Измена. Последняя просьба

Глава 7

Захар продолжается накачиваться спиртным.

- Выпьешь со мной? – предлагает, протягивая стакан.

- Хочу, чтобы ты покинул квартиру, - отвечаю, не принимая.

- Это моя квартира тоже, поняла? – тычет себя в грудь. – И я буду здесь столько, сколько потребуется.

- Это квартира моего отца, Захар, - напоминаю ему.

- Купленная в браке, а значит, - разводит руками в стороны.

- Ясно, - хмыкаю. – До гусаров тебе далеко.

- Юль, ну так что за козырь? Мне любопытно.

- Алфёров, - решаю не ходить вокруг да около, и вижу, как напрягаются жилы на шее Гущина. Я бы никогда не стала прибегать к такому, но меня вынуждают.

- Я его не боюсь, - фыркает Зар, но в воздухе витает его страх. Отлично помню момент, когда мы расстались, и Гущин обещал ему, что сделает всё для моего счастья. Как быстро он забыл льва, что чуть не откусил ему голову. Только бандит оказался куда благороднее некоторых. Его слово – закон даже для него самого.

- Так ему и передам.

- И как давно вы спите? – опрокидывает в себя очередной стакан. Кажется, у него сейчас план – надраться и вырубиться прямо в гостиной.

- На твоём месте я бы так не усердствовала, Захар. У тебя слабый желудок, а у меня белый ковёр.

- У нас, слышала, у нас!

Я знала, что нельзя упоминать при Гущине имя Вадима, но он не оставил мне выбора. Если думает, что заступиться некому, то у Захара короткая память.

- Как давно ты с ним спишь, твою ….

Звон стекла заставляет вздрогнуть, и вижу, как рядом с триптихом расплывается мокрое пятно от виски.

- Спала, - поправляю. – И тебе всё известно без меня. Это было давно.

- Не-е-е-ет, - блеет он. – Не ври мне. Ты общалась с ним все эти годы, да? А мне врала, что любишь только меня.

- Врала? – усмехаюсь. Как же легко вывести из себя мужика, который думает, что контролирует тебя полностью. – Себе врала, что люблю. Такая мразь не достойна любви.

Он тут же оказывается рядом, и я чувствую запах алкоголя, смотря в глаза напротив, когда сам Гущин упирается лбом в мой лоб.

- Только тронь меня, - предупреждаю, и он понимает, чем может закончиться наш разговор.

- Ты ему уже позвонила? – допытывает.

- Ты же не боишься, - отвечаю на это.

- Звонила? – кольцо из его пальцев на моём запястье больно сжимается.

- Нет ещё. Не хочу беспокоить человека попусту. Мы же взрослые люди, которые могут договориться сами, ведь так? И убери руку, теперь ты принадлежишь другой женщине.

Он раздувает ноздри, а меня тошнит от запаха и близости.

- Захар. Отойди от меня!

Подчиняется, и вижу в голове идёт какой-то мыслительный процесс.

- А ты молодец, - злая усмешка. – Думаешь, за яйца меня взяла? Думаешь, твой дружок что-то может мне сделать?

- Он не мой дружок. И повторюсь. Я не хочу войны. Мне нужна Аня. Захар, - запинаюсь на следующем слове, потому что тяжело его произносить, - пожалуйста, - выдавливаю, - не усложняй. Просто выполни мою просьбу.

- С.ука, - его бесит ситуация. – Ты обещала мне, Юля, ты, мать тв., обещала мне, что никогда я больше не услышу о нём!

- А ты обещал любить меня и в горе, и в радости. Сегодня у меня горе, если ты не заметил. Я провожала в последний путь дорогого мне человека. Но тебе было плевать на мои чувства, ты не нашёл ничего лучше, чем втаптывать меня в грязь прямо на похоронах отца.

- Я давно хотел уйти.

- И какая же цепь держала?

- Новоиспечённый покойник.

- Жду подробностей.

- Собрал на меня компромат, суч..ра, и держал, - хватает воздух рукой, сминая его в кулак.

- Осторожней со словами. О моём отце нельзя так говорить! – напоминаю ему. - Что за компромат?

Зар усмехается, качая головой и пальцем, и его волосы мокрые от выступившего пота. Рубашка тоже намокла, и он расстёгивает её, обнажая торс, но я не отвожу взгляда от его холёного лица.

- Он тебя слишком любил, - вижу, как развозит его.

- Ну хоть кто-то меня любил, - хмыкаю, убирая с платья несуществующие пылинки.

- Только он виноват в том, как тебе хреново! – алкоголь дал эффект на голос, это слышно в начинающемся растягивании слов. – В том, как я поступил.

- Удивительно, как ты переложил ответственность за свои измены на моего отца! – поднимаю брови, складывая руки на груди. Ну вообще, да, это талант так переводить стрелки.