Измена. Путь к любви

Глава 8. Глеб

Когда Глеб услышал просьбу Таи «Гони», он тут же сорвался с места. Глеб не боялся погони, её родители предупреждены, до встречи Нового года оставалось полтора часа. Они всё успеют. У него сразу созрел план увезти её в дом на берегу водохранилища, там их точно не найдут. Хотелось сейчас спрятать малышку, узнать, что же скрывается в серо-зеленых глазах Таисии Новиковой. Нежная, обворожительная, робкая красавица. И огонь в ней есть. В нем проснулся инстинкт охотника.

Ему очень понравилась её решительность. Уехать с ним, по сути, незнакомым мужчиной старше её, опытнее, ослушаться родителей. Это заводило, разжигало интерес, пробуждало страсть.

Глебу двадцать девять лет, серьёзных отношений после Вики у него не было. Про любовь вообще речи не было. Любовь – это слабость. А в бизнесе нельзя быть слабым.

У него были девушки, однодневные, на одну ночь, некоторые задерживались на пару месяцев. Если они начинали предъявлять претензии и требовать большего, он, не раздумывая, расставался с ними. А сейчас перед Новым годом аврал, не до встреч и свиданий. Работа на первом месте, бизнес расширяется. Мать пока не наседает, только интересуется, есть ли у него подруга, достаточно ли он отдыхает. Но ей до Глеба нет дела, она вся в романах, устраивает свою личную жизнь. Звонит раз в две недели, когда маме что-то нужно.

Отец его матери до сих пор платит содержание. Да, Глеб рождён вне брака. У его родителей была связь длиной в пять лет. До недавних пор Глеб не знал, кто его отец. Его это абсолютно не беспокоило. Он получал дорогие подарки, они с матерью никогда не нуждались. И его мама Наталья Викторовна уже двадцать лет нигде не работает. Но свой бизнес Глеб построил сам, с нуля. Без помощи богатого папочки.

После того, как узнал правду о предательстве Вики, он закрыл тему семьи и брака. За неделю отпуска прошёлся ураганом по злачным местам, насытился женской лаской и вниманием. Не «стерся», как шутила мама по утрам на кухне, а после уехал вновь служить.

Письма, что присылала Вика, сжигал, не читая. Гордость, конечно, точила. Но он старался не думать. Колечко, которое он ей купил, в итоге выкинул в водоём.

Его утром нашла Катя или Маша, хотела получить в подарок, но Глеб был слишком груб и жёстко пресёк попытки примерить колечко.

Иногда мать в редких телефонных звонках упоминала Вику, что та приходила в гости, плакала, просила простить и прочитать её письма. Глеб сказал матери, чтоб та Вике передала, что он всё забыл, и её и их планы. Пусть живёт и не печалится. Он забыл. Маме очень нравилась Вика, они нашли с ней общий язык. Казалось бы, Вика из обычной небогатой семьи, но Глеб её по-настоящему и преданно любил. Но время стирает все воспоминания, семь лет прошло.

Сейчас, сидя за рулём своего чёрного резвого «гепарда», Глеб мимолетно бросает взгляд на сидящую рядом красивую молодую девушку. Тая молчит, смотрит в окно. Перебирает в руках телефон. Хотя он выключен, но, видимо, она всё же переживает. Она сбежала от родителей в новогоднюю ночь. Видимо, Тая впервые будет встречать его без родителей.

– Ты переживаешь, малышка? Давай вернёмся? – Глеб сбавляет скорость и паркуется у обочины.

– Нет, Глеб, – она видит, что машина останавливается, немного волнуется, закусывает губу. Глебу вновь нестерпимо хочется попробовать её губы на вкус. – Поезжай и только вперёд, – робкая улыбка. – Будет скандал, когда я вернусь, и я, возможно, своей выходкой испортила многим встречу Нового года. Маме уж точно. Хотя она умеет усмирять папу.

– Твой отец умный мужчина. Николай Романович справится. Сейчас пройдёт первый порыв. Он, безусловно, волнуется за свою дочь. Но ты в безопасности, он знает, кто я, мою фамилию и даже название фирмы. Возможно, сейчас он даёт указания своей СБ собрать на меня досье, – Глеб смеётся так заразительно и легко.

– Папа может, – Тая прячется за своими ладонями, – мне так стыдно.

– Малышка, нет повода стыдиться. Я всё понимаю. Но твоему отцу не стоит так паниковать. – Глеб поворачивается к Тае, берет её ладони в свои руки, они холодные, он гладит их, пытается согреть, подносит к губам и дует теплом. – Ты замёрзла?

– Это нервы. Но мне с тобой совсем не холодно, – взгляд глаза в глаза, – мне жарко, – шепчет она. Румянец на щеках, его не видно в темноте салона, но фонарь и свет фар от проезжающих машин даёт Глебу возможность рассмотреть её.

– Если хочешь, давай я позвоню ему и всё расскажу.

– О чем вы с ним разговаривали? - выпаливает Тая и отводит глаза в сторону.

– У нас состоялся мужской разговор. Не переживай малышка.

– Почему ты называешь меня малышкой? – серьёзный воробушек вновь хмурится. – Мне двадцать два года.

– Уф-ф-ф, – смеётся Глеб. – Я рад, честно. – Они улыбаются друг другу. – Когда мы танцевали, я надеялся, что тебе уже есть восемнадцать. А то, знаешь, за растление есть статья в УК.

Тая перестаёт улыбаться.

– Затем нас прервали, чья-то мужская рука, я уж подумал, что это твой муж. Стало неудобно.

– Нет, я не замужем и никогда не была. И парня у меня нет, – выпалила Тая и зажмурилась от понимания, какую сейчас выболтала правду.

– Я тут же посмотрел на твою правую руку, – он замолчал, анализируя только что услышанную правду. – Открой глаза, малышка, что ты?