Измена. Отомстить нельзя помиловать

Глава 8

Ночь выдалась беспокойной. Под впечатлением от тяжелого, мучительного дня, я долго не могла заснуть и задремала лишь под утро. Я так привыкла спать на безупречной анатомической кровати, что теперь брошенный на пол тонкий матрас казался изощренной пыткой для моей спины. Вокруг все было завалено коробками, чемоданами, царил чудовищный беспорядок и неуют. После звонка будильника, я наскоро хлебнула отвратительного растворимого кофе и поспешила на работу. На душе скребли кошки, мысли все время возвращались к грядущему разводу, но я старалась не терять присутствия духа.

Когда я оделась — белая блуза с выверенной линией вытачки, строгая серая юбка-карандаш и лодочки на устойчивом каблуке, я будто снова почувствовала себя… собой. Профессионалом, высококлассным специалистом, сильной женщиной, которую невозможно сломать.

Сегодня должны были делать замеры в квартире Роберта, и я, как и обещала ему, должна была присутствовать лично.

Я пробиралась по комнатам, лавируя между грудами коробок с кафелем, вёдрами с клеем и разбросанными инструментами. Шпилька туфли с трудом находила точку опоры на полу, заваленном строительными материалами. Звуки перфораторов и дрелей делало пребывание здесь почти невыносимым.

В этот момент запищал телефон. Жанна. Рука дрогнула, я стиснула трубку, но все-таки провела пальцем по экрану, принимая вызов.

— Ты совсем с ума сошла?! — воздух взорвался потоком ругательств. — Ты разрушила мой дом!

— Как и ты мой, — ответила я с ядовитой иронией, наслаждаясь отчаянием в ее голосе.

Видимо, подруга только сейчас изволила приехала домой. Всю ночь развлекалась со своим «лучшим подарком», то есть моим уже скоро бывшим мужем, а теперь приехала отдыхать. Но отоспаться на разбитой плитке у нее не получится.

— Ты ответишь за всё! — прошипела Жанна. — Я заявлю на тебя в полицию!

Она вылила на меня поток бессмысленных угроз.

— Ты можешь думать, что тебе всё сойдет с рук… — продолжала она с ядом. — Но я это так не оставлю! Рекомендую ходить и оглядываться, Адель… Никогда не знаешь, что может произойти…

Не успела я перевести дух после звонка, как из смежной комнаты показалась высокая фигура Роберта. В руках у него был смятый чертеж, на рукавах рубашки белела пыль. Когда я его увидела, то едва не выронила телефон прямо в свежезамешанный цемент на полу.

Он намекал, что просьба о моем личном присутствии на замерах – это лишь повод меня увидеть, но сейчас я убедилась в этом. В смятении я убрала мобильный в сумочку, выдавила из себя спокойное:

— Здравствуйте, Роберт. Не ожидала вас здесь увидеть.

— Судя по звукам, звонили разъяренные клиенты? Ругают за качество ремонта? — произнес он с легкой усмешкой. — Кричали громче перфоратора.

Я иронично улыбнулась в ответ:

— Да, ремонт клиента не устроил, поэтому пришлось всё снести.

Роберт покачал головой с притворно скорбными нотами.

— Какая беда…

Он смёл с перевернутого ящика слой строительной пыли.

— Присядете? Наверняка не очень удобно бегать по строительному мусору на шпильках. Я-то думал, что вы оденетесь как настоящий прораб — в комбинезон и каску.

Я осторожно присела на импровизированное сидение, Роберт опустился напротив — на ящик с инструментами.

Солнце пробивалось в комнату сквозь прикрытые жалюзи. Его лучи легли на лицо Роберта, выделяя его яркие черты — темные глаза, легкую морщинку на лбу, изогнутую линию губ.

— Знаете… — сказал он, оглядываясь вокруг, — это настоящее волшебство, что из такого бардака однажды получится что-то по-настоящему красивое.

— Ты про ремонт?… — я слабо улыбнулась.

— Про всё. И про ремонт, и в целом про нашу жизнь. — он поймал мой взгляд и на секунду задержал его. — Иногда ремонт — лишь повод разломать всё и собрать заново.

Вдруг Роберт потянулся ко мне. Он смёл кончиками пальцев с виска белую крошку — то ли штукатурку, то ли побелку, что легла на мои волосы, когда я пробиралась по полуразрушенным комнатам. Это легкое касание неожиданно заставило меня вздрогнуть.

— Спасибо… — произнесла я, смущаясь самой себя.

Не позволяя этому моменту сломить границы, я выпрямила спину и произнесла с нарочитой легкостью:

— Я закончила здесь на сегодня. Мне пора.

— Так рано? — с непритворной досадой удивился Роберт.

— Увы. У меня еще куча дел. Нужно заехать в строительный, — пояснила я с полуулыбкой. — Неожиданный ремонт… на этот раз уже у меня! Всё случилось так внезапно… и нужно всё организовать самой.

Я легонько кивнула ему на прощание и двинулась к выходу, стараясь не выдать, насколько дрогнули мои колени, когда я поймала на себе его прощальный, пронизывающий взгляд.

Когда я в смятении села за руль, то автоматически поехала той самой дорогой, что тысячи раз проезжала, возвращаясь домой. Город проносился мимо, и всё вокруг было таким привычно-знакомым — парк, лавочки, магазины, старый тополь на перекрестке.

И только когда я притормозила у нашего старого двора, до меня наконец дошло, где я нахожусь.

— Черт, я совсем забыла, что больше здесь не живу…

Горло сдавило, воспоминания с новой силой нахлынули, но я заставила себя выровнять машину и проехать мимо. Нужно было возвращаться туда, где всё нужно выстраивать заново.

Я с трудом заволокла сумки в наше новое гнёздышко. В коридоре всё ещё висел запах свежей краски, пол поскрипывал под ногами, а из-за стены с самого раннего утра и до полуночи доносились звуки соседских ремонтов.

Посреди бардака сидела Милана — с максимально недовольным лицом и губами, сжатыми в одну тоненькую полосочку. Она не потрудилась разобрать хотя бы один чемодан или коробку. Едва я закрыла за собой дверь, как на меня тут же обрушился поток ее возмущений:

— Мам, мне тут плохо. Всё гудит и сверлит с утра, я не могу в таких условиях готовиться к экзаменам!… Я хочу в свою комнату… Хочу домой!

Мне даже не дали перевести дух. Я присела рядом с ней на матрас, взяла дочь за руку и произнесла с такой уверенностью, на какую только была сейчас способна: