Измена. Она разбила наше счастье

Глава 21

— Всякое может случиться… — прошептала я, глядя в пространство, хотя сидела сейчас перед зеркалом в нашей супружеской спальне и буквально вынуждала себя сфокусироваться на своём отражении

«Всякое может случиться». Слова подруги не отпускали меня. И с одной стороны, я почти ненавидела её за то, что она так безжалостно подставила меня перед правдой, а с другой… рациональная часть меня понимала, что Олеся права.

Я застыла в своей непреходящей скорби. Я день за днём переживала произошедшее так, словно это случилось буквально вчера. И муж поначалу пытался всячески меня поддержать, но потом… я же чувствовала, что он постепенно от меня отдалялся. Я понимаю, это сложно — каждый вечер после работы возвращаться в дом, где тебя ждёт не вкусный ужин и уютный дом, а депрессующая жена, которой нет особого дела до внешнего мира.

Рано или поздно он дойдёт до черты, и ему действительно надоест это настолько, что он её переступит.

Поэтому сделав усилие, я заставила себя вернуться взглядом к своему отражению.

Бледная, тусклая, исхудавшая, измождённая.

Под глазами — мрачные тени, уголки губ тянутся вниз, а в глазах — боль и горечь.

Вот с чем день изо дня приходилось иметь дело Ренату.

А там… там как всегда шикарная Кира, там мир, полный других женщин — эффектных, живых. Зачем тратить время и усилия на меня?

Эти мысли вынудили встряхнуться. Рука потянулась за косметичкой.

Нельзя так просто сдаваться и упускать уже однажды отвоёванное счастье. Нужно хотя бы попытаться его сохранить.

На приготовления ушло без малого два часа. Я всё делала неспешно и неловко, будто напрочь забыла, что и как делать. Но всё-таки справилась. Смогла.

И, кажется, произведённый эффект стоил затраченных мною усилий.

Когда внизу хлопнула входная дверь, я в последний раз одёрнула подол простого, но элегантного вечернего платья и спустилась, чтобы встретить мужа в фойе нашего дома.

— Привет, — поздоровалась я и наткнулась на его ошарашенный взгляд. — Сознаюсь, я и сегодня ничего не готовила. Но только потому что решила пригласить тебя сегодня на ужин.

Ренат какое-то время стоял и таращился на меня, словно не узнавал.

— Вот сейчас начинает становиться неловко, — пробормотала я, не удержавшись от смущённого жеста, заправив за ухо чуть подкрученную прядь.

— Извини, — он моргнул и наконец отложил на полку чехол с макбуком. — Просто ты меня застала врасплох.

— На то и расчёт, — я неловко переступила с ног на ногу. — Ну так ты не против куда-нибудь съездить? Мне всё равно куда. Куда-нибудь, где нас вкусно накормят.

И я действительно почувствовала голод, хотя в последнее время порой вообще забывала поесть.

Значит, ещё не всё потеряно? Надежда всё-таки есть?

— Без проблем, — Ренат полез в наспех вынутый из кармана телефон. — Сейчас что-нибудь отыщем.

Кажется, мне действительно удалось его порадовать, хоть я и не осмелилась бы сразу с такими расспросами к нему приставать.

Спустя сорок минут мы уже сидели за столиком уютного итальянского ресторанчика, под освещёнными фонариками гирляндами из фруктов и цветов.

И муж смотрел на меня почти влюблёнными глазами.

— От растерянности забыл сказать, — супруг прочистил горло и в который раз окинул меня восхищённым взглядом. — Ты выглядишь сногсшибательно.

— Враньё, конечно, — отмахнулась я, помня о своей болезненной худобе. — Но спасибо.

— Глупая, — нежно пожурил он меня и накрыл своей большой тёплой ладонью мою. — Ты не представляешь, как я рад, что ты наконец-то решилась.

— Я тоже, — смущённо призналась я.

Экран его телефона мигнул, и он невольно скосил на него взгляд, нахмурился и тут же выключил. В сердце что-то кольнуло.

— Кто там? — не сдержалась я.

— Не важно. Кира бумаги мне для завтрашнего совещания переслала. Но это рабочий вопрос, а я о работе и думать сейчас не хочу.

И мне оставалось понадеяться, что он мне не врал.

— Я тоже не хочу думать о твоей работе, — созналась я и заглянула ему в глаза. — Давай поужинаем скорее и вернёмся домой.

— Ты хочешь домой? — в глазах мужа засквозила тревога.

Но я кивнула и призывно ему улыбнулась, даря очень прозрачный намёк.

— Да. Но только лишь потому что ужин — не единственное, чего я хочу.