Измена. Шоколад с привкусом горечи.

Глава 6

Желток растекся по раскаленной сковороде идеально ровным кругом, похожим на маленькое, злое солнце. Я смотрела, как белок схватывается по краям, превращаясь в кружевную кайму, и ловила себя на мысли, что мои движения стали пугающе автоматическими. Насыпать кофе в рожковую кофеварку. Нарезать хлеб — ровно четыре ломтика. Достать масло. Маска «заботливой жены», которую я носила двадцать пять лет, теперь ощущалась как тяжелый театральный грим, который стягивает кожу и не дает дышать, но который нельзя смыть до конца спектакля.

А за спиной я слышала шорох газеты и мерный стук ложечки о край чашки. Алексей завтракал.

— Ксюш, омлет сегодня просто божественный, — он произнес это с набитым ртом, даже не поднимая глаз от планшета. — Знаешь, я подумал... На банкете, когда вынесут торт, нам нужно встать так, чтобы свет падал со стороны портала. Фотографы говорят, это лучший ракурс для исторического кадра.

Я повернулась, выкладывая завтрак на его тарелку. Моя рука не дрогнула.
— Исторического кадра? Ты серьезно, Леша?

— А как же! — он наконец поднял голову и ослепительно улыбнулся. В его глазах не было ни капли тени после вчерашнего. Он искренне верил, что его ночной «сеанс психотерапии» и утреннее притворство стерли все мои подозрения. — Серебряная свадьба, Ксения. Весь город будет смотреть на нас. Мы — лицо успеха. Мы — легенда.

Я смотрела на него и видела не легенду. Я видела пустоту, упакованную в дорогой хлопок и уверенность в собственной безнаказанности. В моей сумке, оставленной в прихожей, лежала флешка, на которой был записан приговор этой «легенде».

— Ты прав, — мягко ответила я, присаживаясь напротив. — Этот вечер все запомнят надолго.

— Вот это моя девочка, — он потянулся через стол и похлопал меня по руке. Его пальцы были сухими и теплыми. — Вижу, ты пришла в себя. Вчерашнее... ну, спишем это на нервы. Переутомление. Я заказал тебе на утро понедельника спа-процедуры в том загородном клубе, помнишь? Тебе нужно расслабиться.

«Расслабиться». В его переводе это означало — подготовиться к госпитализации в частную клинику под видом отдыха.

— Спасибо, любимый. Ты всегда так внимателен, — я сделала глоток черного кофе. Без сахара. Горько, но именно этот вкус помогал мне удерживать реальность. — У меня сегодня много дел. Нужно встретиться с декораторами в клубе, проверить текстиль и еще раз прогнать сценарий с ведущим.

— Конечно, конечно, — Алексей встал, поцеловал меня в макушку и подхватил портфель. — Я тоже буду на разрыв. Ирине нужно закончить отчеты к празднику, а мне — утрясти последние формальности с банком. Увидимся вечером. И помни: ты у меня самая лучшая.

Когда входная дверь захлопнулась, я еще долго сидела неподвижно, глядя в окно. По небу ползли серые, тяжелые тучи, обещавшие затяжной майский дождь.

«Ты у меня самая лучшая», — эхом отозвалось в голове. — «Лучшая мишень. Лучший донор для твоей новой жизни».

Закрытый женский клуб «Вельвет» находился в тихом переулке, вдали от шумных магистралей. Здесь не было вывесок, только массивная дубовая дверь и неброская латунная табличка. Это было место для тех, кто ценил приватность выше пафоса.

Рита Семенова ждала меня в самом дальнем углу террасы, окруженной густыми зарослями туи. Она выглядела как всегда безупречно: строгий стальной костюм, короткая стрижка «пикси», подчеркивающая волевой подбородок, и взгляд женщины, которая привыкла видеть людей насквозь. Рита владела сетью салонов красоты и была единственным человеком, который знал, что за моей «сахарной» внешностью скрывается стальной стержень.

— Ты выглядишь как привидение, которое решило отомстить своим убийцам, — вместо приветствия бросила она, когда я опустилась в кресло напротив.

— Примерно так я себя и чувствую, Рита.

Я не стала тратить время на прелюдии. Вкратце, сухими фактами, я изложила ей события последних суток. Отель. Изумруды на шее Ирины. Газлайтинг за ужином. Ночной взлом ноутбука. План по признанию меня недееспособной и кража земли.

Рита слушала, не перебивая. Она лишь сильнее сжала пальцами чашку с ристретто. Когда я закончила, она молчала около минуты, глядя на то, как первые капли дождя разбиваются о стекло террасы.

— Твой Алексей — редкая мразь, Ксюша, — наконец произнесла она. — Я всегда подозревала, что в его обаянии слишком много патоки, но чтобы так... украсть землю твоего отца? Это за гранью.

— Он думает, что я сломаюсь, Рита. Он думает, что у него есть время до субботы.

— У него нет времени, — Рита открыла сумочку и достала тонкий кожаный картхолдер. Извлекла из него визитку и положила на стол.

Черный матовый картон. Никаких логотипов. Только имя и номер телефона, напечатанные серебром.

Валерий Белов.

— Кто это? — я взяла карточку. Она была необычно тяжелой для бумаги.

— Твой единственный шанс не оказаться в «санатории» с потерей памяти, — Рита посмотрела мне в глаза. — Валерий — не просто юрист или частный детектив. Он занимается... скажем так, решением системных проблем. Его конек — аудит и уничтожение тех, кто считает себя умнее закона. Он работал в структурах, о которых не говорят вслух.

— Он поможет мне с разводом?

— Развод для него — это скучно, — усмехнулась Рита. — Но когда речь идет о рейдерском захвате семейного бизнеса, подделке подписей и попытке незаконного лишения свободы... это его профиль. Белов не берет всех подряд. Но если он возьмется за Некрасова, от твоего благоверного останется только мокрое место. И, Ксюша... он дорогой. Очень дорогой.

— Деньги — это единственное, о чем я сейчас не беспокоюсь, — я спрятала визитку в сумку, рядом с флешкой. — Я готова отдать всё, чтобы Алексей получил то, что заслужил.

— Тогда звони сейчас. У него специфический график. Скажешь, что от меня.

Место, которое назначил Белов, меньше всего походило на офис преуспевающего юриста. Это был старый, полузаброшенный парк на окраине города, где вековые липы переплетались ветвями, создавая над дорожками густой зеленый туннель. Дождь усилился, превращая землю в серую кашу.