Измена. Попаданка в истинную. Том 2

14

Повозка ехала уже довольно долго. Я больше не могла сказать, сколько времени прошло. Все тянулось в вязком, томительном ожидании. Я прислушивалась к шуму колёс, который казался таким монотонным, что в голове постепенно начинало гудеть. Барсик, как всегда, был рядом и, к счастью, уже пришёл в себя. Его присутствие немного успокаивало меня, хотя усталость всё равно давила.

— Лиза, — прошептал он, внезапно прерывая молчание. — Если мы будем ехать ещё пару часов, я начну просить еды у охраны. Хотя бы сухарик… Или хлебушек. Ты как считаешь, они поделятся? Или мне придётся на кого-то прыгнуть?

Я попыталась сдержать улыбку, чувствуя, как немного отпускает напряжение. Барсик, даже в такой момент, умудрялся шутить, поддерживая меня своим сарказмом.

— Если будешь прыгать на охранников, попробуй на самого мелкого, — прошептала я в ответ, не поднимая глаз, чтобы нас не заметили. — Может, у него в кармане найдётся что-то вкусное.

Барсик фыркнул, его зелёные глаза блестели в полумраке повозки.

— Да, Лиза, хороший план. Но сначала посмотрим, как они отреагируют на мои намёки. А то кидаться на всех подряд как-то не по-джентльменски.

Я снова тихо усмехнулась, но внутри всё ещё оставалась напряжённость. Хотя шутки Барсика помогали, реальность не отпускала. Повозка всё так же тряслась на ухабах, а из соседней доносились учащающиеся крики. Это был голос Мариссы. Он стал более частым, раздражённым, и каждый новый вздох сопровождался нотками боли.

— Едьте медленнее! — раздался приказной голос её отца, полный раздражения. — Не надо трясти. Моей дочери плохо!

Охранники, ехавшие рядом, кивнули, но я заметила, как некоторые из них начали переглядываться. Даже они были обеспокоены этим резким изменением в Мариссе. Её крики становились громче и чаще, и каждый новый приступ сопровождался долгим стоном или вздохом, который проникал прямо в сердце.

— Ааааааааа! — внезапно раздался крик Мариссы, такой пронзительный, что охрана вздрогнула. Это был не просто крик боли — это был крик ненависти и страха.

Барсик напрягся рядом со мной, его зелёные глаза широко раскрылись.

— Лиза, это уже что-то нехорошее, — прошептал он, свернувшись плотнее. — По-моему, её не просто трясёт. Ребёнок не даёт ей покоя. Это... это может быть опасно.

Крики продолжались, и охрана, обычно такая уверенная в себе, теперь выглядела напуганной. Охранники, сидящие на конях рядом с повозками, переглядывались с явным беспокойством. Они, казалось, не знали, как реагировать на крики Мариссы. Я видела, как один из них нервно перекладывает меч с руки на руку, пытаясь скрыть свою тревогу.

— Нам нужно что-то делать, — тихо сказала я, осматривая повозку и наблюдая за окружающей обстановкой. — Марисса в таком состоянии может повредить не только себе, но и ребёнку.

Барсик фыркнул, глядя на меня серьёзно.

— Спасать кого-то, кто в любой момент может решить нас уничтожить? Лиза, ты уж прости, но твоя самоотверженность иногда переходит границы, — саркастически добавил он, хотя в его голосе была нотка заботы.

— Не её, — резко ответила я. — Мы должны защитить ребёнка.

Крики Мариссы стали всё чаще, каждый новый вздох звучал как мучение. Её голос сливался с глухими стонами, которые делали процесс поездки ещё более невыносимым. Я начала чувствовать нарастающую панику — и не только в себе, но и вокруг. Охранники явно не знали, что делать с ситуацией, которая начала выходить из-под контроля.

— Ох, Лиза… — протянул Барсик, переведя взгляд на охранников. — Похоже, у них сейчас гораздо больше проблем, чем у нас. Чувствую я охраннички сами решат скинуть нас в лес и бежать подальше от всей этой заварушки.

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как меня охватывает беспокойство. Впереди маячила опасность, и её источник был ближе, чем я ожидала.

Повозка тряслась на ухабах, и я начала ощущать нарастающую панику, когда крики Мариссы становились всё громче и пронзительнее. Я знала, что что-то пошло не так.

И вдруг всё резко остановилось. Лорд Бароль громко приказал остановить процесс, его голос был пропитан яростью и тревогой. Повозка замерла, лязгнули цепи, и я услышала, как к нам приближаются тяжёлые шаги.

Дверь нашей повозки с грохотом распахнулась, и в проёме показался лорд Бароль. Его обычно холодные глаза теперь были бешеными, полными страха и отчаяния.

— Помоги ей! — закричал он, не сводя глаз с меня. — Сейчас же! Твоё проклятая магия должна сработать! Сделай что-нибудь!

Я замерла, его слова будто ударили меня в грудь, но мне не оставили выбора. Барсик, рядом со мной, хмыкнул, но тоже понимал, что выбора нет.

— Быстро! — рявкнул Бароль, его глаза метались, а в руках что-то нервно дёргалось, словно он едва сдерживал себя. — Если ты сейчас же не поможешь моей дочери, я лично позабочусь, чтобы ты умерла уже навсегда!

Он сделал шаг вперёд, его глаза полыхали яростью, и теперь я чувствовала эту ненависть, буквально исходящую от него волнами. Для него я не была просто пленницей. Я была источником его ненависти, олицетворением всего, что пошло не так в жизни его дочери.

— Ты... — его голос сорвался в злобный шёпот, полный отвращения. — Ты и твоя магия разрушили жизнь моей Мариссы. Из-за тебя она страдает. Ты посмела отхватить у неё — мужчину, которого она любила больше себя. И этого тебе мало. Нет, ты ещё и не смогла просто исчезнуть, когда у тебя был шанс, — его лицо исказилось от гнева. — Подохнуть тихо, как все магички, когда теряют свои силы.

Он вскинул руку, как будто хотел ударить меня, но остановился на полпути, его ярость была почти осязаемой. Я видела, как он весь дрожит от гнева, словно ему было физически больно, что я всё ещё жива.

— Ты должна была умереть! — продолжал Бароль, его голос был полон злобной решимости, и каждое слово проникало в моё сознание, как острые шипы. — Ещё тогда, когда Марисса заболела. Твоя смерть должна была положить конец всем проблемам! Но нет, ты продолжаешь цепляться за жизнь! И теперь из-за тебя мой ребёнок страдает, её мучает этот выродок, который поселился в её теле!