Измена. Предателей прощать нельзя!

Глава 11

— Как твой сегодняшний сеанс? — муж вошёл в гостиную и задержался на пороге, будто оценивал обстановку.

Я сидела на большом диване, обложившись подушками, и упорно продолжала вязать, время от времени бросая взгляд на экран.

— Нормально. Шатров уехал?

— Только что, — кивнул супруг. — Спасибо, что взяла на себя труд развлечь его до моего приезда.

Развлечь… Вот уж на что я годилась меньше всего, особенно во всём, что касалось Шатрова. Зато ничуть не пожалела о своей инициативе — невзирая на нашу застарелую обоюдную неприязнь. Благодаря ему мне удалось разжиться кое-какими крохами потенциально полезной информации.

Информации, которая не принесла мне ожидаемой ясности и определённости, а скорее подогрела мою паранойю. И всё-таки это пусть и косвенное, всё же свидетельство. Пока я его приберегу, но кто знает, какую роль оно могло сыграть позже.

— Я его не развлекала, — я за нитку подтянула клубок пряжи поближе к себе. — Я с ним пообщалась.

— Да, я понял, — не стал спорить супруг. — За это и благодарен. Он, кстати, справлялся о твоём самочувствии. Так что он не такой уж и невыносимый человек.

Круглов пытался шутить, стремился хоть как-то растопить между нами лёд Но он не тем топил. Тут помогла бы честность, а не вот эти заискивания с непонятной мне целью.

— Я никогда и не утверждала, что он невыносим. Просто он мне неприятен.

— Ладно, наверное, мне стоит утешиться тем, что это взаимно, — пробормотал муж, добрёл до моего дивана и присел на край. — Слушай, я хотел кое о чём с тобой поговорить.

Я поневоле насторожилась, но виду, конечно, не подала. Продолжала вязать.

— Слушаю.

Алексей приступил к объяснению не раньше, чем откинул край моего пледа, подсел ближе и, подняв мои пока ещё немощные ноги, осторожно положил их себе на колени.

Я застыла, таращась на него во все глаза.

— Ты... что делаешь?

— А что? — изобразил удивление он. — Хочу внести свою скромную лепту в процесс твоего восстановления.

Но по моим глазам, очевидно, понял, что я сейчас ни его прежних нежностей, ни его шуток не принимаю.

— Лин, — он тут же посерьёзнел. — Помнишь, как… как до аварии ты любила массаж? Я же часто ступни тебе массировал. Мне кажется, сейчас это очень даже кстати. Ты же снова можешь чувствовать…

— Ощущения совершенно не те.

— Но это пока! Естественно, что не те. Ты же в процессе. Но мне кажется, массаж не повредит, а только поможет.

Я продолжала смотреть на него с подозрением.

— И у тебя по работе сейчас ничего не горит?

В последние месяцы, едва вернувшись из офиса, муж едва ли не сразу уходил в свой кабинет, где торчал почти до самого ужина.

— Ничего такого что не могло бы подождать, — отозвался он, разминая мои ступни.

Оказалось, мне сложновато сосредоточиться на разговоре, когда он занят моими ногами. И дело даже не в том, что его прикосновения будили какие-то давно забытые приятные ощущения. Просто я заново училась слышать и чувствовать своё тело, его нижнюю часть. Приноравливалась и приспосабливалась к этим ощущениям.

— Ладно, — выдохнула я, отвечая сразу и мужу, и себе.

Я дала мысленное добро своему телу на то, чтобы расслабиться и действительно получить пользу и удовольствие от того, что мне предлагалось.

Круглов прав — массаж действовал замечательно. Хотя мне уже порекомендовали в ближайшее время таки подыскать умелого массажиста. Я собиралась поговорить об этом с мужем, но личные переживания в который раз меня отвлекли.

— О чём ты хотел с мной поговорить? — спросила я, отложив наконец вязание и откинувшись на подушки.

— А... да. Точно, — пробормотал муж. — Хотел о новогодних праздниках с тобой поговорить.

Моё сердце пропустило удар.

Неужели эта шельма Шатров что-то ему рассказал?

— А разве есть о чём говорить? — с напускной ленцой поинтересовалась я. — Мы вроде бы всё это ещё в начале ноября обсудили. Ты отправишься на корпоратив, потом… ты вроде бы собирался на какое-то важное мероприятие к партнёрам заскочить. Потом вернёшься домой. Вероятно, уже первого января.

Я взглянула на мужа из-под ресниц, следя за его реакцией. Сейчас он выглядел то ли сосредоточенным, то ли задумчивым.

— Верно. Но последние события не могли не внести коррективы.

Действительно. Не могли не внести.

Я терпеливо молчала, когда же он соизволит раскрыть мне природу этих корректив.

— Я подумал, возможно, ты пересмотришь своё прежнее решение и отправишься на корпоратив со мной?

Мои глаза распахнулись во всю ширь.

— Круглов, я всё равно вынуждена буду приехать туда на коляске. Я… я не хочу этих жалостливых взглядов. Ведь я тебе уже объясняла!

— Но теперь-то мы знаем, что коляска — временное подспорье, — возразил с горячностью муж. — Рано или поздно ты от неё избавишься. А так... мы появимся вместе и положим конец всяким дурацким слухам.