Измена. Первая жена моего мужа

Глава 7

На следующий день хотелось лежать в постели, смотреть в потолок и ничего больше, но я заставила себя подняться и идти на работу. Нельзя злоупотреблять добротой Бориса Евгеньевича. Пообещала ему, что, несмотря ни на что, буду четко выполнять свой график, значит, так и будет.

Это, может быть, богатым и сильным мира сего позволено красиво страдать, предаваясь унынию, а я из другой касты, мне нужно работать просто для того, чтобы выжить. Чтобы обеспечить всем необходимым своего ребенка, а он, судя по всему, будет только моим.

Прощайте, все мечты о счастливом будущем семьи, теперь я мать-одиночка, а в скором времени будут награждена “почетным” званием РСП. Разведенка с прицепом. Так же теперь называют несчастных женщин, брошенных мужьями-козлами?

Никогда не думала, что со мной случится что-то подобное, а вот ведь… И никому не докажешь, что не виновата! Скажут же, что где-то я накосячила, раз богатый муж вышвырнул из дома беременную и даже разговором не удостоил…

Впрочем, не важно! Хватит страдать, пора действовать.

Мне стало легче, когда узнала часть правды, что против меня устроили заговор, всё же снять часть вины с себя было мне необходимо.

Что дальше?

Не знаю.

Время покажет.

Мама тоже уехала по своим делам. Сегодня она не работала. Мне даже удалось отвлечься на работе, пусть не забыть, но хотя бы не думать бесконечно о произошедшем. Надеюсь, зияющая рана внутри от предательства мужа со временем затянется.

Вечером мама заехала за мной, мы отправились в ее квартиру. Мне, конечно, неудобно стеснять маму, но куда я еще пойду, да еще и беременная?

Я задумалась, что, наверное, она боится оставлять меня одну. Я же прекрасно могла сама добраться до дома.

– Со мной всё в порядке, мам. Не надо обращаться как с маленькой, – попросила ее мягко, она посмотрела с сочувствием.

– И не думала. Была неподалеку, заехала за тобой, мне по пути было. Думала, вместе ехать до дома будет веселее.

– Ладно, – кивнула ей, но душу охватил страх.

Так просто эта ситуация не закончится, мы чувствовали это обе. И Петя обязательно себя проявит, и тот человек, который объявил мне негласную войну за Давида. Стелла, та самая женщина, о которой я недавно даже не знала.

Поднялись на четвертый этаж… И застыли в шоке.

Дверь выглядела странно, она скособочилась, а замок явно был взломан. Ключ вставить невозможно!

– Господи, ну только этого еще не хватало! – запричитала мама.

Я же молчала, находясь в ужасе.

Откуда эта бесконечная цепь неудач? Неужто и правда порчу на нас наслали? Гвоздь, земля… И вот теперь это!

Никогда в жизни нас не обкрадывали.

Но это явно были не просто грабители. Больше похоже на лютую ненависть, послание. Предупреждение.

Шкафы вывернуты, вещи разбросаны, мамин любимый хрусталь разбит, и будто этого мало, всё облито синей краской!

– Мария Степановна! Что тут случилось! – закричала мама заглянувшей к нам старенькой соседке. – Вы ничего не видели? Кто тут устроил такой беспорядок?

– Понятия не имею, Лидочка. Ты же знаешь, я глухая. Ничего не слыхала! – заохала соседка, осторожно ступая между перевернутой мебели и битого стекла. – Ох, что за нелюди такое сотворили? Надо милицию вызвать!

Остальных соседей нет дома.

Спросить не у кого.

Мама вызвала полицию, приехал наряд, сказали ничего не трогать, и остаток вечера мы провели в отделении, давали показания.

– Сколько еще? Видите, дочка беременная, плохо ей. Да и что мы сказать-то можем? Пришли, когда всё уже случилось. Понятно, кто это сделал, бывший однокурсник моей дочери – Егоров Пётр.

– Сочувствую вам, – проговорила молодая женщина-полицейская. – Ладно, идите. Мы проверим гражданина Егорова. Сообщим вам о ходе дела. Наш сотрудник подвезет вас до дома.

– Вот за это спасибо огромное. Хотя постойте, а куда мы поедем? Там же невозможно находиться. Как нам туда возвращаться-то? – спохватилась мама. – В квартире всё испорчено и краской провоняло. До сих пор голова болит.

– Может, тогда в гостиницу поедем? – предложила маме, пока стояли возле полицейской машины и ожидали водители.

– Нет у нас денег на гостиницу! – вздохнула она горестно. – Вернее, есть, но сколько мы там жить будем? Есть ли смысл тратиться?

– Мам, а может, к тете Люде? – вспомнила я про мамину подругу.

– У Люды сейчас роман в разгаре, с коллегой по работе. Точно не обрадуется нашему появлению.

– Тогда… Поедем на работу, – вздохнула я. – Сейчас это лучший выход, а утром начнем думать о съемной квартире на время ремонта, ведь стены остались, придется всё выбросить и заново всё обустроить. Спасибо хоть пожар не устроили.

– Точно, ты права. Там и душ принять можно, и выспаться. А дальше решим, – кивнула мама.

На самом деле это оказалось нашим единственным вариантом в данный момент. В реабилитационном центре вполне приемлемые условия, как раз есть две комнаты с удобными кроватями. Но мы заняли всего одну, с раздельными кроватями. Устроились с мамой нормально, помылись, переоделись.

Я проснулась утром от ее плача.

– Поверить не могу, что мы так испортили себе жизнь! И это всё сделал Егоров! Зачем мы к нему пошли? Зачем разозлили? Я уверена, квартиру он нам разворотил. Что он тебе сказал, Настя? Кто против тебя воюет? Это из-за Давида?

– Мама, его слова ничего не дадут. Как говорится, слова к делу не пришьешь, но ясно, что он просто звено в цепи.

– Вот кто бы подумал, что у тебя столько врагов, – всхлипнула. – Ты же ничего плохого никому не делала, девочка моя. Ну ничего, если это Стелла совторила, карма ее настигнет! Ты же знаешь, что зло возвращается к тем, кто наводит порчу или приворот делает?

– Мама, ты серьезно?

– Естественно, уверена, что она околдовала твоего мужа, увела. Знаешь, сколько таких историй? Приворотила, голову заморочила.

– Я не верю в эти объяснения, мам, Давид не был похож на заколдованного, когда разговаривал со мной, – протянула с грустью.