Измена. Право на истинную

Глава 8. Да как ты смеешь...

Ивар зовет меня. Замираю. В его зове я улавливаю что-то черное и холодное. Отмахиваюсь от платка, который мне протягивает Гриза, и он сердито поджимает губы. Хочу проигнорировать мужа, потому что он меня обидел, но имею ли я право сейчас на капризы?

— Господин вас зовет, — шепчет Гриза.

— Я знаю, — раздраженно отвечаю я ей.

Я не могу понять, почему младшая чародейка меня так бесит. Я к ней всегда хорошо относилась и даже восхищалась ее даром. Например, свечи, которые она заговаривает, могут гореть разноцветными огоньками.

— Может, носик припудрите, миледи? — говорит Гриза, когда я встаю с кровати и шагаю к двери.

Я оглядываюсь.

— Нет, спасибо.

Мило улыбается, и я чую в ее вежливости подвох и лицемерие, которого раньше не видела.

— Гриза, у тебя дел нет?

Вышло слишком грубо. Я в подобном тоне никогда и никем не говорю. Торопливо покидаю комнату. Гриза ведь не виновата в том, что Ивар сорвался на мне. Вхожу в гостину и буквально задыхаюсь от миазмов животной ярости и человеческого гнева, что исходят от Ивара. А вот Вестар расслаблен. Только глаза у него с подозрительной поволокой.

— Сядь, Илина, — шипит Ивар, а его брат хлопает по софе.

— Иди сюда.

Я все же доверюсь мужу и его агрессии, поэтому сажусь в кресло. Что это за шнурок такой, если Ивар готов любой момент наброситься на брата?

— Ивар…

— У меня связь с младшей чаровницей Гризой, — переводит на меня тяжелый взгляд.

— Вот так номер, — охает Вестар.

— Что? — не чувствую рук.

— Вчера ты вернулась и застала меня с ней, — Ивар не опускает взора и не моргает. — После попыталась сбежать, и мне пришлось прибегнуть к помощи одного артефакта. Кристалл Забвения, Илина.

— Я… что? — голос у меня сиплый и подрагивает. — Это шутка такая?

— Видишь ли, я наивно полагал, что чародей, который создал этот артефакт, мне верен, однако… — недобро ухмыляется, — он еще и с моим братом ведет дела. И Вестар тут лишь для одной цели. Он явился меня шантажировать, а я к шантажу отношусь отрицательно.

Мысли слипаются в черный склизкий комок. Он не шутит и говорит правду. Пустья не помню его в объятиях Гризы и свой побег, но мне знакомо это чувство беспомощности перед супругом.

— Мой волк со всеми потрохами твой, Илина, но…

— Не мужское сердце, — ухмыляется Вестар.

— Замолчи… — шепчу я. — Милостивая Луна…

— Что же, — Вестар встает, небрежно подхватывает шубу и перекидывает ее через руку. — Ты свой выбор сделал, братец. Камушек на пути к Жрецам, — разворачивается в мою сторону, награждает легким поклоном и улыбается, — миледи.

Вальяжно и неторопливо выходит, а я уже и ног не чувствую. Я как кусок желе на кресле, и кажется, что я сейчас растекусь склизкой лужей на ковер.

А еще меня шокирует тот факт, что Вестар пришел к нам с тем, что знал о происходящем и попытался вывернуть ситуацию в своих интересах. Я бы приняла от него попытку скрыть от меня измену брата, помочь ему в таком отвратительном вопросе с загадочным артефактом из-за семейной солидарности, но не шантаж.

Я не знаю, что он потребовал от Ивара, но раз мой муж вызвал меня и при нем открыто сознался, то, вероятно, интересы гостя касаются меня. Как же мерзко.

— Почему… — никак не получается выровнять сердцебиение и голос. — Я же… Почему?

— У нас уже был этот разговор, — Ивар устало вздыхает. — Повторять я не буду.

— Как долго?

— Еще до встречи с тобой у нас уже были отношения, — откидывается назад и смотрит в сторону на окно, сквозь которые льется солнечный свет.

— Так долго? — едва слышно отвечаю я. — И все это время… Она всегда была рядом…

— Ей тоже было нелегко, Или, — хмыкает, — но она приняла ситуацию. Возможно, и тебе стоит?

— Что?

— Камень сам по себе жрецам ничего не даст, — вновь смотрит на меня. — Разобьют они его, вернут осколки памяти…

— К чему ты ведешь? — сжимаю кулаки.

Я все это время жила в иллюзии любви и счастья. Восторгалась талантами Гризы, была с ней приветливой и дружелюбной, а за ее улыбками она скрывала связь с моим мужем. Как можно быть такой пронырливой и хитрой гадиной?

— К тому, что ты должна оставить все как есть, — Ивар холодно улыбается. — Интрижки на стороне случаются, и Вестар сейчас делает ставку на твою гордость и глупую и наивную порывистость.

— Да как ты смеешь предлагать мне… — замолкаю на несколько секунд и продолжаю, — смириться с тем, что у тебя любовь с Гризой?

— И тем не менее ты в выигрышном положении, — Ивар смеется. — Разве нет? Ты моя жена, ты повысила свой социальный статус, — ухмыляется и едко добавляет, — Ты теперь леди. Мать Луна и мой зверь решили, что ты будешь со мной, Илина.

— Тогда они ошиблись… — цежу сквозь зубы. — Если ради истинной ты не готов был отказаться от других женщин…

— О, милая, если я начну отказываться от всего, что не по нраву моему зверю, то место мне в дикой стае, — рычит на меня, и ноздри у него раздуваются от гнева, — в грязи, блохах и прочем дерьме. Ты рядом со мной лишь потому, что без тебя он взбесится. Я понятия не имею, почему именно тебя выбрали! Тебе сарай в лесу подавай, мышей на ужин и бусы из зубов, а большее тебя не волнует. Да! У меня есть любовница, и она осталась рядом даже тогда, когда я привез тебя сюда босую! А тебя волнуешь только ты!

— Я не буду жить во лжи! — вскакиваю на ноги. — Как ты мог после нее со мной в постель лечь и… Милостивая Луна… Ты и я… — у меня губы дрожат от отвращения и осознания того, что Ивар взял меня после Гризы.

— О, милая, — зло смеется. — Разве я мог отказать любимой девочке зверя в ласке и близости да еще и с перспективой увидеть милых волчат?

Встает. Один бесшумный шаг:

— Я попытался все сделать безболезненно для тебя, Или. Решить проблему, но я как-то упустил из внимания, что мой брат может все испортить. Видимо, у него тут есть глаза и уши, что меня расстраивает куда больше, чем твои слезы. Знаешь, ситуация выворачивается большими проблемами. И я предлагаю тебе быть не деревенской дурочкой, а здравомыслящей леди. Реальная жизнь очень далека от мира с розовыми единорогами.