Измена. Не уходи

Глава 3 Умоляю, сделайте что-нибудь...

Приходила я в себя урывками: то в момент, когда меня везли в машине скорой помощи, то коридоре больницы, куда меня спешно доставили. И везде перед глазами мелькало встревоженное лицо Миши. Он держал меня за руку и что-то говорил. В его глазах читались отчаяние и дикий страх.

Мне хотелось отдернуть руку, но сил хватило лишь на то, чтобы держать глаза открытыми несколько секунд. А потом меня снова поглощала темнота.

Взволнованный голос мужа-предателя доходил до меня словно сквозь толщу воду. Но мне сейчас настолько больно как физически, так и морально, что банально наплевать на стенания Миши.

Боль разрывала меня, а режущие ощущения внизу живота не давали даже спокойно вздохнуть. А расползающаяся рана в сердце медленно убивала, причиняла адские муки.

В самый счастливый день в моей жизни меня подло предали и жестоко унизили. Я никогда этого не прощу Мише и забыть никогда не смогу.

Только с малышом ничего плохого не случилось бы, а с остальным справлюсь, ведь я — сильная.

— Лиса, Лисёнок, ты только держись. Любимая моя девочка, всё будет хорошо. Мы приехали в самую лучшую клинику нашего города. Тебе здесь помогут. Милая, потерпи немножко, чуть-чуть осталось.

— Уйди... — хрипло застонала я.

— Хорошо, хорошо. Лисёнок, ты только не нервничай.

— Пошёл вон, мерзавец! — ослабевшим голосом крикнула я и попыталась отобрать свою руку, в которую своими клещами вцепился муж.

Слава всем богам, мое состояние заметил врач, встретивший нас на входе клиники, куда меня привезли.

— Так. Вам лучше и в самом деле отпустить пациентку. Вы видите же её состояние? — это скорее врач решил объяснить Мише то, чего он сам не понимает.

Мне стало хуже от одной лишь мысли, что я с ним дышала воздухом. А это бессовестная скотина, ещё смеет мне руки слюнявить! Фу-у-у, мне даже в таком состоянии мерзко от его прикосновений.

— Кто-нибудь уберите этого придурка отсюда! — взмолилась я.

— Но я же муж... — тем временем ответил человек, которому я верила больше, чем самой себе, а взамен получила нож в спину, причём по самую рукоять.

— А я — врач, и для меня важно здоровье моих пациентов. Поэтому отойдите и не мешайте нам делать свою работу, — вмешался мужчина в белом халате.

— Но... — Миша пытался, что-то сказать, а его даже не слушали, потому что каталку на которой я лежала, вкатили в лифт.

А врач на ходу давал краткие и четкие указания:

— Готовьте первую операционную. Девушка, беременность предположительно двадцать пять- тридцать недель. Сильное кровотечение, подозрение на отслойку плаценты.

— Поняла, Егор Дмитриевич, всё будет сделано. — ответил молодой женский голос, скорее всего, это медсестра.

Происходящее я воспринимала, как в тумане: что-то слышала, а что-то видела. Но мое сознание было спутанным, поэтому не всё я понимала с первого раза.

Единственное, что меня сейчас беспокоило, это состояние моего ребёнка. Если с ним что-нибудь случится, то я закопаю живьем Мишу с его потаскухой.

— Думаю, до этого не дойдёт, — спокойно ответил мужской голос, который я слышала вполне чётко.

Неужели я сказала это вслух?

Открыв глазая увидела мужественное лицо врача. Высокий рост, мускулистые плечи под медицинским костюмом, серьёзный, пронзительный взгляд серых глаз.

Открытый взгляд пробирает до дрожи во всём теле. Молодой, но такой серьёзный. На бейджике написано, что он заведующий отделением. Интересно сколько ему и на самом деле лет?

Стоит в расслабленной позе, так почему мне кажется, что он не так прост как хочет казаться. Но в то же время, его цепкий взгляд, обращённый на меня, был участливым и понимающим.

— Всё будет хорошо. Мы сделаем всё возможное, чтобы сохранить жизнь вашему ребёнку, — продолжил он.

— Да, пожалуйста... Для меня важно только это... Умоляю вас, спасите его... Я не могу потерять своего малыша...

— Не волнуйтесь. Как я уже сказал, мы приложим все силы для этого.

— И не пускайте больше ко мне мужа. Я не хочу его видеть.

— Давайте сначала мы вам поможем. А потом вы в спокойной обстановке решите, как быть дальше. И, поверьте, сейчас для вас в приоритете должен быть только ребёнок. А о своем супруге забудьте хотя бы на время. Наша задача сейчас сохранить вашу беременность. Ребёнок слишком маленький, ему ещё рано к нам. Понимаете? Кивните, если услышали меня.

Я молча кивнула, так как горло сдавило спазмом, сердце — в клочья, слезы текли рекой, а боль была просто адской.

Каждую секунду я умирала от боли и беспокойства. Но врач прав, в первую очередь я должна думать о малыше, а все остальное уже второстепенное.

Пока мужчина разговаривал со мной и успокаивал, меня довезли до палаты с большим количеством медицинского оборудования. Скорее всего, это реанимационное отделение.

Не знаю почему, но я верила врачу, который был со мной с того момента, как меня привезли. Перед тем, как снова потерять сознание, я обратила внимание на оперативность медицинского персонала.

Меня положили на удобную кровать, подключили к нескольким медицинским аппаратам, каждый из которых показывал мои жизненные показатели.

Я посмотрела на врача, и страх полностью овладел моим разумом. Плохи мои дела, и это написано на его лице. Потом я от отчаяния снова потеряла сознание.

Пришла в себя уже в обычной палате и хотела открыть глаза, но они так горели, словно на них вылили целую канистру кислоты.

Жгло так, что я все-таки открыла глаза с болезненным стоном. Рядом сидел тот же врач, который пообещал бороться за жизнь моего малыша.

— Ну, наконец-то. Как вы себя чувствуете? — в его голосе искреннее прозвучало беспокойство.

— Так, словно умерла и снова воскресла, — ответила я, чувствуя, что Миша меня убил.

Не сегодня, нет. Каждый раз, когда он лез в трусы к своей девке, не только унижал меня своей изменой, а именно убивал.

Убивал всё хорошее, что между нами было столько лет. Миша разрушил мою веру в людей, раскромсал моё бедное сердце и чуть не убил моего ребёнка. Именно моего. Потому что он потерял право называть его своим.