Измена. Не верь своим глазам

Глава 8

— Глебушка, ты готов? — заглядываю в гостиную.

— Да, конечно, — он встает с дивана, сует телефон в задний карман джинсов.

На секунду я вижу растерянность на его лице.

— Что случилось? — спрашиваю я. — Проблемы на работе?

— Нет, нет, там все в порядке, — рассеянно отвечает он.

— А что тогда? — продолжаю допытываться.

— Все хорошо, Ань, я просто вспомнил, что не умею жарить шашлык, — пожимает он плечами. — Может, я все-таки не поеду?

— Ну что ты, милый, ну что его там жарить? Мясо уже маринованное, на шампуры насадишь — да и все дела, — успокаиваю я его. — Не переживай, я тебе помогу.

— А ты умеешь? — удивляется он.

— Пф, конечно, — фыркаю я. — Ты главное нам мангал поставь, да костер разведи!

Мне кажется, Глеб лукавит. Когда мы выезжали с друзьями на природу еще в период нашего букетно-конфетного периода, он очень даже бурно обсуждал с мужиками рецепты маринада и фишки сочного шашлыка.

— Анют, скажи, чего ты не умеешь, а? — он обнимает меня сзади и прижимается щекой к щеке. — Ты у меня самая лучшая! Может, ну его, этот шашлык? Останемся дома, фильм посмотрим.

— Ну, котик, ну мы уже обещали, — мурлычу я, хотя мне самой до жути хочется остаться с Глебом.

После встречи с Ильей Глеб стал просто идеальным. Он подробно расспросил меня о моем друге детства, потом отвез на работу и встретил после работы с цветами. Мы поехали в ресторан на ужин, а потом любили друг друга, долго, нежно и страстно. У нас словно снова медовый месяц. Глеб стал просто мега внимательным. Мечта просто, а не муж!

— Ладно, — выдыхает он, мне в волосы, — но помни всегда, я тебя люблю.

— Глеб, мы как будто на войну собираемся! — с улыбкой говорю я, но сердце неприятно царапает.

— Если не хуже… — буркает он, выходя из кухни.

— Что? — спрашиваю я, удивленная такой его реакцией.

— Ничего, — откликается он. — Мясо, говорю, давай!

Я достаю из холодильника контейнер с мясом, овощи, хлеб и лаваш, соусы всякие, зелень. Также я приготовила вкусняшки для Мишеля. Надеюсь, Ира хоть что-то на стол принесет. Я, конечно, понимаю, у нее финансовые трудности, в которых она не признается, но не могу же я ее на себе тащить.

Мы с Глебом загружаем все в машину и едем загород на базу отдыха. Ира и мама уже должны нас там ждать.

— Привет, — Ира в сногсшибательном комбинезоне, облегающем ее как вторая кожа, встречает нас с распростертыми объятиями.

— С днем рождения! — говорю я и вручаю подарок. Флакон ее любимых французских духов.

— Спасибо, — кисло отзывается она, вертя флакончик в руке. — Пойдет.

Во мне поднимается глухое раздражение. Сестра, конечно, была не сахар, но стала еще хуже. Совсем остатки совести растеряла в этой своей Франции! Я уже и сама жалею, что согласилась и приехала.

— Глеб! — она бросается моему мужу на шею и оставляет на его щеке смачный красный отпечаток, словно метит.

Глеб хмурится, но поздравляет с днем рождения и начинает заниматься мангалом.

— Глеб, я сейчас подойду, - говорю я, выкладывая на стол продукты.

— Твой муж опять недоволен, — язвительно замечает мама, накрывая стол в беседке белоснежной скатертью. — У него прям на лице написано.

— Мам, не начинай, — отвечаю я. — У тебя тоже много чего на лице написано.

— Анна! — восклицает она. — Как ты с матерью разговариваешь?!

В воздухе запахло скандалом. Ну почему у нас всегда так? Я вдруг замечаю Мишеля, сидящего тихонько на уголке скамьи. Он смотрит на нас, и в его больших глазенках мечется паника.