Измена. Сёстры по несчастью

ГЛАВА 6

Яна

После внезапного появления Антона сестра слегка притихла со своими неуместными нравоучениями. За обеденным столом даже глаз от своей тарелки почти не поднимала и жаркое уминала без замечаний и капризов, что такое не ест.

Муж тоже её будто не замечал, а вскоре, оправдавшись занятостью, ушёл в свой кабинет. Лика проводила его странным взглядом и, отодвинув тарелку, скрестила руки на груди и насупилась.

— Что не так? — уточнила я и, вытащив дочку из высокого стульчика, устроила на своих коленях.

— Он что тут весь день пробудет? — фыркнула сестра.

— Живёт он здесь, — напомнила я и, притворно тяжко вздохнув, пожаловалась: — Припёрся, даже не предупредив, представляешь.

— Разве ему не надо на работу? — проигнорировав мою издёвку уточнила Лика и, скосив взгляд на клюющую носом Стешку, вздохнула: — Я-то думала, уложишь дочку, и мы немного того…

— Чего, того? — хихикнула я и, продолжая легонько укачивать Стешу, предупредила: — Не надейся. Никаких вечеринок или походов по магазинам.

— Да ну, я не об этом, — отмахнулась она и, подавшись вперёд, таинственно зашептала: — Думала, мы с тобой соорудим по коктейльчику и посидим, посплетничаем.

— Коктейли будут, — сдержанно улыбнувшись, кивнула я и, поиграв бровями, дополнила: — Молочные. Можно, конечно, ещё какао добавить, орешки или клубнику свежую, но я думаю, что ты такое не…

— Издеваешься? — окрысилась сестра и, похлопав ресницами, заворчала: — Алкоголь нельзя. Сигареты нельзя. По магазинам ты не хочешь. С ума сойти, скучно же. Так чем же мы займёмся?

— Ну ты немного пострадаешь дурью, — предположила я и, загибая пальцы, перечислила: — А я уложу Стешу, приберусь на кухне и в гостиной, загружу стирку, приготовлю гостевую комнату для своей непутёвой сестры, а потом…

— Прям уж настолько непутёвая? — насупилась сестра и, неуверенно оглядевшись, буркнула: — Говори, что делать.

— Ты о чём?

— Говори, чем помочь, — повторила она и, встав, начала собирать со стола грязную посуду.

— Ну вот видишь, — похвалила я тихо и, осторожно поднявшись, добавила: — Можешь же, когда захочешь. Загрузи посуду в посудомойку, а я пока Стешку уложу.

При упоминании посудомоечной машины сестра немного зависла, но я не думала, что всё настолько запущено. Чтобы подняться в детскую комнату, уложить дочку и вернуться в кухню, у меня ушло минут десять. Надеялась, что уже всё сделано, но, идя по коридору, услышала приглушённую перепалку.

— Без тебя разберусь. Кто вообще просил лезть? — брякая тарелками, шипела Лика.

— А кто тебя просил посудомойку ломать? Смотри, как засорила, — рычал Антон, и чтобы избежать кровопролития, я ускорила шаг.

В кухню влетела, готовая разнимать мужа и сестру, но при моём появлении их будто кто подменил. Сестра, загородив собой место преступления, расплылась в виноватой улыбке и, подойдя к раковине, сообщила:

— Ян, я вручную помою, тут же немного.

— Как хочешь, — растерянно протянула я и, заметив в руках мужа коробку с капсулами кофе, подошла, услужливо предлагая: — Ты кофе хотел? Давай я приготовлю.

— Я сам, — уверенно буркнул Антон и, повергая меня в лёгкий шок, заверил: — Что я не справлюсь, что ли? И себе сварю, и вам. Лика, будешь кофе?

— Не-а, — фыркая и отмахиваясь от пузырьков излишней пены, мявкнула сестра и, зыркнув на меня, попросила: — Я бы предпочла молочный коктейль с орешками и какао. А то Яна предложила выпить, что покрепче, а мне итак плохо.

— Яна? Выпить? — муж свёл брови на переносице и, поджав губы, посмотрел в упор и осторожно поинтересовался: — С чего вдруг?

Я задохнулась от возмущения, не понимая, почему сестра соврала, выставив меня в неприглядном свете. Муж прекрасно знал, что я не люблю алкоголь, и сейчас на его лице отражалось недоумение и растерянность.

Лика тут же воспользовалась всеобщим ступором. Повернувшись к нам лицом, сдула упавшую на лоб прядь и, смерив меня придирчивым взглядом, перечислила:

— Ты только посмотри на неё? В кого ты её превратил? Яна — моя любимая… вернее, единственная сестра, и я приехала получить защиту и поддержку, но вижу, что всё это в первую очередь нужно ей.

— А тебя никто не просил лезть, — огрызнулся муж, но взгляд почему-то отвёл.

— Не просил, — согласилась Лика и, отбросив мокрую губку, фыркнула: — Но она моя сестра, а для тебя она стала кухаркой, прислугой, матерью, нянькой и послушной женой. Удобно устроился, нечего сказать.

— У меня много работы, — отшвырнув коробку с капсулами, прорычал Антон и, стиснув зубы, быстро вышел из кухни.

— Ты что творишь? — напала я на победно улыбающуюся сестру. Подойдя к гарнитуру, загрузила капсулу в кофемашину и, повернувшись к Лике, рявкнула: — Кто тебя просил? Ты же обещала!

— Ян, уймись, — отозвалась она и, взяв полотенце, подошла ближе. Встала рядом, почти касаясь меня локтем, и, вытирая руки, прошептала: — Ты же видела его реакцию.

— И-и?

— Ян, ему стыдно стало. Не ворчи. Доверься мне. Я научу Антона тебя любить, ценить и уважать.

— Знаешь, у нас всё и так прекрасно, — поделилась я и, скрестив руки на груди, буркнула: — Было, по крайней мере.

— А будет ещё лучше, — пообещала сестра. Повернулась к кофемашине и, забрав полную чашку, скомандовала: — Сейчас ты остаёшься тут и ничего не делаешь.

— Но я же... Отдай, — я протянула руку, чтобы забрать чашку и отнести Антону, но Лика покачала головой.

— Сама отнесу. К тому же так надо, а ты типа обижена. Обещаю, что слова ему не скажу.

— Ты ему уже столько всего наговорила, — обречённо простонала я и, сжав пальцами виски, прицыкнула языком: — Не смей больше вмешиваться, иначе я позвоню маме. Она мигом примчится и заберёт тебя. Ты же её знаешь.

— Ха, напугала, — огрызнулась Лика. Подошла к окну и, осмотрев пространство у дома, восторженно протараторила: — О, даже бассейн есть? Я думала, мне показалось.

— Есть, но купаться пока холодно, вода не прогрелась.