Измена? Повод прокатиться!

Глава 12

Мы вернулись к столу, и я снова села на свое место рядом с Максом. Бабушка Вера тут же подвинула ко мне тарелку с тортом — огромный кусок, политый шоколадной глазурью, с кремовыми розочками.

— Ешь, милая, — сказала она. — Сладкое помогает от грусти.

Я взяла вилку и попробовала. Торт был домашним, влажным, с прослойкой из вишневого джема. Вкусно, очень вкусно.

— Мамуль, ты как всегда превзошла себя, — Макс уже уплетал свой кусок. — Лучший торт в мире.

— Ой, Максимка, льстец ты, — засмеялась бабушка, но было видно, что ей приятно.

Дети тоже получили по куску торта и теперь сидели, измазавшись кремом по самые уши. Маша пыталась есть аккуратно, но у нее все равно шоколад размазался по щеке. Мальчишки вообще не церемонились — Ваня, самый младший, ел руками, размазывая крем по всему лицу и столу.

Оля вытирала его салфеткой, приговаривая:

— Ванюша, ну сколько можно! Ложкой ешь, ложкой!

— Не хочу ложкой! — заявил Ваня и снова запустил руку в тарелку.

Все засмеялись.

Я смотрела на этот хаос и улыбалась по-настоящему, впервые за весь этот ужасный день.

Когда торт был съеден, а дети начали снова носиться по комнате, дедушка Володя посмотрел на часы и громко объявил:

— Так, народ! Половина десятого! Если мы хотим успеть на каток до полуночи, пора собираться!

— На каток?! — завизжала Маша. — Мы на каток?!

— Да, на каток, — подтвердила Оля. — Как каждый год. Дети, одеваемся!

Маша и Артем побежали к выходу, крича от восторга. Ваня попытался побежать за ними, но споткнулся о собственные ноги и упал, заревел. Денис подхватил его и поднял на руки.

— Ну что ты, медвежонок, — засмеялся он. — Не плачь, пошли одеваться, на каток поедем.

Оля обернулась ко мне:

— Лиза, ты с нами, да? Коньки есть, размер подберем. У меня несколько пар, я постоянно катаюсь.

Я замялась.

— Я... я не умею кататься. Вообще. Ни разу не стояла на коньках.

— И что? — Оля пожала плечами. — Научим! Макс мастер, он тебя за пять минут на них поставит. Правда, Макс?

Макс кивнул.

— Легко. Главное, не бояться падать.

— Я как раз боюсь падать, — призналась я.

— Ничего, я буду рядом, — он улыбнулся. — Не дам упасть.

От этих слов что-то теплое разлилось в груди, и я кивнула.

— Хорошо. Попробую.

— Вот и отлично! — Оля вскочила. — Пошли, подберем тебе коньки. У меня в кладовке целый арсенал.

Она потащила меня в коридор, потом по лестнице на второй этаж. Дом изнутри был уютным — деревянные полы, ковры, на стенах фотографии и детские рисунки. Пахло деревом и чем-то сладким, наверное, от ароматических свечей.

Оля открыла дверь в небольшую комнату, заставленную коробками, лыжами, санками и прочим спортивным инвентарем.

— Вот, — она начала рыться в коробках. — Где-то тут были... Ага, вот!

Она вытащила коробку с коньками и открыла.

— Какой у тебя размер?

— Тридцать седьмой.

— О, идеально! — Оля достала белые фигурные коньки. — Это мои старые, но они в отличном состоянии. Я в них давно не каталась, перешла на хоккейные. Примерь.

Я взяла коньки — они были легкими, с мягкой внутренней частью. Красивые.

— Спасибо, — сказала я. — Вы очень добры.

Оля махнула рукой.

— Да брось. Мы же теперь почти родственники.

Я моргнула.

— Что?

— Ну, ты с Максом, — она подмигнула. — Я вижу, как он на тебя смотрит.

Я покраснела.

— Мы не... мы только познакомились сегодня.

— И что? — Оля села на коробку и посмотрела на меня серьезно. — Лиза, я не знаю, что у тебя случилось. Но я вижу, что тебе плохо. И я вижу, что Макс хочет помочь. Он хороший, очень хороший. И он одинок уже три года, с тех пор как расстался с предыдущей девушкой.

Я слушала, не зная, что сказать.

— Он не из тех, кто приводит домой первую встречную, — продолжила Оля. — Если он привез тебя сюда, значит, ты ему не безразлична. Просто... дай ему шанс. И себе дай шанс.

Я сглотнула.

— Я не знаю, готова ли я. У меня все так сложно.

— А у кого просто? — Оля встала и положила руку мне на плечо. — Жизнь — это всегда сложно. Но иногда надо просто довериться и посмотреть, что будет.

Она сжала мое плечо и улыбнулась.

— А теперь пошли вниз. Надо собираться, а то дети уже наизнанку вывернутся от нетерпения.

Мы спустились вниз, в прихожей уже стоял полный хаос. Дети одевались, путаясь в куртках и шарфах. Бабушка с дедушкой тоже собирались.

— Мамуль, ты точно поедешь? — спросил Макс, помогая дедушке натянуть валенки.

— Конечно! — бабушка повязывала платок. — Я каждый год катаюсь! Или ты думаешь, я старая?

— Нет-нет, — засмеялся Макс. — Ты самая молодая из нас.

— Вот именно!

Денис нес к машине огромную сумку с термосами.

— Оль, ты точно весь чай из дома забрала? — крикнул он.

— Не весь, только три термоса! — откликнулась Оля. — И взяла печенье. И бутерброды. Мало ли, проголодаемся.

Я стояла в сторонке, держа коньки Оли, и смотрела на всю эту суматоху. Это было безумие — веселое, теплое безумие.

Макс подошел ко мне, уже одетый в куртку и шапку.

— Готовы к приключениям? — спросил он с улыбкой.

— Не уверена, — призналась я. — Но пойду.

— Вот и правильно.

Он помог мне надеть куртку, и мы вышли на улицу. Снег все еще падал, но не так сильно. Во дворе стояли две машины — внедорожник Макса и минивэн Дениса.

Детей и бабушку с дедушкой загрузили в минивэн, Оля села за руль.

— Макс, вы с Лизой езжайте на своей, — крикнула она. — Мы там встретимся!

Макс кивнул, и мы сели в его машину. Он завел двигатель, включил печку и музыку — из колонок полилась спокойная мелодия, что-то инди, приятное.

Мы выехали со двора следом за минивэном.

— Каток в центре района, — сказал Макс. — Минут десять езды. Там всегда много народу в Новый год, но весело.

— А вы каждый год туда ездите? — спросила я.