Измена. Попаданка в нелюбимую

23

Малышка начала приходить в себя. Её дыхание стало ровнее, и я с облегчением заметила, как жар начал спадать. Прошка уже не выглядела такой измученной, её лоб стал прохладнее, и она даже немного приоткрыла глаза. Я чувствовала, что отвар подействовал, и начала давать Тошке наставления.

— Ей стало легче, — сказала я, объясняя, как и когда продолжать давать ей отвар. — Главное — не прекращать, даже если ей станет лучше. Завтра утром я снова зайду

Мужчина кивнул, его лицо выражало благодарность и надежду, но напряжение всё ещё не отпускало его. Тошка внимательно слушал мои слова, запоминая каждую деталь. Я начала обуваться, собираясь вернуться домой, но тут вдруг раздался отчаянный крик отца:

— Она снова горит!

Я мгновенно развернулась и, не раздумывая, рванула обратно к девочке. Моё сердце забилось быстрее, тревога захлестнула меня. То, что я увидела, когда вернулась к кровати, заставило меня похолодеть. Жар вернулся с такой силой, что Прошка снова начала метаться по кровати, её лицо вновь покраснело, словно пламя охватило её изнутри.

— Этого не может быть! Так не должно быть! — прошептала я, стараясь держать себя в руках, хотя внутренний голос уже кричал о надвигающейся беде.

Я быстро начала осматривать ребёнка, вглядываясь в каждый дюйм её кожи, пытаясь понять, что же пошло не так. И вот, на животе я заметила нечто странное. Там, под кожей, проявлялось тёмное пятно. Оно напоминало спрута, его чёрные "щупальца" медленно, но уверенно расползались по телу, словно охватывая девочку в своих зловещих объятиях. Пятно пульсировало, словно было живым, и с каждым ударом будто бы забирало у девочки последние силы.

— Что это? — в ужасе произнесла я, и моя рука непроизвольно отступила.

Я оглянулась на Тошку и его отца, ожидая увидеть ту же панику в их глазах. Но, к моему изумлению, их лица выражали лишь непонимание и тревогу за состояние Прошки.

— О чём вы говорите, госпожа? — спросил мужчина, обеспокоенно глядя на меня, а затем снова на свою дочь. — Я ничего не вижу...

Я ошеломлённо осознала, что пятно видела только я. Для них оно оставалось невидимым. Это была не обычная болезнь — это было что-то гораздо страшнее.

— Продолжайте давать ей отвар! — скомандовала я, пытаясь справиться с охватившим меня страхом. — Это не обычная простуда... мне нужно время, чтобы понять, что это.

Не теряя ни секунды, я бросилась к выходу. В голове пронеслась мысль о том, что это может быть порча. Я кричала на ходу, чтобы они продолжали поить её отваром, и что я скоро вернусь с ответом.

Сердце бешено колотилось в груди, когда я влетела в свой дом. Марс уже настороженно встречал меня у двери, его шерсть слегка вздыбилась.

— Что случилось? — спросил он, заметив моё встревоженное лицо и дрожащие руки.

— Это не обычная болезнь, Марс, — выдохнула я, пытаясь успокоить сбившееся дыхание. — У Прошки на животе появилось тёмное пятно. Оно пульсирует и расползается по телу, как спрут. Но самое странное — этого никто, кроме меня, не видит. Я думаю, что это порча.

Марс сразу напрягся, его зелёные глаза блеснули тревогой.

— Порча? — прорычал Марс, направляясь к полкам с книгами и травами. Его шерсть вздыбилась от напряжения. — Но кто мог посметь? За такое казнят, никогда в нашей деревне ничего подобного не было! Надо срочно вызвать Карающего.

— Сначала нужно спасти ребёнка, — возразила я, чувствуя, как внутри всё сжалось от страха и беспомощности. — Что делать, Марс? Я даже в рецептурнике не видела ничего похожего... Ты же старый, ты должен знать, как с этим бороться.

Марс замер, его глаза сузились в тонкие щёлочки, когда он обдумывал мой вопрос.–– Не старый, а древний., Затем он тихо замурлыкал, как будто что-то вспоминая, и ответил:

— Выход есть. Я же говорил, что в тебе течёт не простая кровь. Любой из рецептов начнёт помогать против тёмного воздействия, если при его приготовлении ты добавишь частичку себя.

Я посмотрела на него с недоверием, пытаясь понять, что именно он имеет в виду.

— Частичку себя? — переспросила я, ощущая, как нарастающее беспокойство охватывает меня. — Ты имеешь в виду кровь, что ли?

Марс фыркнул, его глаза блеснули от веселья.

— Ну, можно и крови, или слезы, если хочешь быть драматичной, — ответил он, хитро улыбаясь. — Но твоя бабка предпочитала плевать в микстуры. Её слюна была настолько сильной, что могла противостоять любой порче. Ты, конечно, можешь выбрать свой способ.

Я растерянно смотрела на Марса, не зная, что и думать. В голове крутились обрывки мыслей, воспоминаний о том, как бабушка готовила зелья, и теперь я понимала, почему они были такими действенными. Моё сердце стучало быстрее, но я знала, что у нас нет времени на раздумья.

— Хорошо, — сказала я, набравшись решимости. — Если это поможет, я готова. Мы не можем позволить этой порче погубить девочку.

Марс кивнул, его глаза смотрели на меня с серьёзностью, которой я редко видела в этом своенравном коте.

— Отлично, — произнёс Марс, уже направляясь к нужным ингредиентам. — Приготовь тот же отвар, добавь свою частичку, бежим обратно.

Я не стала терять времени. Похватав новые травы, я быстро сказала Марсу, что приготовлю всё на месте, у девочки. Времени оставалось всё меньше, и каждое мгновение могло стоить жизни маленькой Прошки.

Марс лишь кивнул и молча последовал за мной. Мы рванули обратно к дому, сердце моё бешено колотилось. Когда я ворвалась в дом, её отец встрепенулся, увидев меня с травами в руках.

— Я всё сделаю здесь, — быстро объяснила я, проходя на кухню. — Продолжайте следить за её состоянием, не дайте ей потерять сознание!

Я принялась готовить отвар, время от времени поглядывая в сторону комнаты, где лежала Прошка. В голове стучала мысль: "Поспеши, у тебя нет права на ошибку". Когда травы начали отдавать свой аромат кипятку, я знала, что пора.

Осторожно, сжав зубы, я прикусила губу, позволив нескольким каплям крови упасть в бурлящий отвар. Зелье едва уловимо зашипело, как будто оживая, и цвет его стал насыщеннее, глубже.