Измена. Сестра заняла мое место

Глава 1. Торт с секретом

За десять лет брака я научилась трём вещам: не пересаливать тесто, не спорить с мужем на голодный желудок и верить, что счастье — это тишина.

Сегодня тишины не было. Сегодня пахло ванилью, корицей и апельсиновой цедрой — ровно так, как пахло в день нашей свадьбы, когда мы с Максимом кормили друг друга тортом и хохотали, перемазавшись кремом. Я стояла на кухне босиком, в его старой футболке, и взбивала сливки вручную, хотя миксер лежал в ящике. Просто хотелось почувствовать этот вечер руками.

Десять лет.

Я выложила на столешницу телефон и увеличила громкость — Лена прислала голосовое. Моя младшая сестра всегда звонила не вовремя, но сегодня это было почти приятно. Праздник всё-таки.

— Викусь, привет! — её голос звучал бодро, даже слишком. — Слушай, я тут подумала: ты же наденешь красное платье? То самое, с открытыми плечами? Оно ему так нравится. Максим, по-моему, вообще в нем голову теряет.

Я улыбнулась и переложила телефон на подоконник. Лена вечно лезла в мои шкафы, вечно знала, что мне идёт, а что нет, вечно советовала. Иногда это раздражало. Но сегодня — нет. Сегодня она была просто заботливой младшей сестрой, которая хотела, чтобы мой вечер прошёл идеально.

— И да, — добавила она уже тише, — не забудь свечи. Не электрические, а настоящие. У вас же годовщина, а не планерка.

Я хмыкнула и отправила в ответ короткое «спасибо, учту». Потом добавила смайлик-сердечко. Потом подумала и написала: «Ты лучшая».

Лена не ответила. Занята, наверное.

Я вернулась к торту. Четыре коржа уже остывали на решётке. Крем получился именно таким, как надо: густым, но не приторным. Я попробовала его кончиком пальца и на секунду закрыла глаза. Вкус был тот самый. Вкус первой ночи, когда мы, ещё мокрые после дождя, сидели в съёмной квартире и ели торт руками, потому что ложки забыли купить.

Десять лет.

Кто-то скажет — срок. Кто-то скажет — приговор. Для меня это было счастье. Тихое. Без фейерверков. Но моё.

Телефон звякнул снова. На этот раз — сообщение от Максима.

«Забери меня с работы в шесть. Не хочу садиться за руль. Хочу, чтобы ты была рядом».

Я перечитала три раза. Он редко просил забирать его. Обычно сам водил, говорил, что не любит пассажирское сиденье. А тут — сам попросил. Значит, настроение праздничное. Значит, тоже ждёт.

Я накрыла торт полотенцем, спрятала в холодильник и пошла в спальню переодеваться.

Красное платье висело в шкафу на отдельной вешалке. Я достала его, провела ладонью по ткани. Лена была права: оно действительно шло мне. И ему нравилось. Однажды Максим сказал, что в этом платье я похожа на женщину, которую невозможно забыть. Я тогда засмеялась, но запомнила.

До шести оставалось два часа. Я нанесла лёгкий макияж — ровно такой, какой он любил. Не боевой раскрас, а «я просто проснулась красивой». Поправила волосы. Надела туфли, в которых ходить было невозможно, но выглядеть — божественно. Покрутилась перед зеркалом.

Из зеркала на меня смотрела счастливая женщина. Та, у которой есть муж, дом и торт в холодильнике.

Я взяла ключи и вышла.

В машине пахло его одеколоном. Я опустила стекло, впустила вечерний воздух. Пробок не было — город словно расступился, давая мне доехать до него быстрее. Я улыбалась. В голове крутились картинки: вот мы сидим на кухне, вот он задувает свечи, вот я кладу ему голову на плечо, и он говорит: «Я бы женился на тебе ещё раз».

Я затормозила у офисного здания и уже потянулась к телефону, чтобы написать «я на месте», когда заметила это.

На пассажирском сиденье, зажатый между спинкой и подушкой, лежал браслет.

Серебряный. Тонкий. С крошечной гравировкой в виде буквы «Л».

Я замерла.

Пальцы сжали руль. Браслет лежал так, будто его обронили второпях. Или снимали на ходу. Или...

Нет.

Я глубоко вдохнула. Спокойно. Лена просто забыла его на прошлой неделе, когда мы вместе ездили к родителям. Да, точно. Она тогда сидела спереди, долго поправляла волосы, что-то рассказывала про коллегу. Я ещё подумала: «Вечно она суетится». А потом мы вышли, и я, наверное, просто не заметила, как браслет слетел.

Обычное дело.

Я убрала браслет в бардачок и заставила себя улыбнуться. Сегодня праздник. Не время для паранойи.

Максим вышел из офиса ровно в шесть. Высокий, в своём сером пальто, с уставшей, но тёплой улыбкой. Увидел меня, и на секунду его лицо изменилось. Что-то мелькнуло в глазах — быстрое, почти неуловимое. Будто он ожидал увидеть кого-то другого.

Но уже через миг он распахнул дверцу, наклонился и поцеловал меня в висок.

— Привет. Ты в красном.

— Лена посоветовала, — сказала я, не подумав.

Он замер. Ровно на секунду. Потом сел в машину и пристегнулся.

— Лена у нас стилист, — усмехнулся он. — Поехали. Я голодный как зверь.

Я завела мотор.

Мы тронулись. Максим смотрел в окно. Я смотрела на дорогу. В бардачке лежал браслет. И почему-то, пока мы ехали домой, я ни разу не включила музыку. В тишине было слышно, как он дышит. И как я — нет.

— У нас торт, — сказала я, просто чтобы что-то сказать.

— Ванильный? — спросил он.

— С апельсиновой цедрой. Как на свадьбе.

Он кивнул. И снова отвернулся к окну.

Я надавила на газ чуть сильнее, чем нужно. Показалось, или от него пахло другими духами? Не моими. Не его одеколоном. Чем-то сладким, приторным, почти знакомым.

Лена пользуется такими духами. Но Лена пользуется ими всегда. Ими пропахла вся наша квартира после её последнего визита. Ими пропах мой шарф, который она брала «на выход». Ими пропах...

Я тряхнула головой. Хватит.

Мы приехали домой. Максим вышел первым, сказал, что хочет принять душ перед ужином. Я кивнула, а потом вспомнила Ленин совет про свечи. Черт, я забыла их купить. Сказала Максу, что скоро вернусь, нужно сбегать в соседний магазин.

Прежде, чем выйти, я снова взглянула на бардачок.

Там лежал браслет.