Измена. Решил избавиться от меня, предатель?

Глава 6

Когда Виктор открыл дверь, за окнами уже было темно. Свет, льющийся из коридора, выхватил его силуэт — сутулый, напряжённый. В руках — бутылка дорогого вина, коробка макарунов, которые Валерия очень любила, и кое-что еще — дорогое украшение, которое Виктор выбрал, скрепя зубами. Он не был уверен в том, что ему вообще стоит тратить большие деньги, потому что это вряд ли сможет купить ему прощение. Избалованную Валерию вообще сложно было чем-то удивить, в отличии от Алины, которая была рада и простенькому колечку.

Виктор понимал безнадежность затеи, но не мог не использовать все шансы как-то исправить ситуацию. Присесть рядом. Поговорить. Обнять. Убедить.

На лице у него застыло тщательно отрепетированное выражение раскаяния.

— Валерия? — позвал он.

Ответом была тишина. Потом — приглушённое шуршание.

На полу валялись обрывки фотографий. Некоторые из них были измяты, на других — виднелись отпечатки каблуков.

Виктор подошёл ближе. На полу, прислонившись к стене, сидела его жена.

— Послушай… — тихо сказал он, присаживаясь на корточки. — Я совершил ужасную ошибку. Я поступил ужасно, но... Давай поговорим.

Она даже не повернула головы. Только усмехнулась — горько, устало.

Виктор попытался сесть рядом, но она отодвинулась.

— Ты можешь врать сколько хочешь, но мне больше не интересно, — отрезала она ледяным тоном. — Всё кончено, Виктор. Это конец.

Он замер. Его нижняя челюсть нервно дёрнулась.

— Уходи, — медленно, отчеканивая каждое слово, произнесла Валерия. — Прямо сейчас. Из этого номера. Из моей жизни.

Она смотрела прямо на него — глаза красные от слёз, но в них появилась сталь. Боль отступила, оставив после себя непоколебимую решимость.

— Ты не в себе, — сказал Виктор, пытаясь сохранить самообладание. — Я никуда не уйду. Нам надо поговорить. Мы женаты, Валерия. Это не повод всё ломать.

— Ты не понял? — возмутилась Валерия. — Я не хочу с тобой больше ни секунды находиться в одном помещении! Ни одной! Секунды!

Он протянул к ней руку — но она отпрянула, как от ожога.

— Ты не уйдёшь? — переспросила она. — Хорошо. Тогда уйду я.

Она поднялась на ноги, покачнулась. Схватила телефон.

— Ты ведёшь себя как истеричка! — взорвался Виктор. — Куда ты сейчас пойдёшь, а? Это чужой город. Ночь на дворе!

— Это ты мне чужой, а не город. Я вызову такси.

Он подошёл ближе, хотел схватить её за руку, удержать — но она резко выпрямилась и, глядя ему в лицо, процедила:

— Если ты меня коснёшься — я закричу.

Он замер.

— Всё, Виктор. Смирись — это конец!

Валерия включила экран — пальцы дрожали.

— Чёрт, где этот Wi-Fi… — она пошла к балкону, резко открыла стеклянную дверь. Жар ударил в лицо, ветер растрепал волосы. Где-то совсем рядом зашумело море.

Там, внизу — горячая ночь южного побережья. А у нее леденящая дрожь внутри.

— Ты не в состоянии… Отдай его мне!

Муж попытался выхватить у неё телефон. Валерия отступить назад — и тут…

На плитке под ногами лепестки. Скользкие, липкие. Они налипли на её босоножки.

Валерия дёрнулась, потеряла равновесие. Её тело опасно накренилось за перила. Она вскрикнула — и вцепилась в его пиджак, пытаясь удержаться.

Телефон с глухим ударом шлепнулся о плитку балкона, отскочил и исчез в темноте.

Они замерли. Близко. Лица почти соприкасались.

Виктор смотрел на неё, не мигая. Что-то в его лице изменилось.

— Ну вот, ты чуть не упала… — пробормотал он. — Разве можно так?

Он говорил, а в это время его мозг гонял мысли быстрее, чем когда-либо.

Она почти упала. Подскользнулась. Пьяная. Свидетелей — ноль. Камер на балконе — нет.

Он посмотрел на неё. Бледная, трясущаяся, глаза красные от слёз и алкоголя. Полуразмазанная тушь, волосы в беспорядке. Такая… уязвимая.

Это же выход.

Решение пришло мгновенно.

«Все проблемы разом решатся... Никто ничего не узнает. И всё останется у меня. Я смогу… начать все заново. Без скандалов. Без её контроля. С моей Алиночкой…»

Он посмотрел на свои руки, удерживающие жену. Стоит чуть ослабить хватку и все случится само…

Его взгляд потемнел.

Он мог бы плакать на камеру. Мог бы говорить о трагедии, о вечной любви. Изображать безутешного вдовца. Его бы все жалели. Все поддерживали. А потом… Когда пройдет положенное приличиями время, он мог бы снова жениться.

Это всего лишь шаг. Одно лёгкое движение.

— Валерия, держись, — прошептал он. — Всё хорошо.

Он сделал вид, что тянет её на себя — и, когда она расслабилась, слегка подтолкнул.

На долю секунды время замерло. Её глаза распахнулись. В них мелькнуло разом удивление, ужас, неверие, шок.

А потом её тело исчезло за краем балкона.