Измена. Осколки нас

Глава 2

Вечером в воскресенье, я, конечно, никого не жду, но звук открывающихся ворот и урчание мотора во дворе заставляют меня поднять голову с подушки. Я в гостиной, лежу на диване, завернувшись в плед, наслаждаюсь жалостью к самой и себе и пытаюсь понять, как жить дальше.

На самом деле, очень хочется спать. Причём постоянно. Лёгкий токсикоз даже не замечаю, меня больше тошнит от ситуации, чем от положения.

Вытягиваю шею, чтобы посмотреть в окно. Вижу машину Глеба, потом слышу Санькин голос.

Мои приехали.

Мои… Горький смешок соскальзывает с губ.

Моя там только дочь. А Глеба, как оказывается, я делю с кем-то ещё. И неизвестно, сколько это длится.

- Это мы, - доносится с порога, когда входная дверь открывается. – Соскучились по нашей маме.

Морщу нос и делаю глубокий вдох. Задерживаю дыхание. Обычно это помогает не расплакаться. Вот и сейчас срабатывает.

- Я спала, вас не ждала, - стараюсь отвечать ровным тоном.

- А мы сюрприз решили сделать, - бодро заявляет богатый на интонации голос Глеба.

Сашка первая подбегает к дивану. Бросается мне на шею, целует в щёки. Странно, что не фыркает, что кожа у меня солёная. Хотя я ведь час назад мылась. Оказалось, это очень удобно – рыдать в душе. Потому что собственные завывания слышишь не так отчётливо. Я уже пугаюсь, что иногда мне не остановить слёзы. Когда перестаёшь себя контролировать – это плохой звоночек. Наверное?

- Мам, я хочу блог поснимать, поможешь?

Саня увлеклась съёмками на телефон, говорит на камеру всякую ерунду, обзоры комнаты делает или вещей: от игрушек до канцелярии, иногда я в этом тоже принимаю участие. Но сейчас сил нет изображать радость, поэтому прошу дочь не обижаться и отказываю.

- Ничего страшного, мамочка, отдыхай, - чмокает меня в нос и убегает на второй этаж.

Когда к дивану подходит Глеб, я сжимаюсь в комочек. Мне хочется стать крошечной и затеряться между валиками. Чтобы муж меня не трогал. Но он, конечно, трогает. Садится рядом и наклоняется поцеловать. Спасибо, что просто коротко в губы, потому что я деревенею и против воли отвечаю. Также мимолётно и нежно. Привычка… Рефлекс…

- Как ты?

На красивом лице Глеба лёгкое беспокойство. Он, конечно, не может не чувствовать моё состояние. Муж пятерней откидывает тёмную чёлку со лба. Зелёные глаза внимательно смотрят. Мне кажется, я вижу любовь в их глубине. Но мне действительно кажется. Потому что тот, кто любит, не изменяет.

Я верила ему – безоговорочно и абсолютно. Говорят, все ходят на лево. Нет ни одного верного на сто процентов мужика. Я же думала, что есть. Выходит, ошибалась?

- Нормально. Весенняя хандра полным ходом, - безучастно отвечаю.

- Думал, про хандру – это про осень.

Пожимаю плечами.

- У меня вот так.

Я укатила на дачу под предлогом навести порядок в доме. Наплела, что мне срочно надо найти кое-какие вещи. Сама же по факту лежала на диване, почти не вставая.

- Сделала, что хотела? Успела?

- Не совсем. Ещё Лика вчера заходила, - вворачиваю для оправдания, - как-то заболтались и до дела руки не дошли.

- Отдыхать тоже надо, Мил. Помощь-то нужна?

Глеб никогда не отлынивал от работы по дому. И с мелкой Сашкой мне помогал, когда она только родилась. Раз в неделю к нам домой приходит клининг, но, если надо, муж сам и пыль уберёт, и проводку разведёт. С другой стороны, с каждым годом времени меньше. Семейный бизнес идёт в гору и свободное пространство для дома и семьи съедается деловыми мероприятиями, командировками, встречами.

И хождениями к любовнице… как выяснилось.

- Нет, но спасибо, что предложил, - вздыхаю. – А чего вы приехали? Ещё и под вечер. Завтра же последний день каникул.

В этом году начало последней четверти сдвинули на середину рабочей недели, что странно.

- Не хотели в городе киснуть.

- Погода тут не очень.

- Зато воздух свежий. И Санька соскучилась.

- Ой, - удаётся улыбнуться, - соскучилась она. Хватит заливать. Здесь просто удобнее свои блоги-влоги снимать.

Уголок губ Глеба ползёт вверх. И сердце моё невольно замирает. Какой же он у меня классный. Ровный нос, волевой подбородок, тёмно-зелёные глаза-омуты, в которых я готова тонуть. Волшебные губы, очень чувственные для мужчины, мягкие. Когда целует, я возношусь куда-то к звёздам, не иначе. Он не пропадает в зале вечерами, ходит пару раз в неделю, природа одарила его красивым мускулистым телом. Гены? Отец у него тоже был красавец для своих лет: подтянутый, стройный, статный. Глеб с годами таким же станет. А сейчас мне горько, что, как оказалось, то, что я считала своим, вовсе и не моё.

Делю его с кем-то.

Поджимаю губы невольно.

Гадко же, что в постели нас уже не двое. Кто та третья? Что между ними? А долго? Как он может врать, глядя мне в глаза?

- Па-а-ап? Помоги? – доносится до нас.