Измена. Первый Дракон

16

Я выбегаю во двор, чувствуя, как меня захватывает суеверный ужас от того, что я натворила.

Люди стоят на коленях уперев головы в землю. Над ними пролетает дракон, оглашая окрестности нестерпимо громким ревом. Я закрываю уши, глядя на то, как он пролетает мимо, едва не касаясь острыми шипами на крыльях, дрожащих от страха людей.

— Чудовище, — говорю я, глядя на эту картину в суеверном ужасе, а потом перевожу взгляд на свои руки, светящиеся от переполняющей их силы. Я чувствую невероятно острую связь с этим летящим в небе драконом. Я почти слышу его мысли, они почти звучат в моей голове. И как бы мне не хотелось убежать, закрыться и не слышать, они здесь.

— Любуйся мной, моя Мари, наслаждайся. Ты сделала это возможным и я тебя отблагодарю.

Его голос звучит прямо надо мной и я нагибаюсь, чувствуя, ветер от его крыльев. Он приземляется на площади, разметая на куски телеги с сеном, которые там стояли. огромная лапа с легкостью сминает деревянную телегу, словно она игрушечная. Лошади пытаются вырваться. Бешеное ржание проносится по округе, когда когтистая лапа хватает одного из коней, отрывая его от земли.

Дракон выпускает нестерпимо яркую струю пламени из своей пасти, сжигая несчастную лошадь заживо.

Я отворачиваюсь, чтобы не видеть, как он пожирает ее. Все, чего мне хочется, это уйти отсюда подальше. Убежать из этого места. Скрыться туда, где он никогда меня не найдет. Но я вижу его взгляд на себе. Он не отрывно следит за мной. Я знаю, что даже если я убегу за сотню миль отсюда, он будет знать, где я, так же, как я буду знать, где он. Я чувствую эту неестественную связь прямо внутри своего сердца, и вместе с этим чувством во мне разворачивается знание. Наделив его этой силой, я развязала ему руки. Наделив его этой силой, я укрепила нашу связь многократно. Наделив его этой силой, я сделала его практически неуязвимым. Сила ярости и огня, только она могла сделать это с существом, в которого превратился мой Леви.

Я вижу, как дракон перевоплощается, снова становясь человеком. Босыми ногами Леви ступает по земле мимо людей, упирающих головы в землю. Некоторые из них несмело поднимают взгляды, чтобы видеть своего князя, и на их лицах замирает печать восхищения и суеверного трепета.

Я отворачиваюсь, чтобы не видеть его. Не хочу, чтобы образ моего любимого, моего мужа, мешался в моей памяти с образом этого чудовища, которое завладело его телом.

— Что же ты, не хочешь посмотреть на меня, моя истинная? — спрашивает он, обжигая меня теплом своего тела. — Разве вид моего нагого тела не возбуждает твое желание, жена моя?

— Я тебе не жена, — сквозь зубы цежу я, чувствуя, как во мне вновь начинает нарастать яростная сила, готовая испепелить все, что попадется мне на пути.

— А кто же ты такая? — спрашивает он насмешливо, поглаживая меня пальцами по щеке.

— Я жена Левиатана Айронса, а не тебя, поганое исчадье бездны.

— Ты не знаешь, что такое бездна, любимая. Ты не видела ее. А я видел. Я испил бездну до дна.

— Лучше бы ты там и остался, — я смело смотрю в его горящие глаза, надеясь, что хоть теперь я перестану видеть в чертах его лица своего любимого. Но нет, он все тот же. Те же черты лица, те же глаза, тот же рот и нос, те же скулы. Ничего не изменилось. Мне больно смотреть, но я продолжаею не отрывая взгляда изучать его лицо, словно сама наказываю себя за то, к чему буквально приложила руку.

— Я уверен, девочка моя, мы с тобой обязательно найдем общий язык. Вместе мы можем быть такими сильными, что сможем завладеть всем этим миром. Рано или поздно ты осознаешь, что единственным твоим предназначением всегда было именно это — исполнить волю бога дракона и стать той, кто примет в себя первое семя и продолжит род драконов в бесконечность, чтобы они могли править этим миром безраздельно и безвременно. Так должно произойти и противиться нет смысла.

— Этого не будет, чудовище. — Говорю я и отталкиваю от себя дракона. Вижу, как от моих раскаленных рук остаются следы на его груди. Но он только усмехается, явно испытывая наслаждение.

— Неукротимая. Именно такую я и ждал, именно такую и хотел.

— Я лучше убью себя, чем буду той, кто даст продолжение твоему чудовищному роду.

В ответ на это он только смеется.

— Ты не можешь убить себя, Мари. Даже если захочешь, у тебя не получится. Ни дракон, ни его истинная, не могут умереть ни от ножа, ни от яда, ни от удара. Ты умрешь лишь от старости, но прежде, пройдут сотни и сотни лет счастливой жизни, в которой мы будем безраздельно владеть всем этим.

Он окидывает руками все окрестности, словно пытается обнять весь мир.