Измена. Пленница Дракона

Ты вся в мать. Это комплимент

- Мам? - Хоуп заглядывает через плечо Эдгару и подходит ко мне. Я на инстинкте поправляю платье, надеясь, что мой вид не выдает того, что здесь было минут назад.

Хотя, моя девочка ещё слишком юна, чтобы понять, почему мужчина и женщина были закрыты и у них помята одежда. А её приёмный отец по древней традиции поит её зельем, закрывающим её мысли от телепатии, так что в её воспоминаниях он ничего не увидит.

По традиции, такие зелья должны пить всё, члены семьи, хотя Альфред попросил меня чтобы я не пила. Только Хоуп. Чтобы он мог доверять мне.

- Что случилось, маленькая моя, - говорю я, стараясь унять дрожь в голосе. Обнимаю за плечи мою маленькую спасительницу. - Почему ты не с отцом?

- Мне стало плохо, голова очень болела, - говорит она. - Я захотела отпрвиться домой, а за мной уже потом лекари.

Эдгар хмыкает, я замечаю, что у него человеческие глаза.

- Юная леди, ваш отец вчера мне поведал что вам лет... десять, кажется?

- Девять, - поправляет его Хоуп, оглянувшись на Эдгара. Боги. лишь не понял, лишь бы не стал считать месяцы. Но его волнует другое.

- В твоем возрасте я даже не знал значения слова "болит", - говорит он.

- У неё приступы, Эдгар! - кричу я. Руки непроизвольно сжимаются в кулаки.

Моя бедная малышка часто хватается за голову и жалуется на дикую, страшную боль. Лечить её невозможно, только травы что немного облегчают мучения. И потом, через месяц всё повторяется.

Отчасти, для Альфреда это даже хорошо. Она родилась, когда я была здесь всего-лишь чуть больше семи месяцев вместо положенных девяти.

Болезнь ребёнка прекрасно вписывалась в то, что он просто недоношен и рожден от больного и немолодого мужчины.

- Я очень за вас рада, милорд. Можете похвастаться кому-то ещё, - отвечает Хоуп безразлично.

Эдгар удивленно округляет глаза. Один снова становится тёмным, я невольно сжимаю плечи дочери сильнее. Может ли Дракон почувствовать её? Может ли понять?

Моя самая страшная тайна висит на тоненькой ниточке, которая вот-вот порвется.

Честно, понять её нетрудно. Впервые увидев дочь и Эдгара рядом, я с болью осознаю, как она на него похожа. Та же оливковая кожа, те же мягкие каштановые волосы и миндалевидные, карие глаза, пухлые губы.

Удивительно, но её взгляд и характер, куда больше похожи на него нынешнего чем того, с кем я делила ложе десять лет назад.

- Ты дерзишь мне? Ты вообще знаешь, кто я? - спрашивает Эдгар. Совершенно беззлобно, просто констатируя факт.

- Да, наслышана. Большой и страшный Дракон, захватчик наших земель, - Хоуп пожимает плечами. - Простите, я с удовольствием буду вас бояться как вам будет угодно, только завтра. Сегодня мне нездоровится.

Я не знаю, как и отреагировать на такую дерзость дочери, но на лице Эдгара, к счастью, нет злости и недовольства. Только любопытство, и даже какое-то удовольствие. Оно расстягивается в улыбке.

- Ты вся в мать. Это комплимент, кстати, - говорит он, слегка смеясь. - Такая же смелая, гордая и принципиальная. Хотя, часто ей выходит боком. Но, на самом деле, это хорошие качества для будущей королевы. Прости, что говорю тебе это, дитя. Но ты должна помнить, что тебе после смерти твоего отца придется многое пережить. Зубки показывать ты хорошо научилась, молодец. Но и союзники тебе нужны.

- Себя предлагаете? - скучающе вздыхает Хоуп.

- Ну, почему и нет? - Эдгар пожимает плечами, продолжая смотреть на Хоуп.

Боги, лишь бы он не понял. Лишь бы не сравнил. Их внезапное милое общение, пугает ещё больше. Молчание становится каким-то неловким.

- Тебе нужно прилечь, - говорю я, и усаживаю Хоуп на диван. Мечтаю, чтобы Эдгар ушёл, но стоит позади нас.

Смотрит.

Едва я хочу сказать ему, чтобы он шёл прочь, как малышка поднимает глаза на него.

- Почему у вас разные глаза? - спрашивает она.

- Они не всегда такие, - пожимает Эдгар плечами. - Это показывает что во мне две сущности.

- Как это?! - восклицает мой ребёнок.

- Один человек, а один Дракон. Когда мною полностью управляет дракон, то мои глаза темные, глаза обычные когда я полностью человек. И оба, когда мы в состоянии единения. Как сейчас. Мы говорим с тобой оба, - он моргает, и тут же глаза становятся снова только карими. - Ну вот, а теперь Дракон ушёл. Он сам выбирает когда приходить, а когда уходить.

- А когда вы человек, куда пропадает Дракон? - спрашивает Хоуп.

Надо бы её как-то осечь, чтобы она этого не делала. Не задавала вопросы, не говорила с ним. Но я только наблюдаю.

- Он внутри. Я всегда его слышу.

- Как второй голос в голове? - поражается моя дочь.

- Да, - он показывает на свой лоб. - Здесь всегда двоё.

- И как это? Как это, когда кто-то говорит в твоей голове? -

Эдгар и не замечает, но я вижу, что моя дочь слишком возбуждена от этого разговора. Обычно спокойная и рассудительная девочка, сейчас - комок нервов и во все глаза смотрит на Эдгара.

- Это неудобно, но я привык за десять лет, - отвечает Эдгар.

- Десять? Вы не родились таким?! - опять спрашивает она.

- Очень много вопросов, юная леди, - осекаю её я. - Особенно для той, у кого голова болит.

- Да ладно тебе, Ванесса, - Эдгар зыркает на меня и к моему недовольству, садится на кресло напротив моей дочери, явно готовясь говорить с ней дальше.

Я даже не знаю, что думать. Наверное, я зря боюсь. Хоуп просто любопытна. Вот и задаёт вопросы. Но это всё мне не нравится.

Мне не нравится как они сейчас рядом. Как Эдгар мило беседует со своей дочерью, пусть и не зная, что она его. Как она сама развивает беседу и с жадностью впитывает его объяснения про то, как это, быть Драконом.

Вдруг я осознаю, что головная боль не повод биться как птица в клетке в мою дверь. Это какой-то бред. Бред, что она пошла сюда.

Что стучала, что так требовала меня. А теперь просто болтает с гостем.

Слишком много вопросов.