Измена. Перепишу любовь

Глава 4

Из коридора слышится шушуканье. После чего в кухню влетает раскрасневшийся Вадим. Грохается на одно колено и протягивает мне шикарный букет ненавистных лилий, которые так любит Ксюша.

— Галчонок! Когда узнал, что ты сидишь здесь, грустная, сразу прилетел, чтоб тебя порадовать.

Беру букет. Вадим расцветает.

— Дешёвый спектакль, ребята, — говорю я. — Вот взять бы карандаш и вычеркнуть вас двоих из своей жизни.

— Галка, не дури. Что на тебя нашло? — округляет глаза Ксеня.

— Ты не рада, Галчонок? — заискивающий тон мужа раздражает, и я хватаю букетом прямо о его улыбающуюся физиономию.

— Сегодня ровно в восемь вечера твои вещи я выставлю за дверь, — говорю ему и, ощущая приступ головокружения, по стеночке тащусь в коридор.

— Себе яму роешь, — ухмыляется Ксюша, выходя меня проводить. — И не ему придётся съехать, а тебе.

— Из собственной квартиры?

Ксеня, скрестив руки, усмехается. Ох и не нравится мне хитрый блеск её лисьих глаз.

Приехав домой, роюсь в документах. Нахожу договор купли-продажи. Перечитываю несколько раз. Да нет же, всё оформлено на меня. Сомнений быть не может. Но почему так неспокойно внутри?

У Вадика, оказывается, очень много вещей. Одних только пуховиков зимних три. Обуви с десяток пар. Куча всяких мужских уходовых средств, две зубные щётки, две пасты на утро и вечер. Несколько флакончиков духов в коробках. А уж повседневной одежды!.. Я не успеваю выгрести шкаф, как слышу звонок в дверь. Явился — не запылился. Но что-то рано. Сейчас всего лишь пять.

— Я же сказала, в восемь! — открывая дверь, сходу предъявляю претензию.

— Девушка, вы рассчитываться собираетесь? — на пороге бородач, которому я поцарапала машину.

А я про него уже успела забыть.

— Послушайте... Я... я думала, смогу вам помочь...

— Я могу войти? — невежливо перебивает мужик.

Невольно отстраняюсь, хотя впускать посторонних не планировала.

— Понимаете, мой муж... Теперь уже почти бывший...

— Какое мне дело до ваших бывших мужей? Вы поцарапали мою машину, если помните.

— Да простите. Я просто... хотела вам предложить, чтобы Вадик вам всё отремонтировал. Бесплатно, конечно. Раз такое дело, но... Мы, кажется, разводимся.

— Вы уже определитесь, девушка. Почему вы мне так и не позвонили?

— Я же говорю. Не до вас мне было. Отец в больницу попал. Сердце. А ещё я беременна. Войдите в положение.

Мужик вздыхает.

— Я и так в прошлый раз вошёл в положение. Ждал, когда придёте в себя и свяжетесь со мной.

— Я ещё не пришла. Навалилось всё как-то, знаете? Беременность. Отец. Муж изменяет. С подругой, — и зачем я это всё рассказываю незнакомому мужику?

Вот, и реветь снова начинаю.

— Вы случайно не актриса? — усмехается гость. — Как только речь заходит о деньгах, сразу в слёзы. Да так натурально.

— Нет, я учитель. И я не притворяюсь. Ну хотите, УЗИ покажу?

— Как это поможет моей машине?

— Давайте я вам адрес автосервиса напишу, — размазываю слёзы по лицу. — Вы с Вадимом обсудите всё. Ведь это он виноват, что я была не в себе и поцарапала вашу машину. Пусть разбирается. Предатель.

Ищу блокнот и ручку.

— Но за рулём-то были вы, — резонно замечает мужик.

Когда он наконец уходит, я продолжаю собирать вещи Вадима. Однако же за один вечер я точно не управлюсь.

Итак, огромный чемодан на колёсиках, с которым мы ездили в запоздалое свадебное путешествие, снова в деле. Его-то я и выкатываю за дверь. И несмотря на то, что перебирала руками духи Вадима, в коридоре чувствую стойкий запах бородатого. У моего мужа такой аромат был лишь однажды, когда я ему на 23 подарила. Мы тогда только недавно начали встречаться, и я ещё не знала о его вкусах. Он им так и не воспользовался ни разу.

Не знаю, забрал ли Вадим свои вещи, но дома он так и не появляется. А я настолько устала, что даже не смотрю в окно. Лёгкий ужин, душ и спать. А утром, выходя на работу, вижу на площадке у двери чемодан. Недолго раздумываю и заношу его внутрь.

Сегодня я уже официально принята на работу на полставки. Веду группу продлённого дня у первоклашек. Возвращаюсь домой с квадратной головой. Какие же они шумные! Но такие интересные!

Вадим дома. Только бы не начался скандал. Я их очень не люблю и всеми силами стараюсь избегать.

— Галчонок, я вот пораньше освободился, ужин приготовил, — раньше я б расцеловала его за такую заботу.

Но сейчас... злюсь.

— Ты зачем пришёл? Я же просила забрать свои вещи и проваливать.

— Ты не можешь меня выгнать. Это и мой дом, — говорит изменник.

— С чего это?

— Я здесь прописан.

— При разводе выпишут. И выселят, если сам не уйдёшь.

— Так куда мне идти?

— А что, Ксюша уже не ждёт?

— Галчонок, ну ты чего завелась из-за ерунды?

— Это не ерунда, Вадим. Это измена. Предательство, — мой голос дрожит, и наворачиваются слёзы.

— Мя-а, — о ноги трётся Кузнец, беру его на руки, закрываюсь в ванной.

Кошки успокаивают. Это правда. Мне нужно время, чтобы прийти в себя и умыться. И решиться.

— Вадим, если ты сейчас же не освободишь от своего присутствия мою квартиру, я вызову полицию.

— Вызывай. Мы ещё не развелись — это раз. А если разведёмся, то и ты здесь жить не будешь. Я подам на раздел имущества.

Усмехаюсь.

— Вадик, это только моя квартира. Подарок родителей, купленный на их деньги. Ты не имеешь никакого отношения.

— Нет, Галчонок, недвижка числится как купленная в браке.

— Что? С чего вдруг? Мы поженились только на следующий день после сделки. Прекрасно помню, как спешили родители, чтобы оформить всё именно до свадьбы. Как чувствовали, что ты окажешься предателем.

— Документы давно смотрела? — по-лисьи щурится муж.

— Вчера.

— И?

— Что "и"? Квартира моя. Я — единственный собственник, — отвечаю уверенно, но внутри поселяется червячок сомнений.