Измена. С бывшей женой не считается

Глава 1

– В последнее время ты стал таким ненасытным, Ильнар. Это твоя клуша на тебя так влияет, да? – говорит Карина, бывшая жена моего мужа и после последних слов негромко посмеивается, – На голодном пайке держит?

– Можно и так сказать. По твоим формам я определенно скучал. – отвечает Ильнар, шумно выдыхая. – Даже сюрприз тебе большой решил приготовить в награду.

– Какой еще сюрприз? – тут же оживляется чертовка, попутно выставляя свою грудь в еще более пошлом ракурсе, зажимая ее руками.

– А вот скоро узнаешь. Пока не спеши, а то мне будет не интересно тебе делать такие подарки. – смеется муж.

– Ой, прям уж не интересно будет? У тебя же сейчас штаны едва не загорятся от меня. Со мной скучно не бывает, в отличие от Анечки. Вот, смотри внимательно. – шепчет Карина, отстраняясь от камеры.

Я вижу ее выражение лица и мне аж тошно становится.

Намарафеченная, как на панель. Красные губы, дымчатый макияж, пышная укладка.

Стоит в бордовом кружевном белье, на высоких каблуках и совсем не стесняется себя показывать. Разворачивается спиной к камере, расставляет ноги шире и прогибается вперед так откровенно, что никакие кружева уже ничего прикрыть нормально не могут.

Я тут же ставлю запись на паузу и у меня стоп-кадром на экране останавливается картинка, где Карина снимает трусики для моего мужа.

Тошнит.

Я сижу на краю кровати, с телефоном мужа в руках и не могу заставить себя нажать дальше. Экран горит в полутемной спальне, лицо у меня пылает, я чувствую это, даже не прикасаясь к щекам.

Двадцать минут назад я протирала пыль за комодом, уронила тряпку, полезла за ней рукой и нащупала что-то твердое, втиснутое между стенкой и задней панелью.

Это оказался телефон в тонком чехле. Естественно он не мой и не тот, что Ильнар каждое утро берет с собой на работу.

Хоть он и был заблокирован, но Астахов переоценил собственную осторожность или думал, что я не догадаюсь.

Дату свадьбы экран не принял, день рождения тоже, а вот четыре цифры от его банковской карты, которые он диктовал мне сотню раз, подошли с первого раза.

Но лучше бы не подошли…

Сперва я обнаружила скрытый аккаунт мужа в мессенджере, где его переписка с бывшей женой тянется на месяцы назад.

Голосовые, видео-кружочки, фотографии, которые я открываю и тут же закрываю, потому что смотреть на них дольше секунды невозможно.

Я уже не вчитываюсь, просто скольжу пальцем по экрану и пересылаю себе на номер кусок за куском, сама не понимая зачем. Наверное, чтобы потом, когда схлынет, доказать себе, что мне это не привиделось.

А затем вот зашла в галерею и увидела запись видео-звонка, который, видимо, настолько моему мужу понравился, что он не захотел, чтобы такое исчезло из его памяти.

Каждое утро он говорит мне, как любит, целует и уходит на работу, после чего каждый вечер, когда я уже сплю, запирается на лоджии и проводит секс-звонки со своей бывшей женой.

Карина. Это имя я слышала за три года нашего брака всего пару раз и каждый раз Ильнар произносил его с таким лицом, будто вообще не хотел о ней говорить.

А меня это и устраивало. Бывшая жена, чего еще тут сказать.

Развод у них был громкий и грязный, Ильнар не любил про это вспоминать, говорил, что расстались плохо. И хорошо, что хоть детей не успели завести, иначе он бы до сих пор не выпутался из этой истории.

А теперь она здесь, в его втором телефоне, в кружевном белье и Ильнар готовит ей какой-то сюрприз.

Я сижу и пытаюсь понять, чего ему не хватало и совсем не понимаю.

Я ведь буквально идеальная жена. Он сам постоянно не перестает об этом говорить.

Дома чисто, уютно, всегда свежая еда и чистая одежда. Выгляжу хорошо, за фигурой слежу, в салоны хожу. В постели все тоже было хорошо.

Или мне так кажется, а на стороне всегда вкуснее? Я не понимаю.

Клуша…

Из всего услышанного именно это слово ранит меня глубже остального. Не вся эта грязь и слова Карины. А то, как легко Ильнар с ней согласился, хотя это не правда.

Досматривать эту грязь я просто больше не могу. Откладываю телефон экраном вниз, встаю и иду к шкафу.

Распахиваю дверцы, выдергиваю с полок его рубашки прямо с вешалок, кидаю на кровать, сверху сваливаю джинсы, свитера, носки горстями.

Достаю спортивную сумку, ту, с которой муж ездит в зал и запихиваю все туда как попало, не складывая. Молнию заедает, я дергаю ее зло, и наконец застегиваю.

И тут в прихожей хлопает дверь. Я не двигаюсь, не проверяю, кто, так понимаю, что Астахов вернулся.

Слышу, как муж скидывает ботинки, бросает ключи на тумбу, шуршит каким-то пакетом.

– Ань! – зовет он из коридора. – Чего в квартире темно? И едой не пахнет? Ты дома?

Я выхожу. Ильнар вешает куртку, стоит спиной ко мне.

– Ужинать, – говорю я сипло и пихаю вперед его сумку, буквально пиная ее к нему ногой, – Можешь ехать к своей бывшей жене.

– Чего? Совсем с ума сошла? – Астахов замирает, потом оборачивается, подняв бровь вверх.

– Можешь одеваться обратно и валить! – не выдерживаю, срываюсь на крик.

– Аня, ты о чем вообще? – Ильнар морщится, будто у него заболела голова. – Какая бывшая жена, какая сумка? Ты себя нормально чувствуешь?

Я делаю шаг и сую ему телефон прямо в лицо, надеясь, что увижу в нем хотя бы что-то похожее на стыд или неловкость.

– Вот о чем! Вот это все у тебя что такое, объясни мне!

Ильнар смотрит на экран. Долго, без единой эмоции, будто перед его лицом не запись на паузе с промежностью Карины, а что-то совсем обычное.

А я все жду, что он побледнеет, начнет оправдываться, скажет, что я все поняла не так, что это старое и ничего не значит. Жду хоть чего-нибудь.

Вот только Ильнар молчит. А потом закатывает глаза и резко выдергивает телефон у меня из рук.

– Не лезь не в свое дело, Аня, – говорит муж и убирает телефон во внутренний карман. – Иди лучше ужином займись. От тебя в доме и так пользы мало, так ты еще и свои прямые обязанности не выполняешь.