Измена. Подарок небес

Глава 5

Прихожу в себя и не сразу понимаю, где нахожусь. Лежу на чём-то удобном и мягком. В глазах постепенно проясняется - вижу напряжённое лицо стюардессы, склонившейся надо мной. За её спиной ряд из парных, широких кресел. На стене - иллюминаторы, под потолком – отсеки для ручной клади. Ощущаю лёгкое потряхивание.

Я всё ещё в самолёте, только вот месторасположение моё внезапно поменялось с эконома на бизнес-класс.

– Ну вот, – бархатистый мягкий голос справа от меня – Я же говорил, что девушке нужно дать немного полежать и она непременно придёт в себя.

Поворачиваю голову в сторону источника звука.

На соседнем кресле сидит молодой, симпатичный мужчина, около тридцати с небольшим лет на вид.

– А теперь, принесите нам воды со льдом, пожалуйста. – обращается он к стюардессе.

– Конечно, – отвечает та, удаляясь за ширму, и практически сразу возвращается, неся бутылку воды и стакан со льдом.

– Как Вы себя чувствуете? – вопрос явно адресован мне.

Силюсь ответить, но в горле словно комок встал, вместо членораздельной речи мои голосовые связки воспроизводят что-то невнятное, среднее между клёкотом и хрипом.

Мужчина слегка склоняется ко мне, в попытке разобрать, что же я там говорю.

В этот момент я начинаю испытывать смущение и неловкость, вдруг осознав, что буквально полулежу рядом с нависшим надо мной незнакомым парнем.

Пытаюсь принять вертикальное положение и не сразу понимаю, как это сделать – до этого мне никогда не доводилось летать бизнес-классом. Предупредительная стюардесса проворно помогает мне справиться с этой задачей.

– Вот, попейте немного, должно помочь.

Парень вкладывает в мою руку стакан с водой и я с благодарным кивком принимаю её. Делаю глоток, ещё один… Прокашливаюсь.

– Спасибо! – прислушиваюсь к своим внутренним ощущениям – Кажется уже хорошо. У меня был обморок, да?

– Ага. Самый, что ни на есть. Вам до этого никогда не приходилось терять сознание? – участливо спрашивает он.

– Нет, ни разу в жизни.

Облизываю пересохшие губы и делаю ещё один глоток живительной ледяной жидкости.

– А как я здесь оказалась?

– Вы не помните, как оказались в самолёте? – голос и выражение лица серьезные, но в его серых глазах мелькают озорные искорки.

– Неееет, – понимаю, как двойственно это звучит и добавляю – Под «здесь» я имела ввиду бизнес-класс.

– Понятно, – кивает он – Ну если быть кратким, то после того, как с Вами случился обморок и Вас не смогли сразу привести в чувство, стюардесса ринулась сообщить об этом капитану судна. Я слышал шум в салоне и увидев её встревоженный вид, поинтересовался, что же приключилось в хвостовой части. Она была так добра, что удовлетворила моё любопытство. А я предложил ей перенести Вас сюда. Это место оплачено мной и так уж вышло, что осталось не занятым. Мне показалось, что функционал данного посадочного места на тот момент Вам подходил больше, нежели сидение эконом-класса. После минутного колебания, моё предложение было принято. И вот Вы здесь. Как-то так. – улыбнулся он.

– Ой! Вы были так добры! Спасибо Вам огромное! – этот человек с каждой секундой нравился мне всё больше и больше. В его рассказе не было ни грамма хвастовства или рисовки. Он просто пересказывал то, что случилось, не более.

– Меня и правда несли? О, Бооооже…Мне очень неудобно из-за произошедшего! Столько хлопот людям создала! Но всё произошло так быстро - я даже толком понять не успела, что к чему. Я просто очень боюсь летать, а самолёт так трясло… – пробормотала я в своё оправдание – Знаете, мне действительно уже намного лучше, так что я, наверное пойду.

– Куда? Вам так дорого Ваше место в хвосте? Неужели оно настолько комфортнее сидения бизнес-класса, что Вам так не терпится туда вернуться? – удивляется он.

Его вопросы ставят меня в тупик. Никак не могу понять, серьезен он или шутит. В любой другой подобной ситуации я бы решила, что со мной заигрывают, но сейчас… в его интонациях, движениях, мимике нет и намёка на мужской интерес.

– Нет, – выдыхаю я, – Конечно нет. Но Вы и так были ко мне слишком добры. Мне бы не хотелось доставлять Вам ещё большее неудобство и тратить Ваше время.

– Время? – он принимает крайне серьезный вид и внимательно смотрит на левое запястье (отсутствие чего-либо браслетоподобного на нём его ни разу не смущает), – Вы знаете, так уж вышло, что оставшиеся часы полёта я совершенно свободен. Так что, если Вы конечно не против, мне будет весьма приятно, если Вы поможете мне это самое время убить.

И не оставляя мне места для отступления, добавляет:

– Игорь.

– Чтто? – не сразу догоняю я.

Он улыбается:

– Игорь - это моё имя. А как мне обращаться к Вам?

– Олеся, – невольно улыбаюсь в ответ и ловлю себя на том, что на протяжении всей нашей беседы я ни разу не ощутила этого противного страха от нахождения в воздухе.

То ли самолёт вышел из зоны турбулентности и стал лететь ровнее, то ли общение с новым знакомым подействовало на меня так успокаивающе, но моя аэрофобия, похоже, заскучала и решила притвориться мёртвой.

Всё оставшееся время полёта проходит в общении. Мы болтаем обо всём и ни о чём сразу. Неожиданно легко, как старому другу, я рассказываю ему о своей жизни, о муже, сыне, родителях, о своих мечтах и тревогах… выдаю практически всё, что приходит в голову.

Он вторит мне ответными откровениями.

Я узнаю, что он уже несколько лет как женат, что детей у них с женой нет, но они мечтают об их появлении, что в Сочи он летал по делам его фирмы и это самое место было приобретено для его жены, но в последний момент планы поменялись и она не смогла сопровождать его в поездке…

Он умело налаживает беседу, не допуская ни на миг возникновения неловких пауз. Я буквально теряю счёт времени и искренне удивляюсь, когда капитан объявляет, что наш самолёт начинает посадку.