Измена. Не могу простить

Глава 14-1

Тем летом мы столкнулись случайно. Не в доме их родителей, а в городишке, в котором я обосновалась.

Мы не виделись, наверное, с год. Андрей уезжал на стажировку за границу, и вот вдруг… Неожиданно, почти нос к носу.

Вечер. Я ползу в общежитие. Уставшая, измотанная. А он в компании друзей. Увидела и глазам не поверила. Сердце зашлось.

Они почти прошли мимо, когда Андрей обернулся.

– Маша? – удивлённо, а потом радостно: – Машка! Идите, я потом догоню! – это он уже друзьям своим. – Машка!

Он разглядывал меня с восхищением. За руки взял.

– Какая ты стала! Ух!

Да. Стала. Ничего особенного, наверное. Слишком худая, одета простенько в футболку и джинсы. Волосы непослушными змеями ниже плеч. Не знаю, что его так поразило. Ведь он знал меня с детства.

– Ты куда? – не спешил он со мной расставаться.

– Да вот, – махнула я неопределённо рукой.

– Я провожу, – сказал он твёрдо и руки моей не выпустил из ладони.

Мы брели по вечерним улицам не спеша. Кожу жгло от его прикосновения. Голова кружилась от его запаха. Сердце томительными толчками билось о грудную клетку и отдавало в живот.

Он меня волновал. Всегда. И, наверное, никогда не был так близок, как сейчас. Слишком много Андрея Сотникова рядом. Я не справлялась. Я не знала, как себя вести, о чём говорить, что делать. Я лишь смотрела вперёд, боясь встречаться с ним глазами, потому что, наверное, он бы понял, какие демоны меня обуревают.

И в то же время мы разговаривали. Он рассказывал о себе. О том, что вернулся домой из-за границы. Что очень скучал по дому, а поэтому не хочет больше никуда уезжать.

– А ты к нам вообще перестала заглядывать, да? – спросил неожиданно. Пальцы его чуть сжали мои, и мне показалось, что я умираю.

– Нет, почему. Бываю иногда, – получилось хрипло. Пришлось даже закашляться, чтобы не показать, как его вопрос взволновал меня.

– Но я дома почти месяц, а ты не приезжала, – удивлённо взмыли вверх его брови.

Я украдкой любовалась им. Стал выше, в плечах шире, возмужал. На щеках и подбородке – лёгкая щетина.

«Как у аристократа», – заметила я: брови тёмные да щетина. Глаза светлые и волосы выгорели до льна отдельными прядями.

Андрей завораживал. Сбивал дыхание. Я остро ощущала его тепло и запах. Что-то такое лёгко-ментоловое, будто он только из душа.

– Работаю, учусь, – снова махнула рукой, как крылом.

– Так каникулы же? – снова недоумевал Андрей.

Каникулы, да. Но не для меня. Училась я, чтобы поступить в медицинский, как и мечтала. Парикмахером я стала. Не моё и без огонька, но выбирать не приходилось, а поэтому я не сетовала.

Да и не каникулы у меня – всё уже. К счастью, удалось остаться в общежитии, хоть и нелегально. Это проще и дешевле, чем снимать даже самую захудалую комнатушку.

Можно сказать по блату: я занималась химией, биологией, а также русским языком с сыном-недорослем нашей комендантши.

Пашке шестнадцать. Учиться он не хотел. Его куда больше мои прелести привлекали, но не наглел, картинно вздыхал, и кое-как мы продвигались вперёд. Он даже успехи делал. Занималась я с ним, естественно, бесплатно. За возможность жить в общежитии, пока не уеду. С оговоркой, что вернусь, если у меня ничего не получится.