Измена. Последний отпуск перед разводом

Глава 5

Перелет занимает двадцать часов с пересадкой. Большую часть пути мы не разговариваем. Антон выпивает виски и засыпает, а я устраиваюсь на его плече и смотрю какой-то старый фильм с паршивым переводом. Место у окна он мне не уступил. И мне слегка обидно, потому что он все равно ни разу в него не взглянул.

До пересадки уснуть мне удается всего на пару часов. Алкоголя не хочется, да и Антон вполне ясно дал понять, как ему не нравится, когда я перебарщиваю. По его словам, я становлюсь слишком веселой, а потом меня тошнит. Он прав, блевать в сортире самолета мне совсем не хочется.

После пересадки я чувствую себя уставшей и разбитой, Антон напротив посвежел и выспался. Мы заходим во второй самолет, призванный доставить нас в конечный путь назначения, и устраиваемся на своих местах. Место у окна он снова не уступает. Я не жалуюсь, только вздыхаю и кидаю на синее небо в иллюминаторе печальный взгляд. В тот же миг Антон кладет руку мне на колено.

- Проведем время с пользой? – спрашивает он.

Меня тут же накрывает волной стыда. Раньше мы никогда не занимались такими вещами в общественных местах. Мне и не хотелось. Антон предлагал пару раз, но я категорически отказывала. Это неприлично. А если нас застукают? И вообще, не так уж это и удобно. В самолетах узкие тесные кабинки, малюсенькие раковины и не на что толком опереться. Да и приключений я хотела не таких.

Но эта женщина…

Перед глазами снова встает ее обнаженное сексапильное тело – огромные груди, крутые бедра, светлые волосы, и я чувствую, что не должна отказывать. Единственный способ остаться рядом с таким мужчиной – полностью его удовлетворить.

Я выдавливаю из себя кокетливую улыбку и киваю в сторону общественного туалета. Там я встаю перед мужем на колени впервые за последние четыре года, а после чувствую себя разбитой и униженной. Остаток полета молчу. Не так я представляла совместный отпуск. И как вообще так получилось, что изменил мне он, а виноватой чувствую себя я?

- Все в порядке, детка? – спрашивает меня довольный муж.

Улыбается и проводит пальцами по моей щеке. Сердце вспыхивает в груди, на щеки наползает румянец. Я киваю и спрашиваю:

- Можно мне к окну?

- Да тут ничего интересного, не на что смотреть.

Ладно. Я снова погружаюсь в дурацкий старый фильм и засыпаю под монотонное бормотание переводчика в наушниках.

Самолет приземляется ровно в двенадцать тридцать дня. Яркое солнце Малайзии бьет в глаза и вытесняет все негативные мысли. Пора собраться и получить от отпуска удовольствие. Все-таки я тоже кое-что выиграла в сложившейся ситуации.

Такси довозит нас до отеля, и мы вместе поднимаемся в наш номер. Чемоданов я взяла совсем немного. Всего один компактный на колесиках, но обратно собираюсь уехать с двумя. Наверняка здесь найдется куча всего интересного, что мне захочется взять домой.

Перед тем как зайти внутрь Антон неожиданно поднимает меня на руки и переносит через порог. Сразу кидает на кровать и падает сверху. Страстно целует в шею и сжимает мою крохотную грудь слишком сильно.

- Больно, - пищу я, едва сдерживая вскрик.

- Прости, детка, - тут же поправляется он и, задрав мою кофту вместе с бюстгальтером до подбородка, принимается нацеловывать пострадавшую часть тела. – Бедная моя девочка. Я был слишком груб. Что ты хочешь, чтобы я для тебя сделал?

Я теряюсь от его вопроса и глупо хихикаю в ответ. Если честно, я хочу пойти погулять, выпить коктейль с зонтиком, посмотреть местные магазины и записаться на экскурсию, но вместо этого пожимаю плечами.

- Тогда я буду действовать по своему усмотрению, - говорит Антон и переворачивает меня на живот, запускает руки под бедра и заставляет задрать кверху нижнюю часть тела. Мне сразу становится неловко, но я не сопротивляюсь. Еще до вылета я успела прочитать пару статей про сексоголию. Моему мужу надо много интима. Если я не дам ему, он возьмет где-нибудь еще. И теперь, когда я знаю о его проблеме, виновата точно буду я.

Антон рывком стягивает с меня шорты вместе с трусами и шлепает по обнаженной ягодице. Я вздрагиваю и зажмуриваюсь от неловкости. Мне совсем сейчас не хочется, но мысленно я себя уговариваю:

«Надо просто потерпеть. Вряд ли после перелета ему надо будет долго».

Вдруг в нашу комнату открывается дверь и на пороге появляется незнакомый молодой мужчина с небрежной щетиной, растрепанными темными волосами и внушительным рельефом мышц, без труда проглядывающимся через простую черную футболку. Он окидывает меня взглядом и ухмыляется.

Я взвизгиваю, хватаю край одеяла и прикрываюсь.

- Антон! – возмущаюсь я. – Ты не закрыл дверь?!

От стыда я сливаюсь с собственными волосами. Так неприятно, что хочется плакать. Я что выставочный образец, чтобы на меня пялиться?

Антон прыскает со смеху и невозмутимо застегивает ширинку, от чего на мои глаза наворачиваются слезы. Это не смешно, а унизительно.

- Не смейте пялится! – кричу я максимально гневно, надеясь, что он если не поймет язык, то хоть догадается по интонации. – Я вам не скульптура в музее!

Какой ужас! Это же мусульманская страна. Что обо мне здесь подумают?!