Измена. Няня для собственной дочери?!

Глава 8

Марк

Это похоже на сумасшествие, но мне впервые после гибели Еси так легко и комфортно на душе. Будто мы с дочерью нашли своё спасение в этой девушке.

Правда, теперь у нас в доме появится ещё и её малыш, но надеюсь, мы и с ним найдём общий язык. Агата явно не одобрит такое дополнение к няне, но мне плевать! Счастье Насти дороже мнения невесты, которой вечно всё не славу Богу.

Да и потом…

Сама же требовала найти няню! Так пусть получает.

Вот только кого я нанял для дочери? Сам не понял.

Няню или маму?!

Не представляю, как теперь это всё разруливать. Как потом разубеждать Настеньку?!

И надо ли? Если дочь впервые после гибели Еси так счастлива?!

Забираю свой заказ и подхожу к их столику.

— Вот. Тебе, Настенька, яблочный сок и сочник, как и обещал. А это вам, Мила, – ставлю перед девушкой тарелку с греческим салатом, хлебом и отбивной. – Скоро и чай с молоком будет.

— Но как?! Как вы догадались? Это просто невероятно! Я всегда заказываю именно такое сочетание, когда к Мише на работу прихожу. Даже молоко к чаю… Удивительно...

«Я и сам в шоке. Вот как так? Она даже любит то, что любила Еся!»

— Это потому, что мамочка обожала отбивные с этим салатом. Я помню, мне эти противные маслины никогда не нравились. Они такие скользкие, бе, – гримасничает Настя, откусывая сочник.

— Вот и кушай то, что нравится. Творог тоже очень полезен. Хотя зря, конечно. Это просто волшебный салат! Обожаю его. Спасибо за обед, Марк Игнатьевич.

— На здоровье, Мила.

Любуюсь тем, как аккуратно и красиво эта девушка ест. Есения тоже так умела. Будто родилась во дворце...

Я не уставал восхищаться женой, и сейчас у меня такое чувство, будто это она и есть. Просто знакомство «дубль два». Другая внешность, другое имя, другое прошлое, но снова мы должны быть вместе.

Всё это какая-то мистика! Но ведь даже Настя приняла её за маму...

Смотрю на дочь. Малышка с аппетитом поглощает сочник, запивает соком и выглядит дико довольной.

— Папа, я правда больше к окнам не пойду. Мне мама рассказала, как девочки выпадают из них и становятся феями, а обратно стать малышками уже не могут. И живут без родителей и подруг... А мама с папой плачут и не могут их найти. Я так не хочу.

— Я рад, что Мила рассказала тебе этот секрет. Смотри, о нём никто не знает, кроме нас. Не проболтайся. И не забудь, одной к окнам нельзя!

— Ага, поняла. Мама теперь будет как раньше мне сказки сама сочинять. А то бабушка только читает, а придумать не может. А мамочка всегда могла, я помню.

— Обязательно буду, Настенька, – обещает Мила и поворачивается ко мне. – А теперь, Марк Игнатьевич, расскажите подробнее, как именно мне себя вести, что следует делать с малышкой? У меня же сынок ещё совсем кроха. Боюсь не справиться...

— Я в вас верю. Вы прирожденная мать, всё интуитивно поймёте. Просто поступайте так, как считаете нужным, – успокаиваю красавицу.

— Что ж, постараюсь. Ещё забыла спросить. Нет ли у малышки аллергии? Какой распорядок дня? Если ли дополнительные занятия, кружки? Мне нужно всё предусмотреть, ведь Мишутка совсем маленький. Чтоб было не в ущерб обоим деткам…

— Понимаю. Вы очень заботливая мама, Мила. Всё решим и постараемся подстроиться под вашего сыночка. Если надо, могу и сам отвозить дочь в бассейн. Дважды в неделю. Обычно я так и делал после работы.

— А днём? С кем же она была? В садике?

— Нет, с моей мамой. Бабушку Настя любит, а в саду ей стало сложно после… Сами понимаете... – Не хочу вновь напоминать дочери про гибель Еси. Малышка сейчас так счастлива. – Короче, не переживайте, по ходу разберёмся. Главное, теперь вы будете жить с нами.

— Да, и это супер! Мамочка, твой чай с молоком готов. Смотри, тётя уже поставила чашку на стойку и машет нам.

Встаю, чтобы сходить за чаем, но на меня сзади налетает явно разъярëнная Агата.

— В смысле «мамочка»?! Я не поняла! С каких это пор нянек «мамами» зовут?! А я тогда кто? Злая мачеха?!