонь, а вторую в приглашающем жесте подает мне.

– Мы вернемся завтра, да?

– Конечно. И послезавтра, и в среду…

Я уверенно беру Дамира за руку.

Не размыкая ладони, мы выходим за двери клиники. Я ощущаю легкое давление Дамира на свою руку, когда вместе с ним направляюсь к припаркованной машине.

Солнце, пробивающееся сквозь облака, озаряет наш путь яркими бликами света среди теней. Я слышу легкий шелест листвы, далекий гул города, который почти не вмешивается в мечты и мысли.

Дамир открывает дверь автомобиля, позволяя аккуратно сесть на переднее сиденье, стараясь не потерять ни секунды нашего бесценного соприкосновения. Сиденье мягко принимает форму моих ног, и я комфортно устраиваюсь, расслабляюсь, игнорируя побочные эффекты родов. Дамир закрывает дверь и обходит машину, чтобы сесть за руль. Он бросает на меня взгляд через плечо. Взгляд, полный любви и взаимопонимания. Я отвечаю ему тем же.

***

– Сюрприз? Ты серьезно?

– Приятный сюрприз, да.

– Ты уверен, что сюрпризы – это сейчас хорошая идея? – спрашиваю я у Дамира, преодолевая широкий зал частного родильного дома. На руках у меня Влада.

Я думаю о ней, чувствую ее маленькое тельце, прижатое к куртке, любуюсь попытками доченьки осмыслить огромный страшный мир, который ее окружает. Влада ведет себя тихо на руках, зато безумно громко требует внимания, если мама позволяет себе наглость куда-нибудь отойти на минуту. Она укутана в мягкий, теплый конвертик розового цвета с кружевной отделкой по краям, и выглядит, на мой взгляд, как настоящая принцесса.

– В том и суть. Пора тебе, милая, привыкать к хорошим сюрпризам.

Спустя месяц пребывания в клинике, мне, наконец-то, отдали доченьку.

Все, эпопея с боксом закончена и моя девочка готова познавать этот мир, как и все остальные дети. Она стала еще красивее, весит теперь два килограмма девятьсот граммов. Дома ее ждет готовая спальня с кроваткой, пеленальным столиком и развивающими игрушками.

Ее ждет дом.

В этих словах кроется весь смысл.