Измена. Невозможно простить

Глава 7

Я проснулась в холодной постели. Герман ушел и, по всей видимости ушел давно. Печально посмотрела на смятую простынь. Даже не слышала, как он покинул комнату. Слишком крепко спала, хотя обычно мне хватает малейшего шороха, чтобы проснуться.

Да, этим солнечным, беспробудным утром мне хотелось проснуться в его жарких объятьях, но…

Записку я нашла на тумбочке: «Прости дорогая, мне надо бежать на работу. Целую. Обнимаю. Приеду, как можно раньше. Герман».

Я до сих пор была под впечатлением от его поцелуев, заботы и ласки. Мне хотелось видеть и слышать его как можно чаще, может поэтому так быстро согласилась переехать к нему.

Все же нужно что-то менять. Научиться рано вставать, готовить завтрак. А еще если честно признаться, я не умела варить кофе. Турки у меня никогда не было, Если пила кофе, то только растворимый.

Квартира у Германа оказалось очень красивой. Винтаж, красивые ручки у мебели, зеркала в оригинальных рамках. Квартира, как с картинки модного журнала про интерьер и дизайн. Много разных статуэток, под цвет серебра и золота. Много больших картин, в основном пейзажей. Очень мягкие диваны с кучей маленьких подушек.

Прошла на кухню, открыла высокий холодильник, почти до самого потока. Сколько в нем всего. Это не то, что у нас с Машей в коммуналке…

Можно что-то вкусное приготовить. К примеру, запеченную рыбу с овощами. На такой большой, просторной кухне готовить втройне приятней.

Я собралась учиться варить кофе, но услышала, как открывается входная дверь. Вздрогнула от неожиданности. Может это вернулся Герман? Конечно Герман! Он же обещал приехать, как можно раньше.

Быстрым шагом направилась на шум. Но нет, это был не он. Это была женщина. Совершенно незнакомая, темноволосая, женщина низкого роста. Ей около тридцати, может немного больше. Макияж на ее вытянутом лице отсутствовал, а еще у нее были тонкие брови и такие же тонкие губы. Она не обратила внимания на меня, когда я почти вбежала в прихожую, а продолжала снимать верхнюю одежду. Снимает длинный, белый шарф, вешает серую куртку на плечики для одежды. Ведет себя так, будто бывает здесь каждый день. Уверенно, без удивления.

- Здравствуйте! – растерянно произнесла я.

- Здрасте! – она бросила на меня равнодушный взгляд. - Ты Марина? – ее звонкий голос зазвучал громче.

- Нет, я не Марина. Я Ира.

- Ах, Ира. Ну Ира, так Ира. Я Таня.

- Приятно познакомиться.

- Ага, - она кивнула.

Я почувствовала себя не в своей тарелке. Так неловко… Даже в какой-то момент я поплыла. Поплыла по течению Фонтанки и вот-вот сомкнутся цепи, разойдутся мосты. Почему она назвала меня Мариной? Кто такая эта Марина? Спрашивать у нее не видела смысла.

Не хотела спешить с выводами. Но и не хотела, чтобы называли меня другим именем.

А еще мне хотелось узнать кто она. Но когда незнакомка надела рабочий темно-синий халат, достала из кармана желтые перчатки, все встало на свои места.

- Я прибираюсь у Германа Юрьевича по четвергам и по субботам. Сегодня суббота. Уборка занимает не больше трех часов, так что я вас не побеспокою Ира, - произнесла строго. – Иногда готовлю ему ужин, когда он попросит. Но это за отдельную плату.

- Я собралась готовить на ужин запеченную рыбу, - ответила с легкой улыбкой.

Но лицо ее продолжало быть каменным.

- Готовьте.

Она начала уборку. Я закрылась в комнате и не выходила оттуда, пока она не закончила натирать полы и протирать полки от пыли.

Наконец-то входная дверь с грохотом захлопнулась. Она ушла, я выдохнула. Все-таки меня ждет рыба. Филе лосося, которое уже успела подготовить для запекания.

Ровно в семь накрыла на стол. Герман не приезжал. Несколько раз позвонила - не брал трубку. Я его очень ждала. Без конца смотрела на часы, тем самым подгоняя время. Но все тщетно. Он приехал поздно ночью. Я сидела на кухне, листала конспекты. Думала о рыбе, которую так старалась приготовить и изредка бросала взгляд на работающий телевизор, по которому передавали новости. “Очередное ДТП случилось…”, - вещал четкий женский голос с прекрасной дикцией.

Он приехал расстроенный. Верхние пуговицы рубашки расстегнуты, галстук снят, взгляд встревожен.

Когда я выбежала к нему навстречу, он посмотрел на меня исподлобья, я сразу подумала, что что-то случилось.

- Герман, милый! – протянула руки к нему.

Он легко сказал привет. Поцеловал меня в щеку, а потом добавил:

- Ужинать не буду. День был тяжелый.