Измена. Пленница Дракона

Она за всё ответит

У меня голова начинает раскалываться от истерики Ванессы. Но она права, конечно, девятилетняя девочка сбежала из дому, где это видано?

- Нужно немедленно вызвать стражу, они прочешут город. Она не могла уйти далеко, - заверяет её Альфред. Он спокоен, даже слишком для отца, чей ребёнок пропал.

Даже у меня внутри всё клокочет а ему, кажется настолько надоела собственная жизнь, что даже плевать на собственных детей?

- Она ребёнок, просто ребёнок! Быстрее! - кричит на нас Ванесса.

- Остановитесь всё. Я пойду один.

- Ты с ума сошёл?! Ты вообще здесь не нужен! - Почему-то мне кажется, будто Ванесса хочет обвинить в этом меня, что-то в её тоне говорит об этом.

Она злится глядя на меня, хотя я то тут причем?!

- Я найду её по запаху. Быстро и сразу. Твой запах меня собьет, вы родственники. Альфред прав. Она не могла уйти далеко, она просто ребёнок, которого здесь всё знают. Никто её и пальцем не тронет, тебе не о чем волноваться. Я её найду и приведу обратно.

- Верно, тем более она ушла из-за вашей ссоры, - щебечет Элла, как-то появившаяся за моей спиной. - Она не захочет идти к тебе, Ванесса. Я думаю, лучше вызвать стражу. Ей девочка будет больше доверять чем чужому Дракону, и тем более - тебе.

Если бы можно было убить взглядом, Ванесса бы сделала это. И была бы права. Чтобы ты там ни было, Элла не имеет право так вмешиваться, так говорить.

Боги.

Надоело мне слушать их перепалку. Я делаю знак Альфреду, кивая на дверь. Мы выходим из комнаты и я резко запираю её. Ванесса словно зверь сразу бьется в неё.

Колит совесть за то, что я делаю с ней, но иначе нельзя.

- Закройте окно с другой стороны, чтобы она не вылезла как Хоуп. Обеих я искать не намерен, - командую я Альфреду.

- Я прошу вас не утруждаться, я вызову стражу.

- Выпусти меня, немедленно! - кричит Ванесса. - Выпусти!

- Вызывайте кого угодно. Если они двинутся против меня или будут мне мешать - я спущу на них зверя. Будете сами искать слова оправдания перед их матерями и женами. Окна закрыть, - я показываю пальцем на дверь, за которой бьется Ванесса.

Злит он меня. Всё злит. Даже Дракон во мне клокочет в ярости. Элла стоит рядом и боги, мне хочется её ударить.

Я бью по стене, той хоть не больно.

- Эдгар, - слышу голос Эллы.

- Прошу избавь меня от своего голоса и запаха.

Мне сложно говорить с ней, без Дракона. Не знаю, что могу ей сказать. Хотя мы вместе, если можно так выразиться, чертовы десять лет, мне не о чем с ней говорить.

Дракон приказывает ей. Командует. А мне приказать ей ничего кроме "свали с глаз моих" и нечего.

Почему вообще ребёнок мог захотеть сбежать? Черти!

Выхожу из дворца, закрываю глаза и пытаюсь вспомнить её запах. Такой же острый и терпкий как у матери. Она похожа на маленькую красную ягоду.

Дракон позволяет мне сосредоточится только на этом запахе и я ощущаю его сильно из второго этажа, той самой комнаты где заперта Ванесса. Даже отсюда слышу её истерику, и то, как стража не даёт ей вылезти в окно.

Качаю головой. Мне жаль её, но так правильнее. Она будет мне только мешать. .

Второй, похожий запах доносится издалека.

- А вот и ты, милая принцесса, - выдыхаю я.

Я просто и спокойно ступаю, чувствуя с каждым шагом как Хоуп всё ближе. Она действительно пыталась спрятаться.

Прошла не по парку, а прошла по узким улочкам и идет в сторону реки. Да, там мост и река. Убыстряю шаг, не стоит ребёнку одной быть на мосту, ещё упадет случайно.

Ну вот и всё, добыча найдена. Стоит на деревянном мостике и бесцельно смотрит на воду.

Дракон довольно засыпает во мне, позволяя общаться с малышкой только собой. Он вообще часто оставляет меня с ней наедине, хотя обычно не дает мне столько свободы.

- Не помешаю? - спрашиваю я. Девочка оглядывается на меня без особого интереса и снова поворачивает голову к воде.

- Нет.

- Ну и что случилось? - я подхожу ближе.

- Мы с мамой поругались.

- Я тоже часто с родителями ссорился, но сбегать из дома начал лет в двенадцать, ты опережаешь сроки детских ошибок, - я улыбаюсь, но что-то ей невесело.

Обычно дети впадают в истерику, плачут, а она стоит едва шевелясь, будто под тяжестью огромного груза. Совсем как взрослая.

Я бы мог её обнять, и если бы она была мне родственницей, точно сделал бы это. Но не могу, не имею права ни по этикету, ни по законам.

Становлюсь рядом и также бесцельно смотрю за темной водой, ночью, кажущейся совсем черной. Хоуп отходит от моста. Я плетусь за ней.

- Последний раз я общался с кем-то твоего возраста лет пятнадцать назад, и это был мой брат. Так что, можешь учить меня общению с детьми, - пытаюсь наладить я разговор. - Я должен привести тебя домой, Хоуп.

- Я не хочу.

- А чего ты хочешь?

Она пожимает плечами.

- Не знаю. Правды, может. И свободы.

Я хмыкаю.

Мы идем под мост, к берегу. Малышка подходит к водной глади и садится на камень.

- Прекрасные желания. У меня были такие же когда я был постарше. В твоем возрасте мне хотелось залезть на дерево повыше, - говорю я.

Не понимаю, какая боль может быть настолько сильной чтобы ребёнок выглядел таким, по-взрослому печальным. Ванесса явно хорошая мать. Может дело в Альфреде? Он мог её обидеть?

Родной отец? Это невозможно. Хотя, мало ли что у него в голове. Если бы у меня были дети, я бы сделал всё, чтобы они были счастливы.

- Ты вообще очень быстро растешь, Хоуп. Дети часто быстро становятся взрослыми от недетской боли. А есть взрослые, кто остался ребёнком, потому что боли было слишком мало. Не говорю, что боль это хорошо, но она делает тебя лучше. Вынужденно. Поделись своей болью, тебе станет легче.

- Мама скрывает от меня тайну, - выдыхает девочка.

- Родители скрывают от нас много тайн. И мы от родителей. Делаем это из одной цели - чтобы облегчить дни друг другу. Чтобы лишить волнений.