Измена. Последний отпуск перед разводом

Глава 17

Он первый обрывает зрительный контакт. Просто отворачивается и начинает неспешно разбирать рюкзак. Я глубоко и судорожно вздыхаю, глядя на его действия. Он красив, сексуален, обаятелен, а в последние несколько часов еще и ведет себя прилично. Я прямо и не знаю, что с этим делать. Сижу и молча наблюдаю, как он устанавливает палатку и разжигает костер.

День постепенно завершается. Солнце уже достигло крон деревьев и окрасило небо яркими красками. Здесь оно не такое, как дома.

Вадим снимает с костра чайник, заваривает чай в железной кружке с обмотанной изолентой ручкой и садится рядом со мной. Ставит чай на крохотный складной столик.

- Как тебе здешний закат? – спрашивает он.

- Фантастика, - отвечаю я и поворачиваюсь, чтобы озарить его своей улыбкой. Очень уж хочется показать, что его старания не пропали даром, и свою копейку он отработал с лихвой. – Это потрясающее место. Будь моя воля, я бы осталась здесь навсегда.

- Зачем же здесь? – удивляется Вадим. – В мире много мест, куда стоит отправится.

- Покажешь мне как-нибудь? – спрашиваю я. – Может в следующем году я снова воспользуюсь твоими услугами. Куда бы ты мог меня отвезти?

- Прямо в рай, детка, - улыбается он. – Южная Америка. Леса Амазонии. Я много, где бывал, но мое сердце осталось на дне этой реки.

- Там водятся крокодилы, - говорю я. – И ягуары.

- О, да, а здесь тигры. Ты об этом знала?

Я киваю. Перед приездом я прочитала о Малайзии все, что только можно. О Малайзии и сексоголии. Тигры меня не беспокоят, их мало, и они держатся подальше от людей. Встретить одного – большая удача. А вот болезнь любви выглядит куда опаснее. Ей болеют невероятное количество мужчин. На форуме «мой муж сексоголик» сидит по меньшей мере миллион женщин и это только в России.

Мысли снова возвращаются к мужу. Я оставила его одного на целые сутки, и теперь мне интересно, сможет ли он сдержать порывы и дождаться меня или нет? Хочу ли я, чтобы он ждал меня? Есть ли мне все еще дело до его верности? И почему я сама ее храню? Интересные вопросы без ответов. Я глубоко и тяжело вздыхаю.

- Что-то не так? – тут же спрашивает чуткий Вадим.

- Мой муж мне изменяет, - сама не знаю почему выпаливаю я.

- Я знаю, - просто и непринужденно отвечает Вадим, будто это ерунда или абсолютно очевидная вещь.

Я хмыкаю и беру свою чашку чая. Вдыхаю нежный аромат незнакомых трав.

- Почему не развелась сразу? – спрашивает он.

- Понадеялась, что все наладится, - пожимаю я плечами.

- Не наладится, - отрезает Вадим, и я с трудом сдерживаю порыв ярости. Как он смеет говорить такое? Он нас совсем не знает! Но это же я начала разговор на эту тему. И существует вероятность, что это как раз я совсем не знаю Антона, а вот Вадим явно в нем все успел разглядеть.

Мне тут же вспоминается странная приписка на обратной стороне путевки «Если что звони». Вряд ли дело в том, что я не в состоянии самостоятельно собрать вещи в поход.

- Почему ты так считаешь? – спрашиваю я.

- Все хуже, чем ты думаешь, - отвечает он и отворачивается к костру, чтобы приготовить горячий ужин. – Паста или рис?

- Я не голодна, - говорю я и ухожу в палатку, не дожидаясь момента, когда небо станет черным. С головой забираюсь в спальник и тихо всхлипываю. Все-таки мне до сих пор не все равно, что с нами будет. А вдруг Вадим ошибается? Вдруг я сама ошибаюсь, и мы вовсе не были так несчастны, как мне кажется сейчас. В конце концов, развестись можно всегда. А вот то, что разбито, уже не склеишь.

На палатку быстро опускается тьма, вдали слышится странный крик, и мое сердце сжимается от испуга. Я приподнимаюсь на локте, но совсем ничего не вижу. Нащупываю мобильник в кармане рюкзака, пристроенного к стенке палатки, и включаю фонарик. Сеть здесь, конечно, не ловит, а желудок урчит. Дневной перекус давно переварился, и без ужина мне будет трудно уснуть. А еще труднее в диком лесу в гордом одиночестве. Хорошо, что Вадим поставил всего одну палатку.

От последней мысли лицо обжигает румянцем. В палатке с другим мужчиной, почти незнакомцем, ночью и совсем одна…

Вдруг за тонкой тканевой стеной показывается движение и шум шагов. Молния резко ползет вверх и в тамбуре появляется Вадим.

- Рис или пасту? – настойчиво спрашивает он. – Вода скипела, пора готовить. Ночью проголодаешься, я не встану с тобой нянчится.

- А с чем? – севшим голосом спрашиваю я. Сердце в груди стучит с немыслимой скоростью. Понять бы от чего именно? От того, что я рада остаться наедине с этим обходительным красавцем, или от того, что мне страшно и стыдно делать это будучи замужней женщиной. Я даже представляю себя его жертвой, найденной по частям в лесу и с ужасом обнаруживаю, что больше всего меня пугают россказни людей о том, что нечего было без мужа куда-то там тащиться. Так ведут себя только женщины легкого поведения. Так мне и надо. За что боролась и так далее и так далее…

Я слишком много думаю о том, что подумают обо мне люди.

- Есть сосиски, свинина и индейка.

- Замороженные? – удивляюсь я. – На такой жаре?