Измена. Попаданка в нелюбимую

18

Толпа постепенно редела, мы ещё стояли на площади, когда к нам подошёл пожилой мужчина, которого я не сразу узнала. Он тепло поздоровался с Ромэром.

— Привет, Ромэр! Рад тебя видеть! Ты ведь, как я помню, хорошо с инструментами управляешься? Мне тут надо кое-что в доме починить, а помощники уехали. Может, поможешь? — сказал мужчина с добродушной улыбкой.

Вдруг я вспомнила, кто это — Оскар. Он был давним знакомым отца Ральфа. Я несколько раз видела его в доме, когда они обсуждали хозяйственные дела.

Ромэр на секунду задумался, затем посмотрел на нас.

— Я, наверное, ненадолго отойду, ребята, — сказал он, глядя на нас с Тео и сестрой. — Оскар старый знакомый, надо помочь, а то у него там, похоже, что-то серьёзное.

— Конечно, иди, не переживай, — ответила я, понимая, что его помощь действительно нужна.

— Постараюсь быстро управиться, — добавил он Марьяне, слегка улыбнувшись, и направился вместе с Оскаром к его дому.

Теперь на площади остались только мы втроём: Тео, Марьяна и я. Площадь становилась всё тише, когда Марьяна неожиданно сделала шаг в сторону и вдруг с тихим вскриком остановилась, схватившись за ногу.

— Ой! — её голос дрожал, словно от боли. — Тео, я... кажется, подвернула ногу...

Тео мгновенно обернулся к ней, его лицо сразу стало обеспокоенным. Он быстро подошёл к Марьяне и присел рядом, пытаясь понять, что случилось.

— Ты в порядке? Дай-ка посмотрю, — сказал он, осторожно касаясь её лодыжки. — Не волнуйся, я отнесу тебя домой.

Марьяна тихо застонала, делая вид, что ей очень больно. В её глазах блестели слёзы, но я заметила, как она украдкой бросила на меня быстрый взгляд, в котором мелькнула радость. Её план, похоже, сработал.

— Я не могу наступить на ногу, — прошептала она, крепче держась за Тео. — Больно...

Тео посмотрел на меня, его лицо выражало глубокие терзания. Он явно не хотел оставлять меня одну, но ситуация с Марьяной казалась ему серьёзной.

— Элен... — начал он, его голос был полон извинений. — Я не могу оставить её в таком состоянии. Прости, что оставляю тебя одну...

Он явно мучился, принимая это решение, и его взгляд то и дело метался между мной и Марьяной. Я видела, как ему нелегко — он всегда был тем, кто стремился поддержать всех, но сейчас вынужден был сделать выбор.

— Не переживай, всё в порядке, — попыталась я успокоить его, хотя внутри у меня всё сжалось. — Я спокойно вернусь одна.

Тео явно не был уверен в том, что поступает правильно. Он осторожно поднял Марьяну на руки, но всё ещё оглядывался на меня.

— Спасибо, Тео, ты такой сильный и заботливый, — прошептала Марьяна, обвивая его шею и прижимаясь к нему чуть ближе, чем нужно было. В её глазах мелькала довольная улыбка, когда она украдкой посмотрела на меня, явно наслаждаясь своей победой.

Она лукаво смотрела на меня из-за его плеча, её взгляд был полон торжества. Каждый её жест, каждая мелочь в её поведении были направлены на то, чтобы показать, что она добилась своего — что Тео сейчас полностью принадлежит ей, даже если на короткое время.

Я осталась стоять одна на пустеющей площади, наблюдая, как Тео уносит Марьяну. Внутри у меня нарастала тревога. Всё это казалось нелепым, но я понимала, что Марьяна специально подстроила эту ситуацию, чтобы оставить меня одну. Тео, конечно, ничего не подозревал. Он просто хотел помочь, как всегда.

Мне не было дела до его заботы о Марьяне, но сейчас, когда он ушёл, я почувствовала, как страх подкрадывается всё ближе. Я знала, что Ральф где-то рядом, и это тревожило меня больше всего. Я не испытывала чувств к Тео, но его присутствие давало мне хотя бы какую-то защиту.

Однако, несмотря на страх, я чувствовала маленькую искру радости. Я смогла продать несколько баночек мази, и теперь у меня есть деньги. Это означало, что я не останусь голодной, и смогу обеспечить себя и Марса. Мысль о том, что у нас есть на что жить, немного успокоила меня.

Холодный ветер пронизывал меня до костей, усиливая ощущение пустоты. Я крепче сжала сумку, чувствуя, как монетки приятно звенят внутри. Пусть это и не большие деньги, но это был мой первый шаг к самостоятельности. Я не буду зависеть ни от кого, особенно от Ральфа. Но всё равно, внутри всё сжалось от страха — что, если Ральф действительно вернётся? Что, если он решит подойти ко мне прямо сейчас, когда я одна и беззащитна?