Измена. Новая любовь предателя

Глава 2

- Проходи, Виктория.

Смотрю на Кирилла и вспоминаю того щуплого, нескладного паренька, которого повстречала на своей самой первой практике. Его с пожара привезли, сказали, что молодой и отважный идиот кинулся в горящий дом спасать бабушку, которая в свою очередь все пыталась найти драгоценную сберкнижку.

Спас, а сам чуть там и не остался.

Сколько лет прошло?

И как он изменился!

Делаю несколько шагов внутрь дома, Захаров показывает рукой на ванную и я сворачиваю туда, прячась за дверью.

Из отражения в зеркале на меня смотрит совершенно другая женщина - не та, которой я была тридцать лет назад, и уже совсем не та, которой я проснулась утром.

Пока мыла руки и умывала лицо все думала о том почему мне не плачется. Ведь когда тебя предают так мерзко, так низко и грязно - должно хотеться плакать. Научно доказано, что слезы помогают выходу негативных эмоций. Я же просто смотрю на себя сорока восьми летнюю женщину и не могу понять - что не так?

Да, время берет свое, но и Николь когда-нибудь стукнет пятьдесят, и после всех ее ботоксов, филеров, подтяжек и прочих перманентов все осунется и вздуется гораздо быстрее.

От пристального созерцания своей не молодой, не сочной и не упругой кожи лица меня отвлекает громкий свисток чайника.

- Ты там не утонула в слезах? - уточняет достаточно громко, чтобы понять, что я слишком задержалась.

Выхожу в гостиную и меня за руки тянут к столу.

- Я в порядке.

- Угу, - передо мной ставят конфеты и сдобные плюшки, а я во все глаза смотрю на жилистые руки майора.

А ведь был совсем тощим, хотя сила в нем была огромная. На себе тогда женщину вынес. Кажется, что за все эти годы Захаров не терял времени даром.

- Пей, - ворчливо двигает ко мне чашку. Красивую с вензелями и жар-птицей. Не иначе женщина выбирала. Мужчины, кажется предпочитают все пить из кружек - таких огромных, сувенирных.

Делаю несколько маленьких глотков, пока не понимаю, что в чай подмешан алкоголь.

- Что там?

- Лекарство от депрессии.

- А если серьезно?

- Ничего крепче бальзама.

Киваю и делаю еще один глоток, немного расслабляюсь, тяну руки к шоколадке, когда живот начинает урчать, да так громко, что становиться даже неудобно.

- Да ты голодная, - усмехается Кирилл Евгеньевич, - сейчас накормлю.

Снова подрывается на ноги, хозяйничает на кухне несколько минут, разогревает что-то на плите, а потом передо мной появляется картошка и гуляш.

Вероятно мой голодный взгляд говорит сам за себя, поэтому он молча протягивает мне еще и нож с вилкой и уходит, чтобы ответить на входящий звонок.

Я кушаю и это кажется первая еда, что попала мне в рот с самого утра. Это так вкусно и сытно, что хочется стонать от удовольствия, но еще больше хочется выяснить правду о том, как давно мой муж начал творить такую дичь - кувыркаться с подругой Сони. Почему Лиза знала и ничего не сказала? Кто еще знал и что со всем этим делать?

Ни Валера, ни малолетняя профурсетка виноватыми не выглядели. Скорее внезапно застанными врасплох.

Словно ничего плохого не случилось.

Пока я культивирую в голове всевозможные оскорбления и как буду дальше выстраивать отношения с теми, кто меня предал Захаров возвращается. Смотрит на меня внимательно, словно решая стоит ли говорить то, что узнал или нет.

- Рассказывай, хуже точно уже не станет.

- Установили причину пожара.

Я поднимаю голову.

- И что же это? Пламя разврата и огонь в постели, который устроили мой муж и его зазноба?

- Нет. Все гораздо банальнее. Непотушенная сигарета.

В этот момент мне реально хочется Валеру придушить.

***

Иногда лучше не просыпаться, а иногда хочется чтобы страшный кошмар наконец-то подошел к концу.

Так вот мой - никак не заканчивался.

Ночь на тридцать первое декабря я провела в отдельной спальне гостеприимного Захарова в полной тишине. Он очень старался меня отвлечь разговорами о том как сложилась его жизнь, о том как он умудрился не сгореть на работе (ха-ха, профессиональный юмор пожарных, я должна была догадаться), о жене, с которой уже десять лет как в разводе и о двух сыновьях, которые живут за границей.

Но несмотря на несколько рюмок настойки без чая, приятного собеседника и весьма располагающую атмосферу я не только не решилась на какую-нибудь глупость, но и не смогла уснуть почти до пяти утра.

И это с выключенным телефоном.

Все думала и думала о том почему это с нами случилось и как почти тридцать лет брака, уважения, целей и достижений, взаимопомощи, любви и всего, что в конце концов делало нас семьей можно было променять на… секс с молодой девицей.

Неужели у мужиков настолько рвет крышу от гормонов в любом возрасте стоит лишь какой-нибудь профурсетке поманить своей упругой жопой.