Измена пахнет апельсином

Глава 8

Еще несколько лет назад Майя думала, что больше никогда в жизни не переступит порог «Пекина». Хотя в тоже время она и в город не планировала возвращаться, уезжая из него навсегда.

И спустя три года, глядя на себя в зеркало огромной уборной «Пекина» в городе, который возненавидела, Майя усмехнулась. Она подставила руки и, шумно выдохнув, прикрыла глаза, когда почувствовала спасительный холод, что смог потушить возникший в груди пожар.

Было бы глупо лгать самой себе, списывая дрожь в руках на волнение от предстоящего праздника. А вовсе не из-за того, что единственная застрявшая в голове ассоциация с гостиницей яркой картинкой возникла перед глазами, стоило Майе только подойти ближе к стеклянным раздвижным дверям. И пусть это был «черных вход» для персонала, мерзкий привкус предательства снова раздразнил рецепторы во рту.

Они приехали за два часа до начала праздника. И пока сотрудники сновали между столами шикарного зала, безукоризненно зная каждый свою зону ответственности, Майя сбежала в уборную. Нужно было не только привести мысли в порядок, но и настроиться на долгий вечер.

Она еще ни разу в жизни не была на таких мероприятиях. «Званный вечер» — так обычно простые смертные называют вечеринки богатых и знаменитых. На них можно встретить всю верхушку власти не только города, но и зачастую намного выше.

Майя не любила праздники на показ. На них кричащий пафос и лицемерие в глазах каждого присутствующего липким слоем окутывает тебя и душит, не отпуская. Там нет настоящих живых эмоций, ты не услышишь искренности в словах и не почувствуешь тепла улыбок. И после того, как вернешься домой, единственное, о чем будешь мечтать — помыться.

Всего однажды Майя присутствовала на подобном мероприятии. День рождения Ростислава Львовича Мстиславского, владельца строительной империи, она не могла пропустить и в качестве любимой девушки и невесты сопровождала Петю. А затем еще несколько дней приходила в себя после запоминающегося вечера.

Майя качнула головой, чтобы выбросить возникшее в голове неприятное воспоминание, выключила воду и высушила руки. Взглянула в зеркало и поправила прическу. Белый китель сидел на ней идеально. Отшитый по индивидуальному заказу и меркам, он подчеркивал стройную фигуру и делал ее бледную кожу еще более аристократичной. Степан был прав, когда настоял на форме: Майю запомнят.

Снаружи послышались голоса, Майя в последний раз взглянула на себя в зеркало, подняла голову и, резко выдохнув, вышла в зал. Подготовка почти завершилась. Вдоль стен разместили задекорированные столы с массой закусок, фуршетные островки встречались и в середине зала. Вокруг было красиво, светло и пока совсем немноголюдно, если не брать в расчет официантов и персонал ресторана, которые по мановению волшебной палочки невидимками растворятся в толпе приглашенных гостей.

Спустя четверть часа зал уже шумел разными голосами. Степан нашел Майю, вручил ей бокал шампанского, приказав не пить, а лишь держать в руках. «Чтобы у других не было повода предложить еще и завязать разговор, детка. А там посмотришь и уведут мою прелесть». Так он прокомментировал свою просьбу, подмигнул и, извинившись, скрылся на кухне.

День рождения компании. Единственное, что Майя знала о сегодняшнем мероприятии. Зал наполнялся незнакомцами, Степа задерживался на кухне и Майя занервничала. Она всегда чувствовала себя неуютно в окружении чужих людей. Без поддержки стало совсем плохо.

Прокручивая в руках стеклянный бокал, она отступила к стене. Медленно прогуливаясь вдоль высоких окон «Пекина», Майя рассматривала засыпающий город с высоты птичьего полета. Было красиво, а еще спокойно, если на минуту отвлечься от разговоров внутри зала.

— Лесь, ты пробовала эти пирожные?

Краем уха уловив знакомые слова, Майя остановилась за спинами двух девушек. Все еще рассматривая город, искоса взглянула на подруг. Молодые, красивые. Одна из них держала в руках крохотную тарелку с недоеденным кусочком апельсинового шу. Другая, в облегающем платье чуть ниже колена, с ужасом смотрела на подругу.

— Ты ведь знаешь, сколько здесь калорий, дорогая? — она указала тонким пальцем на пирожное, и нахмурилась.

— О боже мо-о-о-й, — на приглушенное мычание среагировала вздернутыми бровями. — Это просто потрясающе, Лесь. Ты только попробуй! Ничего вкуснее в жизни не ела.

— Чтоб это платье застегнулось, я на два дня закрыла рот на замок, — Леся провела ладонью по груди и внезапно приподняла корсетное бюстье, поправляя. — А ты мне предлагаешь согрешить. Безжалостная ты женщина, Крайнова, — она отбросила длинные, уложенные волной локоны за спину и обернулась к залу. — Мне еще неприступную крепость покорять, помнишь?

— Помню, Леська. И держу за тебя кулачки. Но знай, он не сдастся без боя.

Девушки рассмеялись, а Майя, улыбаясь, бесшумно отошла к другому окну. Последнее, чего она бы хотела, это стать известной сплетницей. У нее уже и без того горела щека, и стыд поднимался все выше. Майя остановилась у фуршетного стола, чтобы избавиться от надоевшего бокала и заодно проверить, все ли в порядке.

— Этот вечер становится все интереснее.

Услышав знакомый голос, Майя впервые за несколько часов расслабилась. Обернулась и нырнула в раскрытые объятия.

— Привет, Плюшка, — Дима шепнул на ухо и оставил короткий поцелуй на щеке.

— Меня тысячу лет так никто не называл.