Измена? Повод прокатиться!

Глава 7

Я вылезла из своей машины, прихватив сумку и телефон, и закрыла дверь. Снег сразу начал садиться на волосы, на плечи — липкий и холодный. Макс стоял рядом, все еще держа в руках коробку с коньками, и кивнул в сторону дальнего края парковки.

— Вон там моя, черная.

Я посмотрела туда, куда он указал — большой черный внедорожник, припаркованный у самого края. Явно не дешевый, чистый, несмотря на снег и слякоть на дорогах.

Мы пошли к машине, и я шла чуть позади него, все еще не до конца веря в то, что делаю. Что я вообще согласилась поехать с незнакомцем в неизвестном направлении. Мама бы сказала, что я сошла с ума, подруги бы закатили истерику. Андрей бы...

Стоп.

Какая разница, что сказал бы Андрей? Он сейчас в самолете с Викой, летит в Дубай. Ему плевать на меня.

Макс открыл машину с брелока, огни мигнули. Он распахнул переднюю дверь пассажирского сиденья и жестом пригласил меня сесть.

— Прошу, — сказал он с легким поклоном, явно пытаясь разрядить обстановку.

Я села, и салон встретил меня теплом — видимо, он приехал издалека, машина хорошо прогрелась и еще не успела остыть. Пахло какой-то хвойной отдушкой, не резкой, приятной. Чисто, кожаные сиденья, панель с кучей кнопок и экранов. У нас с Андреем была старенькая «Киа», которой уже лет десять.

Была.

Теперь у меня — которая не заводится.

Макс закинул коробку с коньками на заднее сиденье, обошел машину и сел за руль. Захлопнул дверь, и внезапно стало очень тихо — только негромкое гудение печки и наше дыхание.

Он повернул ключ, двигатель ожил с низким уверенным рокотом. Тепло сразу пошло из дефлекторов, обдавая лицо, и я непроизвольно зажмурилась — так хорошо было после холода.

— Замерзли? — спросил он, регулируя температуру.

— Немного, — призналась я, натягивая шапку ниже на уши.

Он прибавил обогрев и включил подогрев сидений. Тепло начало разливаться по спине, по бедрам, и я выдохнула с облегчением.

— Сейчас согреетесь, — сказал он, выруливая с парковки. — Моя сестра живет минут в двадцати отсюда, частный дом.

Я кивнула, глядя в окно. Мы выехали на дорогу, фонари замелькали за стеклом. Снег все еще валил, дворники работали в усиленном режиме, счищая хлопья с лобового стекла.

Молчание затянулось — не неприятное, но какое-то напряженное. Я чувствовала, что он хочет что-то сказать, но не знает, с чего начать. А я не знала, что говорить вообще.

Наконец он включил радио, из динамиков полилась музыка — новогодняя песня, конечно же, что-то про елочку и снежинки.

Я поморщилась.

Макс заметил.

— Что-то не то? — спросил он, бросив на меня быстрый взгляд.

— Можно без новогодних? — попросила я тихо. — У меня на них теперь аллергия.

Он усмехнулся и переключил станцию, потом еще одну, третью. Везде новогодние песни. Он выругался негромко и подключил телефон через Bluetooth.

— Выбирайте сами, — сказал он, протягивая мне телефон.

Я взяла его, разблокировала экран — пароля не было — и открыла плейлисты. Пролистала: рок, альтернатива, инди. Неплохой вкус.

Я выбрала что-то нейтральное — The Killers, «Mr. Brightside». Гитара зазвучала из колонок громко, но не оглушительно.

— Хороший выбор, — кивнул он одобрительно. — Люблю эту песню.

Мы ехали дальше, город остался позади, начались пригороды — редкие дома, заборы, огни в окнах. Везде праздник, везде семьи собрались, столы накрыли, ждут полуночи.

Я смотрела в окно и думала о том, что должна была сейчас быть дома с Андреем, встречать Новый год, наш десятый совместный Новый год.

А вместо этого я еду с незнакомым мужчиной к его сестре.

Жизнь — странная штука.

— Можно вопрос? — нарушил молчание Макс.

Я напряглась.

— Смотря какой.

— Вы правда хотели купить коньки на шесть размеров больше? — он улыбнулся краем губ. — Или просто хотели что-то сделать? Что угодно, лишь бы не сидеть дома?

Я молчала, горло сдавило.

— Второе, — призналась я наконец. — Мне не нужны были коньки. Мне нужно было... не знаю. Сбежать, наверное.

Он кивнул, не отрывая взгляда от дороги:

— Понятно.

Мы помолчали еще немного, песня закончилась, началась следующая — Arctic Monkeys.

— А вы? — не выдержала я. — Почему вы были в магазине?

— Заехал купить коньки, — пожал он плечами. — Я же к сестре и собирался, а они точно потащат меня на площадь.

— Значит, я едва не лишила вас семейного праздника.

— Скорее, едва не спасли от него, — усмехнулся Макс.

Я попыталась улыбнуться.

Мы свернули с главной дороги на узкую улочку, дома стали ближе друг к другу, заборы выше. Частный сектор — старые деревья, припорошенные снегом, тянулись над дорогой, образуя что-то вроде тоннеля.

— Почти приехали, — сказал Макс. — Приготовьтесь, там будет шумно.

— Шумно? — переспросила я.

— Говорил, у сестры трое детей, — он усмехнулся. — Девочка восьми лет и два мальчишки, пяти и трех. Плюс муж, плюс бабушка с дедушкой, плюс я. А теперь еще и вы. Дом небольшой, так что тесно будет.

Я почувствовала, как тревога начала подниматься где-то в животе.

— Может, не надо? — выпалила я. — Я не хочу мешать. Я могу просто... посидеть в машине или в кафе каком-нибудь.

Он посмотрел на меня, нахмурившись.

— В кафе? В новогоднюю ночь? Лиза, все закрыто. И в машине вы замерзнете. — Он помолчал, потом добавил мягче: — Послушайте, я понимаю, что вам неловко. Вы меня не знаете, я вас не знаю. Но моя сестра — нормальный человек, она не будет задавать лишних вопросов, если вы не захотите отвечать. Просто побудьте с людьми, это лучше, чем сидеть одной. Поверьте.

Я смотрела на него и думала, что он прав, чертовски прав. Сидеть одной — это последнее, чего я хотела.

— Хорошо, — сказала я тихо. — Спасибо.

Он улыбнулся.

— Не за что.

Мы свернули еще раз и остановились перед высоким деревянным забором. За ним виднелся двухэтажный дом, светящийся всеми окнами. Гирлянды мигали на крыльце, из окон лился теплый желтый свет. Слышна была музыка даже через закрытые окна машины. Лился детский смех.