Измена. Семья, которой не было

Четырнадцатая глава

– Ты о чём? – с интересом смотрю на неё.

– О твоём разводе, Инна. Пока ты не сделаешь основной шаг, то ты так и будешь вязнуть во всём этом. Рубить нужно быстро и резко.

– Так, я же тебе уже сказала, что приняла решение, – удивлённо отвечаю я ей.

– Милая моя, недостаточно просто принять решение, нужно начать действовать.

– Ну я понимаю, что мне необходимо будет найти адвоката…

– Знаешь, когда мы приезжали к вам в гости, мне очень часто хотелось подойти к тебе, взять за плечи, – она вдруг встала передо мной и посмотрела мне прямо в глаза. – И встряхнуть настолько сильно, чтобы ты перестала жить в мире, созданном для тебя твоей матерью, где у тебя просто нет права на голос.

Мне стало неуютно, и я опустила взгляд.

– А затем ты вышла замуж. И я подумала, что, выйдя из-под Дашиной опеки, ты наконец-то заживёшь полной жизнью, но что я вижу? Происходит всё ровно то же самое. Только теперь ты перенесла эту модель и на своего мужа.

– Но почему же ты тогда не сделала так, как говоришь? – почему-то шёпотом спросила я.

– Девочка моя, нельзя помочь человеку, если он этого не хочет. А ты не хотела.

– Это неправда! – горячо вскрикнула я, а потом запал стих, потому что внутри стало пусто.

Я вдруг осознала, что она права. Я настолько привыкла ко всему, что даже не восприняла бы её слова всерьёз. Более того, мы бы с ней очень сильно поругались, потому что я настолько растеряла себя, что своего мнения у меня практически не было. Вася сказал, мама решила, сестре надо.

Внутри вдруг поднялась такая волна горечи, что я не смогла сдержать слёз, которые потекли из глаз. Тётя притянула меня к себе и крепко обняла.

– Плачь, моя хорошая, плачь. И как бы жутко это ни звучало, ты должна сказать спасибо тому, что произошло. Иначе ты, скорее всего, никогда бы не осознала, насколько тебе плохо. Ты просто так привыкла и знаешь, это очень тяжело. Хотя даже не тяжело, а страшно выбираться из того, к чему ты так привыкла. Страшно взять ответственность на себя.

– Я не боюсь взять ответственность на себя, – я немного отстранилась, вытирая слёзы. – На мне всегда ответственность за моих учеников, за…

– Инна, это совершенно другое, – остановила меня она. – Скажи, почему ты раньше не позволяла себе сходить на массаж? Тебе же понравилось?

– Это непередаваемые ощущения, – ответила я и какое-то время помолчала, обдумывая её первый вопрос. – Не знаю, мне нужно было зарабатывать деньги, чтобы выплатить кредит.

– То, что я сейчас тебе скажу, может вызвать волну протеста, но тебе не нужно было это делать.

– Что значит не нужно? – она оказалась права, её слова почему-то вызвали негативную реакцию. – Мы же семья и я…

– Инна, это забота твоего мужа, а не твоя. Допустим, ты благородно помогла ему, оформив этот кредит на себя, но выплачивать его должен был он. Да, сейчас ты начнёшь со мной спорить, что ты должна ему помогать, но я тебя перебью. Если он не в состоянии зарабатывать так, чтобы покрывать все ваши расходы, то должен был встать с дивана и искать дополнительные источники заработка.

– А я тогда что? – спросила поморщившись.

– А ты должна сделать так, чтобы у него были силы, и мотивация обеспечить тебя всем необходимым. Но вместо этого ты впряглась так, что у него не то, что не было никакой мотивации, ведь ты всё сама, он просто сел на тебя и ножки повесил.

– То есть это я виновата? – было неприятно слышать её слова.

– В какой-то мере. Просто пойми, Алина дала ему эту мотивацию. Ему захотелось о ней заботиться.

– Конечно, она же у нас самая бедная и несчастная, – резко бросила я.

– Я говорю это не для того, чтобы обидеть тебя, а для того, чтобы ты поняла, что перестала быть для него желанной женщиной, той, о которой хочется позаботиться.

Откровенно говоря, мне действительно хотелось начать с ней громко спорить о том, что всё сказанное ей неправда, и вообще, я что, должна была сидеть дома и варить ему борщи? А потом поймала себя на мысли, что я и так их ему варила. После работы я забегала к матери, выполняя её поручения, затем, вконец уставшая, шла домой и принималась за домашние дела. Оставались ли у меня силы на что-либо ещё? Нет.

– Я хочу, чтобы ты вспомнила, что ты - это самое ценное, что есть в твоей жизни, и ты достойна большего.

Какое-то время мы шли молча, поскольку я полностью погрузилась в свои мысли, и я даже не сразу услышала, как тётя обращается ко мне. Подняв на неё взгляд, я попросила её повторить, то, что она сказала.

– Я говорю, что мы пришли.

– Куда? – я осмотрелась, и мой взгляд задержался на небольшой золотистой вывеске. – Адвокат?

– Игорь написал, что созвонился со своим одноклассником и тот ждёт тебя. Представишься и скажешь, что ты от него.

– Прямо сейчас? – я несколько опешила.

– А чего ждать? – она посмотрела на меня с искренним любопытством. – Чем раньше ты всё это начнёшь, тем лучше. Это дело не такое простое, как может показаться.

Я внимательно посмотрела на неё, а затем кивнула.

– Давай мне свои покупки, я поеду к моим мальчикам.

Она так тепло это произнесла, что у меня защемило сердце. Мне тоже хотелось когда-нибудь сказать что-то подобное. Эта мысль заставила меня собраться. Я передала ей пакеты, ещё раз поблагодарила и уверенно направилась в адвокатскую контору.