Измена. Сбежать от дракона

2

Я закрыла дверь. Тихо, беззвучно.

В груди что-то оборвалось. Сердце билось где-то далеко, глухо, как сквозь вату. Лёгкие отказывались наполняться воздухом. Я стояла в коридоре, прижавшись спиной к холодной стене, и пыталась дышать.

Рука с бокалом дрогнула. Я поставила бокал на ближайший столик и пошла.

Ноги сами несли меня вперёд по коридору к лестнице. Я не помню, как спускалась. Помню только, что где-то внизу играла музыка, кто-то смеялся, кто-то танцевал. Мимо проплывали лица — улыбающиеся, румяные, живые. Они что-то говорили, кивали мне. Наверное, я кивала в ответ. Наверное, даже улыбалась.

В грудь будто втиснули огромный, ледяной камень. Он давил, не давая вздохнуть. Воздух стал вязким, как смола, и каждый вдох обжигал легкие, словно я глотала битое стекло.

Как я оказалась в нашей спальне, не помню. Очнулась уже там — стою посреди комнаты и смотрю на кровать с тяжёлым бархатным покрывалом. На подушки, в которые я зарывалась по утрам. На его халат, небрежно брошенный на кресло.

Воздух пах им.

Раньше я любила этот запах — терпкий, чуть горьковатый, с нотками сандала. По утрам, когда он уходил рано, я зарывалась лицом в его подушку и вдыхала. Как дура. Мне казалось, что это счастье.

Сейчас этот запах душил меня. Он лез в нос, въедался в кожу. Я подошла к окну и распахнула его — пусть хоть холодный воздух выветрит его из моих лёгких.

Я не могла вернуться к гостям. Не могла снова надеть маску леди Драг, улыбаться и принимать комплименты. Эта роль была мне больше не по силам. Я — растоптанная сломанная кукла, которой только что наглядно продемонстрировали её истинное место.

Дверь открылась.

Я даже не вздрогнула. Просто обернулась.

Карден вошёл в чёрном мундире, застёгнутом на все пуговицы. Ни единой складки на ткани, ни единого выбившегося волоска в причёске. Идеальный. Безупречный, словно и не было ничего. Только в его глазах — ни капли тепла. Лишь холодный, оценивающий взгляд дракона. Я отвернулась к окну.

— Ты видела.

Не вопрос. Констатация факта. Голос ровный, деловой. Он подошёл к столику, налил себе воды из графина. Я услышала звон стекла о стекло. Услышала, как он сделал глоток.

— Зачем ты пошла туда?

Я молчала, слова застревали в горле. Ком размером с кулак.

Он сделал глоток, поморщился.

— Лиссандра, не делай из этого трагедию. Это ничего не значит.

Я повернулась. Медленно. Посмотрела на него.

— Ничего... не значит? — прошептала я, и мой собственный голос показался мне чужим.

— Именно. Это был просто сброс напряжения. Неделя была тяжелой. Зара — отличный партнер в работе и... в остальном. Она понимает, что такое долг и что такое потребности. — Он посмотрел на меня так, будто объяснял ребенку очевидные вещи. — Ты моя жена. Леди Драг. Это твой статус, твое место. И как жена ты меня полностью устраиваешь. Тихая, воспитанная, из хорошего рода. Не доставляешь проблем. Так пусть так и остается.

Я смотрела на него и не узнавала. Где тот мужчина, который говорил, что нашел в моей тишине покой?

— Я хочу развод, — слова сорвались с губ раньше, чем я успела их обдумать. Тихие, но твердые.

Он замер. А потом рассмеялся. Холодным, жестоким смехом.

— Что ты несешь? Развод? — он в два шага пересек комнату.

Я отшатнулась, упираясь спиной в холодную стену. Он навис надо мной, упираясь руками по обе стороны от моей головы, запирая меня в ловушку.

— Ты не приспособлена к жизни. Ты живешь, не зная проблем, все деньги Империи к твоим ногам, от тебя требуется лишь быть заботливой женой, рожать детей и не лезть в мою работу. Ты моя жена, и будешь ей до тех пор, пока я этого хочу.

Его лицо было так близко, что я чувствовала запах вина и другой женщины на его дыхании. Меня затошнило. Я хотела отвернуться, но его рука сомкнулась на моем горле. Не сильно, нет. Но достаточно, чтобы воздух застрял в легких. Чтобы я почувствовала себя мышкой в когтях дракона.

— Ты меня поняла? — прошептал он, и его глаза потемнели, становясь почти черными.

Я смотрела в них, и меня колотила дрожь. Страх был липким, удушающим. Я чувствовала его силу, его ярость, его абсолютную власть надо мной. Но где-то в глубине души, под слоями ужаса, что-то вспыхнуло. Крошечная, упрямая искорка.

Я не стала спорить. Не стала кричать. Я просто смотрела в его глаза, пока по моим щекам катились беззвучные слезы. И медленно, почти незаметно, кивнула.

Он отпустил меня, большим пальцем мягко стер слезинку с моей щеки и, поморщившись, сказал:

— Ты не должна была этого видеть.

Он развернулся и пошёл к двери. Движения спокойные, размеренные. Победитель, уладивший небольшое недоразумение. На пороге обернулся, его голос прозвучал ровно и холодно.

— А теперь приведи себя в порядок. Гости ждут мою леди.

Дверь закрылась. Тихо, аккуратно.

Дверь захлопнулась. Я сползла по стене на пол, беззвучно хватая ртом воздух. Пустота. Внутри все выгорело дотла. Он не просто предал меня. Он меня практически убил.

Я его любила. Безумно. Была готова отдать за него жизнь. Я помню, как он пришел с проверкой в Академию, где я только начала преподавать. Я вела урок по артефакторике у младших курсов, объясняла базовые руны. Дверь открылась, вошли люди в чёрной форме. Проверка. Я испугалась — все боялись Тайную службу.

А потом вошёл он.

Высокий, широкоплечий, с лицом, на котором не дрогнул ни один мускул. Все в аудитории замерли. Я тоже. От страха, думала я тогда.

Но когда наши взгляды встретились, что-то щёлкнуло. Его глаза — холодные для всех остальных — на секунду потеплели. Смягчились.

Он остался после урока. Спрашивал про артефакты, про руны, про мою работу. Слушал внимательно, не перебивая. Я думала — придирается, ищет ошибки.

А через неделю он пришёл снова. Без охраны. Сам. Принёс книгу по древней артефакторике — редчайшую, почти не сохранившуюся.

— Думаю, вам будет интересно.