Измена. Прощай, неудачник

Глава 1

— Хочу клубнику! Ваня! И шампанское хочу! — загорелые тонкие руки обвивают шею моего мужа.

— Не дозрела она еще, рано, — довольно улыбается он и встает в полный рост на дне каркасного бассейна. — Ты же видела сама, — кивает на ряды грядок за домом, где я даже отсюда вижу лишь редкие вкрапления розового под листиками, но в основном еще зелено.

Не дозрела еще клубника.

А вот я дозрела! И лучше им не знать до чего!

С моей высоты обзор, конечно, мне открывается что надо, вот только ящик под ногами опасно поскрипывает, как бы мне не сверзиться отсюда с грохотом. Сломать шею сейчас было бы слишком шикарным подарком этой «сладкой» парочке.

— Купи! — мокрая девица повисает на Ваниных плечах, и я вижу всплывший голый зад. — Купи, купи, купи! — плещет, как ребенок ногами.

Ах они подлецы! Голышом, значит, в бассейне отрываются! Мерзость развратная!

Вот для чего муж этот бассейн заказал месяц назад и сам же его отвез на дачу, чтобы с этой русалкой недоделанной купаться, пока я в городе пашу на двух работах. На отпуск нам пытаюсь заработать в поте лица.

Скотина!

Ящик громко хрустит, и я крепче вцепляюсь в край забора от испуга. Но благо в бассейне так шумно из-за плеска воды, что меня никто не замечает. И тем более не видит, спасибо кусту жимолости, растущей рядом.

А вот я вижу все прекрасно!

— Ладно, куплю! — засасывает ее в довольном поцелуе мой почти уже бывший муж, а мои ногти с громким скрежетом царапают ребристый профнастил забора. — И взбитые сливки! — добавляет, чмокая ее сладко и гадко.

— Да! Хочу сливки! Обмажешь меня всю!

— Обмажу и оближу!

Тварь. Тварь. Тварь!

Вот я вас обоих сейчас обмажу, но это точно будут не сливки!

Изменник со своей куклой опять сосутся, а я скриплю зубами, в голове несутся мысли быстрей сапсана, как теперь лучше поступить, сразу ворваться и утопить их в этом же бассейне или подождать, пока Ваня уедет за шампанским, и устроить ему сюрприз к возвращению.

Сотня недобрых сценариев рождается в моей голове, и там нет ни одного, где этот «членистоногий» остается целым и невредимым.

Я делаю неаккуратный шажочек назад, и моя нога соскакивает с края ящика, громкий хруст и треск и я повисаю на краю забора на одних пальцах. Ай, как больно! Край металла впивается в кожу, я вот-вот упаду. Ногу царапает сломанный кусок доски.

Напрягаюсь в последний раз, подтягиваюсь, выглядываю из-за края, чтобы увидеть, заметили меня или нет.

Но, к моему удивлению, в бассейне торчит только девица, облокотившись плечами на бортик, она загорает на поверхности воды, и я вижу слишком много физических подробностей, чтобы остались хоть малейшие сомнения.

Мой муж мне изменяет. Давно и самым наглым образом.

А я-то думала, он у меня вот такой вот дачник любитель, еще молодой, но просто большой фанат загородного отдыха.

Не дачи он фанат, а вот этой вот голозадой особы!

Свободы от меня, которая подавалась мне как увлечение ремонтом дачного домика, что мы купили прошлой осенью.

Осень, зиму и даже весну он мотался сюда по несколько раз в месяц. То пол надо было отремонтировать, то веранду утеплить, то крыша протекала.

Мне еще было странно, домик-то при покупке выглядел прилично, не рассыпался от одного взгляда, откуда столько поломок. Но я очень легко себе это объясняла, что это просто воплощение мужской мечты. Предназначения — построить дом, посадить дерево и родить сына.

Но Ваня не только ремонтировал дом и сажал деревья в саду, чем тоже уверенно отмазывался, но и засаживал одной миниатюрной шатенке по самые помидоры. И совсем не те, что должны были расти в парниках.

Он еще и рассаду же сюда возил, паразит, чем окончательно убедил меня, что в тридцать лет бывают и такие мужские увлечения. Чем бы «дитя» не тешилось, лишь бы не руками!

«Ты не понимаешь, — говорил он мне, — вырастить что-то своими руками — это невероятное чувство!»

Невероятное чувство, это приехать из города на такси, чтобы убедиться, что муж не погиб, упав с трехметровой лестницы, и потому не отвечает на телефон, и увидеть, что он чпокается с любовницей!

Отдыхает с ней как на курорте!

Бассейн обновляет, который мне сам расхваливал вечерами после работы, заставлял мечтать, как мы будем в отпуске вместе с ним купаться в летний зной, а потом сидеть в тенистой беседке вечером и жарить шашлыки!

Урод!

С окончательно падаю на траву, а от ящика остаются только покорёженные обломки. Как и от моего разбитого сердца, которое только что буквально на ошметки разметало от увиденного.

По ободранной щиколотке течет струйка крови, а по моей щеке скупая слеза. Я сжимаю губы и вытираю лицо. Не дождется!

Пусть мне больно внутри, будто меня освежевали живьем, но рыдать и корчиться я не намерена. Встаю на ноги, опираясь на забор, и отряхиваю летнее цветастое платье.

Хорошо, что наш участок крайний и позади меня только негустой лесок, что отделяет дачный поселок от дороги. Никто не видит мои акробатические номера и шпионские игры.